Хранительница (СИ) - Петрова Лин - Страница 19

Дома я пошла проверить наши конфеты в ледник и, переведя взгляд на руки, остановилась. На ладони было синее пятно. Я облизнула палец и потерла, оно не исчезало.

— Марк, иди сюда. От чего может быть такое пятно? — спросила я, показывая руку.

Он, словно что-то вспомнив, прищурил глаза:

— Дерево. Точно! У нас пацаны в лес ходили все синие пришли, от матерей получили по первое число. Неделю отмывались.

Мы скоренько рванули обратно в лес, отыскивая дерево. С виду обычное дерево, но, когда Марк оторвал кусочек коры, она на внутренней её поверхности была синей. Набрали целый подол коры.

Дома, вооружившись острым ножом, начала выскабливать краску в миску. Дальше что делать? Замочить в холодной или теплой воде? Замочу в еле теплой. Вода окрашивалась в насыщенно синий цвет. Вот и хорошо.

Столичные начали посматривать в мою сторону, интересно, наверное, чем это я занимаюсь. Вот один подошёл спросил, вот второй. Я охотно объясняла свою задумку.

— Лина, давай платье— дальше просто замочить, наверное.

Была бы здесь Алька, покреативила что-нибудь. Тут я вспомнила, как Алька учила нас с девочками в детском доме раскрашивать ткани в индийском стиле. Эх, была не была.

— Лина, если не получится, то сошью новое. Хорошо? Главное, не расстраиваться.

Свернула платье в трубочку, завязала узлом и опустила в краску. Пусть себе лежит. Я же не знаю, сколько времени необходимо.

Нужно помыться и переодеться, мое платье я испачкала краской. Уже входя в дом, услышала шум и обернулась. Столичные вскакивали со своих мест, хватаясь за оружие. Что такое? Нападение? Дикие? Ужас потихоньку начал охватывать меня. Взгляд уже метался, отыскивая детей и наткнулся на входящих на территорию моих животных. Хил устало передвигал лапами, покачивая головой в такт ходьбе. Мелкий бодренько перебирал лапами, открыв окровавленную пасть и вывалив язык. Животные приближались ко мне, пряча глаза. Бессовестные. Я тут беспокоюсь о них, а они шарахаются ночью по лесу.

Столичные угрожающе двинулись в нашу сторону, выставив мечи.

Хил остановился, увидев оружие, расставил лапы и чуть пригнул голову к земле. Его глаза начали разгораться. Пасть открылась, открыв на обозрение смертельный оскал. И громко рыкнул. Его рык пронесся по воздуху, разносясь ветром. Все замерли. У меня от страха даже мурашки по коже побежали. Ой, что сейчас будет!

Я бегом добежала до животных, прикрыла их спиной и успокаивающе выставила ладони:

— Спокойно. Это со мной. Они не причинят вреда.

Чернявый обошел своих подчиненных и подошел ко мне. Я смело смотрела в его глаза. Вот пошёл ты на фиг, я их в обиду не дам. Не для того я их спасала.

Я сделала шаг назад, не отводя взгляда. Ребята видели, что животные стоят, не двигаясь, и не собираются причинять никому вред. Оружие начало потихоньку опускаться. Вот и хорошо, вот и ладненько. Тут дети подбежали к животным с криками:

— Вы вернулись. А мы вас искали.

Лина обхватила Мелкого за шею, и тот лизнул её в лицо. Я строго сказала Хилу и мелкому, указав на дом:

— Быстро в дом и спать!

Они медленно потрусили в сторону дома. Столичные стояли с каменными лицами и только брови выдавали их удивление. Чернявый очень-очень пристально смотрел на меня прищурившись. Ну да. Работа у тебя такая- всех подозревать. К нам уже спешил Петрович. Я тихонько отошла в сторону. Нужно ещё помыться и платье Линкино посмотреть, что там получилось.

В это время к Игнату подошел местный и, жестикулируя, начал что-то очень эмоционально говорить. Игнат задумчиво повернулся на меня:

— Ты же ветеринар? Тут такое дело, животное не может разрешиться. Если оно погибнет, для семьи это серьезный урон. Может, глянешь что там?

Я кивнула. Не откажешь ведь.

— Переоденусь — и пошла в дом.

Единственное платье грязное, придется надевать спортивный костюм. Штаны и топ, на улице жарко, олимпийку надевать не буду. Пригладила заплетенные волосы и ощупала лицо. Отек практически спал. Прямо облегчение, честное слово.

Я вышла из дома, ища взглядом Игната. Раздался свист. Ребята рассматривали мою фигуру. Неожиданно метнулась тень и рядом оказался чернявый. Он с силой сжал моё левое предплечье:

— Это не твои дети!

Больно-то как, черт тебя подери. Синяк точно останется. Я разозлилась:

— Я разве хоть раз сказала, что это мои дети? — твердо ответила, смотря в его глаза.

Он подозрительно смотрел на меня, поджав губы. Вот какое это имеет значение, чьи это дети? Со злостью думала я, резко смахивая его руку.

— Веди, Игнат.

Мы с Игнатом шли на другую сторону селения, разговаривая.

— Понимаешь, это животное, как у нас корова, кормилица то есть. Эта прибилась еще маленькой и выросла. Говорят, таких животных Хранительница присылает, как благословение. Отпускают её конечно на волю, но она всегда возвращается. Здесь же ей пары не сыщешь. Если она погибнет, сама понимаешь, подумают, что лишились благословения Хранительницы, ну и последствия.

Уже дойдя до места, заметила, что чернявый идет с нами. Он спокойно шел по дороге, равнодушным взглядом осматривая окружающую местность. Я пожала плечами, ну пошел и бог с ним. Моё какое дело?

В просторном сарае, лежало большое белое животное с раздутыми боками и шумно дышало. Рядом с ним стояли взволнованные хозяева. Увидев Игната, они обрадованно бросились к нам.

— Третьи сутки мается. Если сегодня не случится, то помрёт ведь — причитала хозяйка.

— Ну, а я то, что могу — Игнат развел руками.

Хозяйка начала тихонько плакать, утирая слезы передником. Я обошла животное. Действительно, как корова, только больше в два раза и два ряда витых рогов. Копыта круглые и большие, на толстой мозолистой подошве. Животное от усталости и боли на мгновенье открывала глаза, а с новой схваткой шумно выдыхала.

Ну что, за дело. Попробовать все равно нужно.

— Обычно сколько они приносят потомство? Один-два?

— Один обычно — запричитала хозяйка.

Руками лезть придется, здесь перчаток не имеется. Подойдя к животному, я погладила её бок. Её гладкая как бархат белая шкура была мокрой от пота, все мышцы одномоментно сжимались от потуг.

Подошла сзади, встала на колени и на секунду закрыла глаза, вдохнула и просунула руку, доверяясь ощущениям и своей руке. Считала копыта- один, два, три, четыре, пять, шесть. Значит, не менее двоих рожать собралась. В это время произошла схватка. Чёрт побери! Мускулы сжались со страшной силой. Её организм пытался изо всех сил избавиться от плода. Руку сжало как тисками, мне показалось, что затрещали кости на руке. Не удержав своего стона, замерла на месте, пережидая схватку.

— Что? — Игнат подскочил ко мне взволнованно.

— Руку зажало, блин — шумно выдыхая.

— Двое, вроде. Сейчас отпустит, еще посмотрю.

Положение неправильное, естественно. Один какого-то хрена поперек встал. Второй вообще задом ко мне. Снова схватка. Я замерла. Животное шумно дышало. Терпи милая, терпи.

— Ну что там? — Игнат крутился вокруг меня.

Схватка «отпустила», и я начала нащупывать нужные мне копыта, иначе схвачу разные. Вроде есть. Нужно еще раз проверить. Пришла очередная схватка, сжав мою руку. Я стиснула зубы.

— Что там? — Игнат все не успокаивался.

— Петрович — сказала я сквозь зубы — Я сейчас убью тебя. Когда я работаю, не лезь ко мне с вопросами, пожалуйста — схватка ослабла. Я перехватила два маленьких копытца и потянула на себя. Сил нужно много, у меня столько нет. Еще чуток и еще немножко. Вот показались копыта. Я уселась на попу, упираясь в животное ногами. Дождалась схватку и потянула двумя руками. Сил не хватает.

— Нужна помощь, у меня сил не хватает!

Ко мне молча подошел чернявый, усаживаясь рядом. Мы схватились в четыре руки и потянули. Потихоньку процесс пошёл.

— Стоп. Ждём. — командовала я и мы замирали. Не хватало ещё плод повредить.

Чернявый-то молодец, даром что начальник — выполняет мои указания четко.