Новенькая не для меня (СИ) - Дорофеева Тина - Страница 12

– А ты не думал, что не всем льстит твое драгоценное внимание? – врубает колючку, отчего в груди сердце разгоняется.

Глаза уже не отражают страха. В них жажда расправы надо мной.

А я только за!

Мне самому сейчас не помешает выброс эмоций.

– А зачем мне все?

Снежинка непонимающе хлопает глазками и хмурит брови. А я еле сдерживаюсь, чтобы не захохотать над её озадаченной мордашкой.

К слову, мордашка эта, очень даже милая. И почему-то мне не дают покоя её глаза. Словно видел где-то. Сталкивался взглядом.

Трясу головой. Сейчас вот вообще не время вспоминать про ту мимолетную встречу с девчонкой из группы поддержки соперников.

Я уже и лица её не вспомню. Оно там в гриме все было, но почему-то вбил себе в голову, что хочу её найти, и как дебил рыскал в соцсетях, пока Снежинка не появилась на горизонте.

– Может, ты меня все же отпустишь? – возвращает меня в реальность возмущенный голосок.

– А если не хочу отпускать? – приближаюсь ещё сильнее и чувствую, как ускоряется её дыхание.

Щеку согревает каждый её выдох. Ещё немного, и я впущу это тепло внутрь.

– Бородин, Зимина, – раздается грозный голос директора, – а что это за дом свиданий вы тут устроили?

Снежинка дергается, и я с неохотой выпускаю её.

Блин, ну такую малину испортил.

– Вообще-то, мы не в школе, – огрызаюсь, – делаем что хотим.

Снежинка как-то болезненно морщится. Директор бросает на неё злющий взгляд.

– Вот именно, какого черта вы делаете за территорией? – складывает руки на широкой груди и сверлит нас взглядом.

Снежинка будто уменьшается в размерах. Ещё немного и растает. Я же, наоборот, расправляю плечи.

– У меня разрешение на выезд домой, вообще-то, – злость скрипит на зубах.

Стискиваю кулаки. Ещё мне не хватало перепалки с директором и очередного залета.

– А у вас, Зимина, тоже есть такое разрешение? Я что-то о нем не знаю.

И что он к ней так прицепился?

– Да че вы к ней прицепились?

– Потому что…

– Дмитрий Валерьевич, я уже иду. Просто Ярослав меня увидел и притормозил.

– И решил позажимать? – ехидно выгибает бровь дир.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Да какое ему вообще дело?

– Нет, помог просто.

Теперь я уже не понимаю, что происходит. Когда не надо, Снежинка спорит и упирается, а сейчас молча терпит все упреки этого мужика.

– И в чем же? В глаз что-то попало?

– Да че вы к ней прицепились? Можете у меня спросить, я вам сам отвечу.

Снежинка закатывает глазки, а я скалюсь. Ну не собираюсь я прятаться за твоей спиной, какой бы привлекательной она ни была.

– Ты сейчас договоришься до того, что я отменю разрешение на выезд. Зимина, в школу, Бородин, у тебя два часа, чтобы вернуться. Пулей.

Директор цепляет Снежинку под руку и уводит. Сажусь в машину и долблю по рулю.

Выдыхаю. В таком настрое ехать чревато последствиями.

Отъезжаю недалеко от школы, и телефон оживает.

Мама. Торможу и хватаюсь за телефон как за спасательный круг.

– Мам, привет.

– Привет, сынок.

– Ты почему трубку не брала? Я весь день звоню, – руки начинают трястись.

Пытаюсь глубоко вдохнуть, но легкие обжигает от боли.

– Извини, я просто… – она замолкает, словно пытается придумать отмазку, – ездила по делам, а телефон дома лежал. На зарядке.

– У тебя же в машине есть зарядка, – давлю на неё.

Чувствую ложь даже сквозь расстояние.

– Там провод что-то отходит. Надо купить новый.

Вслушиваюсь в до боли знакомый голос. И понимаю: что-то не так.

– Мам, что у тебя с голосом?

– А что у меня с голосом, Ярослав? Вроде все хорошо, – не могу понять, что именно меня напрягает.

Но раньше у мамы не было такой заторможенности в речи.

– Мам, ты опять подсела на успокоительные?

– Что? Нет, конечно, Ярослав, – напряженно смеется, а у меня от этого смеха внутри все скукоживается, – просто слегка устала.

Ага, устала. Мы это уже проходили. До больницы дошло, пришлось откачивать, потому что мама дозу перепутала.

А все папочка виноват. Задавил маму, что она шаг без его ведома боится сделать.

– Мам, тебя папа не трогал?

Снова этот надрывный смех.

– Сынок, все хорошо, не волнуйся. У нас с папой все спокойно.

Ага, знаю я это спокойно.

Прикрываю глаза и откидываю голову. Думаю, как поступить и ехать ли домой. Нужно проверить, как мама и говорит ли мне правду. Но не факт, что я смогу сохранять спокойствие, если я застану дома отца и мы с ним снова закусимся.

– Хорошо, ладно.

– Как твои дела, сынок? – голос мамы вроде даже крепнет.

И это вселяет надежду. Ну мало ли, может, и правда куда-то ездила и устала. А я уже тут накрутил себя.

Или я просто прячу голову в песок, чтобы убежать от проблем семьи?

– Хорошо, как всегда. Учеба, тренировки.

– Девочки, –добавляет мама и смеется.

Её теплый и родной смех прокатывается по телу и замедляет бешеный пульс.

Становится немного легче дышать, и я начинаю слышать, что творится вокруг.

– Не, мам, какие девочки. Не до них, – ржу в ответ.

И даже не вру. Мне реально стало не до девочек после появления одной конкретной девочки.

– Ой, врушка. Я же знаю, как на тебя смотрят представительницы слабого пола. Красавчик такой получился у меня, – мама смеется уже громче, и меня расслабляет.

Смотрю в лобовое стекло на начинающийся дождь. Стук капель по капоту ещё сильнее успокаивает. Мне уже не хочется сломя голову нестись и проверять, все ли в норме дома. Я просто хочу слушать мамин голос и верить, что все хорошо.

Я так устал видеть плохое, во которое окутана моя семья. Ещё дебильнее то, что я не могу с этим ничего поделать.

– К нам новенькая пришла, – зачем-то брякаю и прикусываю щеку.

Черт!

– Ух ты, – тут же цепляется мама за фразу, а я проклинаю себя за болтовню, – поэтому тебе резко стало не до девочек?

– Что? О, нет, мам, вообще не из-за этого, – ну-ну, ври больше, Яр.

Стискиваю зубы, чтобы не застонать от своей же оплошности.

– Ну ты же не просто так заострил на этом внимание, – поддевает мама, а я громко фыркаю.

– Ну не рассказывать же тебе, какие формулы мы прошли, – встаю в оборону.

– Красивая?

– Кто? – нарочно туплю, хотя в голове тут же возникает образ Снежинки.

– Не знаю, я не разглядывал, – тарабаню пальцами по рулю, следя за проходящей парочкой.

– Ой, вруша, – снова смех мамы бальзамом проливается на израненную душу.

Мне всегда кажется, если мама смеется, значит, все хорошо. Жаль, что это только видимость её счастья.

– Мам, когда ты уйдешь от папы?

И тут я понимаю, что я полный дебил. В трубке повисает тишина, и я слышу всхлип.

Да бли-и-и-и-и-ин!

Глава 14

Снежа

– Я вот сейчас не понял, это что такое было? – папа бесится.

От него исходят волны этого бешенства, и я его понимаю. Он же не раз говорил, чтобы я не смотрела даже в сторону Бородина, а тут он застает нас чуть ли не в обнимку. Нос к носу.

– Пап, не злись. Ничего криминального не произошло. Ну остановился возле меня одноклассник, что мне теперь делать? Шарахаться от всех? – пытаюсь подстроиться под его быстрый шаг, но все равно не успеваю.

– Ай, можно помедленнее? Я, конечно, уже не на костылях, но и бегать мне не разрешали, – недовольно бурчу, внимательно всматриваясь в гальку под ногами.

– Прости, – папа притормаживает и оборачивается на меня, – просто я немного не ожидал, что застану вас в обнимку.

– Да, пап, – закатываю глаза, – ну в какую обнимку?

– Я видел его руки на твоей талии, Снежа. Не нужно меня сейчас выставлять слепым параноиком.

Ну да, зрение у папы острое. Иногда чересчур.

– Да он просто придержал, – пытаюсь защититься, но прекрасно понимаю, что все мои попытки сейчас полетят в пропасть.