Гранд-адмирал. Том четвертый (СИ) - Модус Илья Сергеевич - Страница 314

— Все флоты в режиме радиомолчания, — заявил Шохаши. — «Химера» — в том числе. У нас общая боевая тревога, если не забыли.

— Не забыла, — процедила сквозь зубы Вентресс, снова посмотрев на стоящего перед ней пацана. — Он вообще кто такой?

— Меня зовут Кип Дюррон, — вместо Шохаши ответил сам юнец. — Не нужно говорить обо мне, будто я на другой стороне галактики. Я здесь и слышу вас, между прочим.

— Молодец какой, — хмыкнула Вентресс, подходя к нему ближе и схватив за подбородок, подняла его так, чтобы он смотрел ей в глаза.

Это сейчас парнишка ниже ее почти на голову, но ему всего-то лет семнадцать на вид — через восемь лет, когда его организм достигнет пика своего развития и роста, он будет ростом практически с нее.

Ее ногти безбожно царапали его кожу на лице, но мальчишка даже не дернулся, никак не отреагировав на ее пренебрежительное выражение лица и сложившиеся в презрительную гримасу черты лица.

— Значит тебя мне нужно обучить, чтобы получить возможность быть в составе ударной группы, которая прикончит Палпатина, — произнесла она, рассматривая мальчишку так придирчиво, как делала это, выбирая из Ночных братьев Саважа Опресса. — Ну что ж, малец, будем считать, что ты мой ученик — если выживешь, конечно в процессе. Раз уж у меня нет другого варианта — будем плясать под тот мотив, который задает нам гранд-адмирал.

Дюррон быстрым и сильным движением схватил ее за запястье, и убрал от своего лица.

В одно мгновение ведьма обнаружила, что смотрит в лицо маленькому зверенку.

Из которого может вырасти неплохой такой ранкор — если правильно стимулировать.

Достаточно уже того, что когда он схватил ее за руку (Вентресс не отреагировала, чтобы наблюдать за развитием событий), то ведьма почувствовала, что для своего телосложения паренек достаточно силен.

Вероятно он все же крепче, чем кажется.

— Мне вы тоже не внушаете доверия и уважения, леди, — произнес он. — Я здесь, чтобы научиться чему-то большему, чему-то боевому, смертоносному, а не тем философствованиям, которые мне преподавали защитники-дженсаарай. Я обязан гранд-адмиралу — он спас моего брата. И я буду у вас учиться, раз такова его воля. И проложу курс, который он от меня хочет. Ясно вам?

— Юношеский максимализм и зачатки амбиций, — хмыкнула Вентресс. — Значит тебя тоже наш дорогой гранд-адмирал взял на крючок?

— Он помог мне, — заявил Дюррон. — Вытащил из шахт Кесселя. Спас моего брата. Вы хотите убить Палпатина — я тоже.

— И отчего же?

— Из-за его Империи умерла моя семья, я попал на Кессель, а мой брат — на Кариду, — пояснил Кип. — Если бы не Доминион — я бы гнил там несколько лет.

— Еще столько же будешь умываться кровью в процессе обучения, — призналась Вентресс. — Просто не будет.

— Я уже кое-что умею, — заявил мальчишка. — Меня обучали — и на Кесселе, и в Доминионе. Научите меня сражаться, леди Вентресс. Я тоже хочу в тот ударный отряд, что и вы.

— Да что ты говоришь, — хмыкнула женщина.

На мгновение она подумала, что стоит объяснить парнишке против кого им предстоит воевать.

И что в лучшем случае — к концу сражения большая часть тех, кто выступит против Палпатина — умрет.

А затем подумала о другом.

Паренек неплох — Сила в нем крепка.

Талант у него имеется.

Конечно, Траун не рассказывает когда именно он собирается атаковать Палпатина (если это произойдет вообще), но какой-то запас времени у них на подготовку мальца имеется.

Хорошего бойца и пользователя Силы из него за пару-тройку месяцев не сделать — на это необходимы годы практики и обучения.

Те дженсаарай, которых готовит Траун в своем Доминионе, вряд ли смогут пережить столкновение с элитой Темной Стороны Палпатина, не говоря уже про самого Дарта Сидиуса.

Но сносного адепта, которым она была сама во время Войн Клонов, из Дюррона сделать можно.

Почему бы и нет?

Такого всегда можно будет бросить в атаку с другого фланга или отвлечь на него Палпатина, чтобы самой нанести удар…

Эгоистично?

Да.

Испытывает ли она угрызения совести от этого?

Ничуть.

Она — адепт Темной Стороны Силы, как бы не прививала себе какие-то другие знания от джедаев, не постигала их философию.

Путь Темной Стороны — предательство.

— Запомни, малец, — произнесла она. — Щадить тебя никто не будет. Если не хочешь сдохнуть в первых же сражениях — впитывай преподанные мной тебе уроки со скоростью татуинского песка, на который пролилась влага. Понял меня?

— Я знаю свою цель и стремлюсь к ней, — ответил Дюррон. — Вам не придется повторять для меня дважды, учитель.

— Еще раз меня так назовешь, я тебе сломаю позвоночник, — пообещала Вентресс. — То, что я тебе передам некоторые свои знания не значит, что я твой учитель. Не дорос еще, чтобы я смотрела на тебя как на достойного всех моих знаний.

— Дорасту, — уверенно сказал Дюррон. — Смотрите, как бы у вас хватило знаний, чтобы удовлетворить мою жажду могущества.

— У мистера Дюррона есть стержень, — прокомментировал Шохаши, допив свой каф. — Мне нравится.

«Свернуть бы вам обоим шеи», — подумала Вентресс.

— Что ж, а теперь приступим ко второй части нашего плана, — сообщил контр-адмирал, указывая присутствующим на места на диванах по обе стороны от своего места. — Присаживайтесь. Мистер Дюррон, я хочу увидеть информационный чип, который вы для меня доставили.

Мальчишка, как и ведьма, заняли отведенные им места.

После чего Кип передал устройство хранения информации.

Шохаши подключил его к портативному голопроектору, который стоял посреди журнального столика.

Перед всеми присутствующими возникла карта галактики.

Точнее — северных ее оконечностей, с началом пути в секторе Босф и конечной точкой в области, обозначенной как Чилунский разлом.

На этом пути имелись едва заметные пунктирные линии, жирные синие линии, соединяющие яркие белесые точки.

При увеличении каждой из них появлялись картинки созвездий, видимых с того или иного ракурса.

— Как будто кто-то смотрел из кабины на окружающее пространство, — прокомментировала Вентресс.

— Так и есть, — ответил Шохаши. — Это воспоминания человека, который проделал этот путь несколько лет назад. Как видите, — он указал на пунктирные линии, которых в обозначенном пути имелось большинство, — девяносто восемь процентов трассы не просчитаны и являются лишь гипотетическими, основанными на расчетах компьютеров. Ваша задача, — он посмотрел на Дюррона и Вентресс, — проложить курс для «Красной Звезды».

— Исходя из воспоминаний другого человека? — уточнила Вентресс, удивленно подняв брови.

— Это проблема для столь могущественных разумных? — уточнил Шахаши. — Или Сила не в состоянии проложить подобный фокус.

— Я никогда такого раньше не делал, — признался Дюррон.

— А не на тебя и расчет, малец, — заявила Вентресс, посмотрев на Шохаши. — Траун решил сделать из нас джедаев-исследователей, которые при Старой Республике Силой прокладывали курс для звездолетов в дальнем космосе?

— О своих планах гранд-адмирал Траун не сообщает, — спокойно ответил Шохаши. — Это часть нашей общей боевой задачи, генерал Вентресс. И с ней справиться можете, полагаю, только вы двое.

— Надо полагать что других дженсаарай поблизости нет, — натянуто улыбнулась Вентресс.

— В секторе Босф — уж точно, — ответил командующий эскадрой «Красная звезда».

Вентресс посмотрела на своего новоявленного подмастерья, мысленно аплодируя Трауну.

Она хотела получить от него право участвовать в убийстве Палпатина.

Он подсунул ей пацана, которого хотел, чтобы она обучила.

И поручил им задание проложить гиперпространственный маршрут по окраинам галактики, где гравитационные искажения, аномалии, черные дыры, радиация, различного рода излучения и просто непроходимые участки в состоянии вывести из строя аппаратуру любого исследовательского корабля.

— Надеюсь это задание будет зачтено в качестве моего аванса за участие в убийстве Палпатина, — произнесла она.