Пепел на твоих гбах (СИ) - Зверева Вера - Страница 93

Андрей есть и двигается ей навстречу, соединяя их тела ещё глубже и плотней, если это вообще возможно. И от этих влажных ударов становится всё горячей и тесней между ног, тепло разливается по животу и ногам, поднимается по ягодицам и спине к самой шее, захлёстывает до самой макушки бурными волнами жара. Его бёдра поднимаются резкими толчками и подбрасывают Вику прямо к звёздам. И если бы не влага между ними, они воспламенились бы от скорости и трения, занялись бы пожаром, языками пламени в потолок, куда поднимала взгляд Вика не в силах смотреть ему в глаза, чтобы не ослепнуть от желания и любви… которая там горит так, что больно.

Не думать об этом, раствориться, забыться, оглохнуть и ослепнуть, чтобы не было ещё больней потом. Никаких лишних мыслей и надежд, только её тело и горячие руки Андрея, его сильные бёдра и член, прожигающий насквозь.

Вика откинулась назад, упираясь ладонями Андрею на колени, прогнулась в спине и изменив позицию ног, поставила их согнутыми в коленях и широко расставленными на постель по бокам. От этой позы она сжалась ещё сильней внутри, а член Андрея стал проходить по какой-то особенно чувствительной точке. Она продолжила резко и быстро подпрыгивать на нём, а он придерживал её за бёдра, чтобы не поднималась слишком высоко, а погружалась как можно глубже. Зрелище Андрею, должно быть, открывалось потрясающее, потому что он стал стонать громче и отрывистей, чувствовалось, как он становится всё толще внутри, наливаясь кровью и твердея.

От этих ощущений внутри Вики всё сжималось и скручивалось, заворачивалось тугой воронкой вокруг него, словно она сейчас порвётся в тонких местах и выплеснется наружу всеми возможными чувствами. Когда она уже задыхалась, выстанывая что-то похожее на его имя, Андрей вдруг поднялся на постели и сел, обнял её руками за талию, и продолжил глубоко и сильно насаживать на свой член. Соприкоснулось всё, что можно, её клитор вжался в его тело, её грудь воткнулась своей набухшей твёрдостью в его, её пальцы впились ногтями в спину Андрея, и через мгновение слепящей вспышкой их обоих накрыла волна парализующего оргазма. С надломленным криком в унисон, с ритмичными конвульсиями и скручивающими спазмами судорогами, они изогнулись и впились друг в друга, погружаясь ещё глубже и ощущая волны каждого и их обоих вместе взятых. Пока волна не выдохлась и не уронила друг на друга в сидячих спутанных объятьях.

Вика чувствовала между сжимающими её внутри импульсами, как всё ещё пульсирует его член остатками оргазма, и это было странно и пугающе приятно. И не хотелось отсоединяться от него, будто это был необыкновенный и чудовищный разъём для погружения одного человека в другого, чтобы подключить их жизнь напрямую друг к другу. Андрей тяжело дышал в кольце её рук, на шее билась вена от сумасшедшего пульса и Вика прислонилась к ней губами. Хотелось целовать его до бесконечности долго и ещё один день. Всего целиком, с ног до головы. Его, видимо, обуревали те же самые чувства, потому что он как заведённый гладил её спину, пытаясь отдышаться куда-то в волосы, прижимался губами к её голове, лежащей у него на плече.

А ощущение нереальности происходящего никак не проходило. И оторваться от Андрея уже не было ни сил, ни желания. Никогда больше.

Вика закрыла глаза и загадала желание. Быть навсегда с ним. Вот так сплетёнными и соединёнными. Пока смерть не разлучит их.

И тут же испугалась этого желания и его невероятной разрушительной силы и размеров. Сердце, едва успокаивавшееся, забилось ещё быстрей.

Андрей будто что-то почувствовал, приподнял её со своего плеча и поцеловал в губы. Вика снова закрыла глаза и странным образом успокоилась, выдыхая в этот сладкий поцелуй.

— Не беспокойся ни о чём, не думай о лишнем, — прошептал он еле слышно, и Вика почти поверила, что он может читать мысли. А если и может, то тогда она перед ним будет ещё более оголённой и вывернутой наизнанку, чем это происходит сейчас. И это было так хорошо. Так правильно. — Пусть между нами останется только этот миг. Только мы и больше ничего, — продолжил он.

Вика вжалась в него, обнимая ещё крепче.

— Больше ничего, — повторила она.

Они ещё долго так сидели, вдыхая и слушая друг друга. И ни одному из них не хотелось разъединяться. Лишь спустя время, Андрей мягко лёг на спину, увлекая Вику вместе с собой в кокон своих объятий. Она протянула руку и, подогнув край большого одеяла, на котором они всё это время находились, завернула их обоих. Уложила голову ему на грудь и закрыла глаза. Под её ладонью билось сильное сердце Андрея, и больше ничего на свете не было нужно.

— Я очень рад, — вдруг сказал тихонько Андрей, — что ты переехала в этот дом. Что бы тебя сюда ни привело.

Вика не стала смотреть на него, лишь провела рукой по груди, потом коснулась губами.

— И я очень рада, — согласилась она. — А вот соседи сегодня, наверное, не рады, — с этими словами она немного улыбнулась. Они были очень громкими в процессе, тут ничего не поделаешь. Не до контроля громкости было. Потом она почти рассмеялась новой мысли, — я надеюсь, Ангелина Эдуардовна сейчас смотрела телевизор в наушниках.

— О боже, не заставляй меня думать об этом, — в шутку ужаснулся Андрей и тихо засмеялся.

— Представь, если нет? — продолжала Вика.

— Нет, я не хочу представлять.

— Как она пьёт чай под твои крики и ест булочки под мои стоны.

— Нет! Стоп! — возмутился, смеясь Андрей, — не надо! Не порть такой момент и не… — он в голос рассмеялся, — не травмируй мою психику этими картинами!

— Как мы травмировали Ангелину Эдуардовну?

— Хватит!

— И Марысю! — продолжала добивать его Вика. — Она, наверное, под диван забилась от грохота нашей кровати!

Андрей с трудом перестал смеяться и вдруг поднял лицо Вики за подбородок, поцеловал её нежно и сладко.

— Пусть хоть весь дом забьётся под свои диваны от грохота нашей кровати. Я готов грохотать ей пока сознание не потеряю.

— Звучит многообещающе, — она поцеловала его в ответ, пусть и понимая, что в ближайшее время у них сил «грохотать» будет не очень много. Но нежный медленный секс она тоже любила и ещё не все тузы из рукавов достала на радость Андрею.

Впереди у них много сладких страстных ночей или даже дней, как сегодня, когда абсолютно безразлично, что за окном и сколько времени. Пока они вместе, все уходило на второй план и терялось в разноцветном мутном фоне, мелькающем вокруг.

Только он и его потрясающие светло-серые глаза, которые смотрят на неё так, как никто и никогда не смотрел.

И не будет смотреть.

Эпилог

Вчера в город вернулась жара, разморила к вечеру и расслабила, будто бы завтра выходной день, а не обычный вторник. Будто бы не нужно вставать рано утром, чтобы отправиться на работу, не нужно быть бодрыми и готовыми к новым трудовым свершениям и подвигам. А всё ещё, как того сильно хотелось, предаваться безоглядной любви до поздней ночи или раннего рассвета. Отправляться в ванную, чтобы вымыться, а в итоге выливать литры воды, пока оба не насытятся телами друг друга в горячем и влажном соитии. Ужинать, с трудом сдерживаясь от того, чтобы совокупиться прямо на обеденном столе и всё равно это сделать, едва отодвинув тарелки, пока Монстр не свалится со стола.

Из кровати они выбирались намного реже, чем планировали за эти дни. Отвлеклись друг на друга, только когда, приехали рабочие устанавливать новую дверь, да Андрею пришлось выходить на работу. Кажется, дважды, если они не сбились со счёта, но учитывая, что Марина не названивала ему в панике, значит дни они не перепутали, и он выходил в свою смену.

Звонки обеспокоенного Разумова и ничего не понимающей Маши были ровно такой продолжительности, чтобы коротко отделаться от них и не навлечь на себя новый виток вопросов. Всё хорошо! Именно так они отвечали им. А остальное потом! Оба были в шоке, но Вика и Андрей со смехом предложили им утешить друг друга, чем, похоже, только ещё больше смутили.