Снегурочка без определенного места жительства (СИ) - Лактысева Лека - Страница 9

— Кирюш, что ты думаешь о мужчинах, которые держат в доме кота? — заговорил Брагин, когда мы уселись ужинать.

— Что они любят животных, — дипломатично ответила я.

— Я бы хотел, чтобы Масяня жила с нами, но не знаю, как ты к этому отнесешься, — решился озвучить свои сомнения Никита. — Тем более что ты, похоже, все еще планируешь съехать от меня…

Вот тут я сразу не нашлась, что ответить. Мои родители не одобряли отношений, когда девушка с парнем живут вместе, не расписываясь. Пока что я проживала в квартире Никиты скорее на правах квартирантки, чем на правах любимой женщины. Мы проводили вместе вечера, ужинали, смотрели кино, играли в дурака, в общем, развлекались, знакомились, узнавали друг друга, но спали в разных спальнях.

Кит пообещал, что не будет торопить меня и настаивать на близости, а я пообещала, что не исчезну из его жизни молча и не прощаясь.

Не дождавшись ответа, Никита заговорил вновь:

— Ты ведь не бросишь мужчину с кошачьим ребенком? Один я с ним не справлюсь! — он улыбнулся лукаво.

— А-а! Понятно! — развеселилась я. — Значит, это еще один способ удержать меня рядом?

— Да, — признался Никита. — И даже если он не сработает, у меня, по крайней мере, появится маленькая пушистая подружка, которая хоть немного скрасит мое одиночество, когда ты…

Кит не договорил. Встал из-за стола, собрал пустые тарелки, сгрузил их в раковину и принялся мыть посуду.

— В любом случае, теперь у Масяньки будет дом и заботливый хозяин, и это здорово! — я подошла к мужчине, погладила его по плечу. — Не торопи меня, Кит. Пожалуйста! Понимаю, что тебе трудно, но мы всего три дня знакомы…

— Мои родители заявление в ЗАГС подали через неделю после знакомства, — пробурчал он недовольно. — И мы могли бы. Но я не понимаю, хочешь ли ты этого…

— А ты? — осторожно поинтересовалась я.

О свадьбе Брагин заговорил впервые, хотя мечтой о крепкой счастливой семье делился со мной и раньше.

Никита даже тарелку недомытую в сторону отставил. Развернулся ко мне всем телом, взял мокрыми пальцами за подбородок, уставился в лицо пристальным взглядом:

— А ты сомневаешься, Снегурочка? Все еще не понимаешь, насколько серьезно я к тебе отношусь?

— Прости, Кит, — я не пыталась вырваться. — Я не умею так быстро…

Брагин еще пару мгновений удерживал меня, потом отпустил и вернулся к мытью посуды. Я помогла ему убрать со стола.

Закончив хлопотать на кухне, Никита привел меня в гостиную, уложил на диван, пристроился рядом, включил телевизор, где показывали новую серию лирической комедии, которая понравилась нам обоим. Вот только настроение у него так и не улучшилось, и я понимала, что это моя вина. Пора было решаться и делать следующий шаг. Но не хотелось делать его вот так — под давлением, из-под палки.

Досмотрев кино, я выбралась из-под пледа, из теплых объятий мужчины.

— Доброй ночи, Никита, — пожелала своему молчаливому в этот вечер Деду Морозу. — Масянька мне нравится, я буду рада, если твой дом станет ее домом.

— Доброй ночи, Кира, — откликнулся Кит без улыбки и закрыл глаза.

***

За ночь Брагин оттаял, успокоился, и утром четвертого января вновь шутил и улыбался, как ни в чем не бывало. Отработав два представления, я села к нему в машину, и мы отправились за Масяней.

В «ЗООШансе» нас встретили радостными улыбками, вдвойне приветливыми по той причине, что я не переоделась и предстала перед сотрудниками в костюме Снегурочки.

— Ну, что вы решили? Забираете? — поинтересовался кошачий доктор.

— Забираем, — кивнул Никита.

— Тогда приобретайте сразу все, что нужно для домашней кошки, — доктор подал нам распечатанный на листочке список.

«Корм, лоток, миски, гравий, когтеточка, игрушки» — прочитала я, заглянув в памятку.

— Да, в своем доме кота держать проще, — заметила к слову. — Там у него вместо лотка с гравием — целый двор, вместо когтеточки — деревья, а вместо кошачьего домика — печка.

— Главное, чтобы Масянька не потерялась в моем двухуровневом жилище, — поделился своим беспокойством Брагин.

— Не потеряется, — успокоила я Никиту. — Кушать захочет — кухню и мисочки с кормом найдет быстро.

Я взяла котенка на руки, и он тут же вцепился коготками в пушистый воротник моей шубы, прижался, затарахтел ласково, давая понять, что очень рад знакомству.

— Эх, какой кадр получился бы! — восхитился ветврач. — Прям хоть на календарик его! Девушка, можно я вас сфотографирую?

— Можно, — согласилась я, не раздумывая.

— А если вам нужны календари, можете заказать у нас, — предложил Никита. — Организуем вам студийную съемку, дизайн, печать. Будет реклама для вашей клиники.

— А давайте я вас к владельцу провожу, — оживился доктор. — Он как раз у себя в кабинете сейчас. Может, и правда согласится…

Так, в костюме Снегурочки и с котенком на руках, я впервые попала на деловые переговоры. Хозяин клиники очень заинтересовался предложением Брагина. Оказалось, что лечебница, в которую мы обратились — это лишь часть сети клиник и ветеринарных аптек, принадлежащих компании «ЗООШанс». И вся эта сеть остро нуждалась в хорошей рекламе. Так что предварительных договоренностей мужчины достигли быстро.

— Кира, ты согласна стать «лицом компании»? — втянул меня в беседу Никита. — Будешь красоваться не только на карманных и настольных календарях, но и на сайте, и даже на билбордах.

— А согласна! — кивнула я.

Мне даже понравилось, что у нас с Никитой появится общее дело, и я смогу увидеть его с другой стороны.

…Добравшись, наконец, до дома, мы с Никитой приступили к обустройству нового жильца. Долго выбирали, где поставить мисочки, где домик, где когтеточку. Показывали Масяне ее хозяйство. Никита то фотографировал, то снимал на видео, как осваивается в его доме спасенная малышка. Потом, усталые, но довольные, упали на диван. Кошка пристроилась рядом с нами. Мы все незаметно задремали.

Проснулась я под утро, открыла глаза и поняла, что впервые не ушла на ночь в свою спальню. Никита спал рядом, кошка пристроилась у него в ногах. Заметив, что я приподняла голову, она тут же встала с выбранного местечка и начала пробираться ко мне. Прошлась по ноге Никиты, потопталась по его животу. Кит заворочался, забормотал что-то.

— Кира, Кирюша, — расслышала я.

— Не Кира. Масяня, — шепнула, с улыбкой глядя на мужчину.

— А? Что? — он открыл глаза.

— Масяня по тебе топчется, — сообщила ему, смеясь.

— Иди сюда, бандитка! — Кит поймал котенка, пересадил на подушку. Привстал на локте, заглянул мне в глаза: — Кира, я тебя сейчас поцелую.

— Целуй, — согласилась я.

— А если начну приставать?

— Приставай.

— А если не смогу остановиться? — продолжал выяснять степень моего согласия Кит.

— Не останавливайся, — проговорила я и сама потянулась к его губам.

Никита поймал мои губы и принялся ласкать их — вначале осторожно и легонечко, потом — все более напористо. Его дыхание сбилось. Он навис надо мной, напряженный, пышущий жаром.

— Ты ведь серьезно сейчас? — переспросил, прервавшись на мгновение.

— Да, — ответила уверенно и услышала в ответ тихий стон.

Мужчина, получив, наконец, разрешение, обрушился на меня, словно шквал на морскую гладь. И я превратилась в бушующее море — страстное, бурлящее, вздымающееся высокими волнами. Каждое прикосновение Никиты было как новый порыв ветра, каждый поцелуй — как воронка смерча: такой же опасный, головокружительный в своей мощи. Стихии бушевали в нас и между нами, молнии пронзали то небо, то воду, заставляя метаться, вскрикивать, выгибаться дугой. А потом, когда буря разрешилась и страсти улеглись, мы замерли в тесных объятиях друг друга, переплетенные между собой, спеленатые сбившимися простынями — и бесконечно счастливые.

— Ты ведь станешь моей женой, Кира? — поглаживая костяшками согнутых пальцев мои скулы, твердо, даже требовательно произнес Никита.

— Впервые слышу, чтобы Снегурочка за деда Мороза замуж собиралась, — засмеялась я.