Гранд-адмирал. Том четвертый (СИ) - Модус Илья Сергеевич - Страница 333

— На двадцать процентов, сэр.

— Но при этом скорость запуска снаряда — ниже на порядок, а то и два, — возразил я. — От турболазерного выстрела увернуться практически нереально. От лазерного — при должной сноровке. От масс-драйверного не увернуться можно только в случае, если удачно сойдутся звезды.

Тшель не ответил.

Он так же, как и я наблюдал за избиением флота «Консорциума Занна», чья численность таяла буквально на глазах.

— Сэр, разрешите вопрос?

— Конечно, капитан, — отозвался я.

— Разве мы не должны взять пленных? — спросил он. — Захватить трофеи?

— Нам это не нужно, капитан, — ответил я. — Все, что нам необходимо для победы над противником, у нас уже имеется. Более того скажу — «Консорциум Занна» еще не знает этого, но их атака уже провалилась. Мы обречены на победу — вопрос лишь в том, какой ценой — излишне малой кровью, или просто малой.

— Количество мин уменьшается, — заявил капитан Тшель, указав на тактический дисплей. — У противника до сих пор в относительно боеспособном состоянии десять фрегатов, которые двигаются к обратной от нас стороне зоны искусственной гравитации.

— Все верно, капитан, — согласился я. — Противник понял, что минное поле в непосредственной близости от них — редеет. Поэтому те звездолеты, которые еще могут двигаться, спешат покинуть опасную зону и уйти на сверхсветовую скорость. Но есть нюанс.

— Какой, сэр? — заинтересовался Тшель.

— Минное поле сработало и масс-теневые мины расширили область искусственной гравитации, — пояснил я. — Ненамного — всего на десять единиц в каждую сторону. Но, поверьте, нашему противнику этого будет достаточно для полного разгрома.

Тшель посмотрел на меня так, словно хотел что-то спросить, но, через секунду, подумав, решил, похоже, не портить себе сюрприз.

— Сегодня познавательный день, капитан, — произнес я, наблюдая за тем, как брошенные сподвижниками пять фрегатов типа «Месть», оставшиеся без хода, подрываются с помощью системы самоликвидации. — Мы прояснили для себя сильные и слабые стороны оборонительной системы «Периметр» — по крайней мере этой ее секции. Мы узнали, что кораблями противника могут командовать обычные разумные, поддающиеся панике. Мы подтвердили свои догадки относительно того, что противник наносит главные удары по пути наименьших временных затрат на полеты. И сейчас наблюдаем за тем, что звездолеты, которые не подконтрольны клонам «Консорциума Занна», все равно подрывают себя, чтобы не стать предметом для изучения и трофеем. Это весьма ценная информация о нашем противнике. За, — я посмотрел на хронометр, — один час сражения без личного участия в перестрелке, мы получили огромное количество информации о нашем противнике.

— Как и они о нас, сэр, — заявил Тшель, указывая на звездолеты «Консорциума Занна», которые уже практически приблизились к дальним от нашей позиции границам зоны искусственной гравитации.

— Напомню — противник лишен средств связи, капитан, — произнес я. — Все, что они сообщили на базу — так это наличие здесь зоны искусственной гравитации. Возможно — что они были атакованы. Но к тому моменту, как они поняли что к чему — их сканеры, двигатели и средства связи уже бездействуют.

Кстати — немаловажный факт этой ревизии.

Сканеры и средства коммуникации выведены из строя у всех кораблей противника.

Двигатели — как это видно на примере утекающих фрегатов типа «Месть» — не у всех.

Еще один недостаток выявлен.

Есть над чем работать.

Как говаривал один бессмертный военный комиссар: «Мы твой недуг в подвиг определим».

— Те, кто выжил в этом бою — обязательно сообщат все, что знают, своим командирам, — пояснил свою весьма очевидную мысль командир моего флагманского звездного разрушителя.

— Да, конечно, — согласился я. — Именно поэтому они так спешат убраться отсюда. Они рады тому, что выжили. И их инстинкт самосохранения притупился настолько, что они не видят опасности.

— Опасности, сэр? — удивился Тшель.

— Система «Периметр» не имеет единой формы комплектования, капитан, — пояснил я. — Она многогранна. Каждый проход внутрь Доминиона — заблокирован по-своему. Технологии одни и те же, но комбинация «пирога» везде разная.

— Для чего так усложнять? — опешил Тшель.

— Для того, чтобы те, кто нападут на нас и столкнутся с отсутствием видимых преград и угроз перед собой, сообщили что бояться нечего своим товарищам, — пояснил я, позволив себе легкую улыбку. — Собственно, наш противник не так давно сообщил об этом остальным группам. И теперь те, кто будут атаковать наши стратегически важные системы, узнают, что безопасность периметра метрополии Доминиона «излишне преувеличена».

Тшель нахмурился так, что ему даже задумчивость магистра Йоды сделала бы честь.

— Когда они вошли в систему и двинулись вперед, вы сказали, что перед ними нет заминированных и замаскированных астероидов, — медленно произнес он. — И не лукавили — ведь там было минное поле, на которое вы их заманили. Теперь минное поле прорежено, но у них нет сил, чтобы продолжить атаку на тот объект, который они для себя назначили.

— Верно, капитан, — одобрил я умозаключения командира «Химеры». — Они разумные, которых обуяла паника. Которые пережили кошмар истребления. Они эмоционально и физически вымотаны. Как по-вашему, что они сделают в такой ситуации?

— Отступят, — в глазах Тшеля заиграл огонек заинтригованности. — Но для этого им нужно выйти за пределы поля искусственной гравитации в обратном направлении, как наиболее чистом от мин.

— Этим они и занимаются, — подтвердил я.

— Но границы поля увеличены активированными при их незаконном пересечении нашей границы масс-теневыми минами, — в голосе Тшеля прозвучал азарт ученого, который по клочкам информации выстраивал строгую научную теорию.

— Верно, — согласился я.

— Вы сказали, что каждый участок «Периметра» скомпонован иначе, чем другой, — продолжал командир «Химеры». — Но укомплектованы они одинаково на каждом участке границы.

Собственно уточнять, что «Периметр» — это «пирог» из десятков слоев, которые наращиваются из месяца в месяц, а комбинирование оборонительных линий происходит по выбору коменданта пограничного участка, я не стал.

Все же, сегодня мы тестировали вариант, при котором противник прорвался аж через все предыдущие рубежи обороны и попался лишь на последнем.

Но знать об этом Тшелю пока еще рано.

— Все верно, капитан, — теперь даже мне интересно, к какому же выводу придет молодой мужчина.

— Значит на каждом участке есть мины, станции и замаскированные астероиды, — сказал Тшель.

— Все правильно, капитан.

— Станция у нас слева по борту, минное поле — перед нами, но когда противник шел к нам контркурсом вы сказали, что перед ними нет замаскированных заминированных астероидов, — Тшель со взглядом победителя посмотрел на меня и заработал утвердительный кивок моей головы. — Потому что, когда корабли противника вышли из гиперпространства, замаскированные и заминированные астероиды были позади них!

— Именно, капитан, — я негромко поаплодировал мужчине. — Мы позволили противнику против своей воли выйти из гиперпространства на территории, которая пролегала между минным полем и астероидами.

— Но активация минного поля расширила зону искусственной гравитации и теперь этой территории нет, — торжествующим тоном произнес Тшель, посмотрев на голограмму, на которой корабли противника уже вышли за пределы зоны искусственной гравитации. — И теперь они…

— Будет лучше вам продемонстрировать это, — произнес я, переключая на подлокотнике изображение на тактическом мониторе.

Вместо диаграмм и схем появилась сильно приближенная картинка — прямая трансляция с одного из наших дроидов-шпионов.

Сперва ничего не происходило, а затем…

После выхода из зоны искусственной гравитации гипердвигателю необходимо некоторое время, чтобы накопить заряд для последующего пряжка сквозь пространство и время.