Нина - Авраменко Илья Владимирович - Страница 63

Она хотела развернуться и уйти, чтобы не продолжать этот бессмысленный спор. Но тут у неё зазвонил телефон. Узнав голос Михаила, Нина снова опустилась на стул. Ноги не держали её. Она боялась, что вот-вот сорвётся и закричит. Но всё обошлось, она говорила спокойно.

Саша снова вышел в прихожую и долго стоял там, прислушиваясь.

- Мне пора уходить, - Нина шагнула в прихожую, но он схватил её за руку.

- Тихо, Нинульчик. На площадке кто-то топчется. Пусть уйдут.

Они стояли друг против друга в полной тишине, неподвижно. На площадке раздавались чьи-то голоса.

- Переждём в кухне, - еле слышно прошептал Саша и увёл её за собой.

Они снова сели за стол, как вчера. Но на этот раз Нина чувствовала себя более уверенно.

- Вот видишь, - сказала она. - Что ты предлагаешь мне и Петьке? Всю жизнь прятаться? Ходить на цыпочках и шарахаться от каждой тени?

- Вам не придётся прятаться, - ласково произнёс он. - Вспомни, как мы с тобой мечтали о Греции. Нинуля, денег нам хватит. У нас будет жильё. Я куплю катер и буду возить туристов. Петька вырастет настоящим моряком. Когда подрастёт, мы отдадим его в лучшую школу. У меня всё продумано, до мелочей…

Он продолжал говорить своим тихим глуховатым голосом, расписывая их будущее житьё. И всё у него вырисовывалось складно и заманчиво, и Нина могла бы даже поверить ему - если бы только он во время рассказа не косился в сторону окна, тревожно поглядывая во двор.

- У тебя действительно всё продумано, - сказала она, когда он умолк. - Я рада за тебя. Ты не пропадёшь. Можешь спокойно улетать. А мы остаёмся.

Он вздохнул и развёл руками:

- Не убедил. Никогда не умел уговаривать. Может быть, с Петькой будет легче договориться, чем с тобой.

- Что ты собираешься делать?

- Встретиться с ним и рассказать ему, как обстоят дела.

- А то, что ты - киллер, ты ему тоже расскажешь?

- Да. Только сформулирую это иначе.

- Как не формулируй, мертвецов меньше не становится.

- Ты бы хотела, чтобы я в самом деле был мёртв.

- Нет. Я бы хотела, чтобы ты был жив.

- Я жив. Давай будем вместе! Я же люблю тебя.

- Уже ничего не исправишь. Я прошу тебя об одном. Оставь нас. Уезжай.

Саша вдруг изменился в лице и вскочил, бесшумно отодвинув табуретку. Нина, оцепенев от ужаса, увидела, что он выхватил из-за пояса пистолет.

Он прижался к стене спиной и прислушался к чему-то, закрыв глаза. Потом поднял палец к губам и сказал:

- Спокойно. Не шевелись. У двери кто-то стоит. 

Глава 53 

Сидя на заднем сиденье джипа, Михаил смотрел в окно и ничего не видел. «Она совсем не умеет врать. - думал он. - Голос её выдаёт. У неё очень грустный был голос. Наверно, тяжело расставаться. Но, если так тяжело, может быть, и не стоит расставаться с любовником? А, Нина? К чему такие драмы? Ещё не поздно всё переиграть. Ко всеобщему удовольствию. В сущности, ведь у нас с тобой ничего ещё и не было. То есть у меня-то было, а у тебя… Кто я для тебя? Очередной влюблённый дурачок. Таких идиотов на твоём пути встретится ещё немало».

Наверное, если бы она честно ему всё рассказала, он мог бы и простить, и понять. Но Михаил Колесник не прощал обмана. Ложь, которую Нина нагромоздила между ними, превратилась в непробиваемую глухую стенку.

Во дворе дома на Волочаевской его встретил Воронин. Начальник охраны говорил, понизив голос, и постоянно поглядывал куда-то наверх.

- Сюда, сюда, командир, за дерево не заступайте, просматривается из их окон.

- Ты уже и окна знаешь?

- Всё установлено в лучшем виде, - гордо ухмыльнулся Воронин. - Можем устроить видеонаблюдение из соседнего дома, я уже присмотрел подходящую квартирку. Старушка - наш кадр, за полтинник в сутки пустит хоть целую киносъёмочную группу…

- Не надо наблюдения, - сказал Михаил. - Где квартира?

- Сюда, за мной.

- Стой, - приказал Колесник. - Я один пойду. Чтоб никто не дёргался. Понял? Я иду один.

- Вам виднее, - неохотно уступил Воронин. - Шестой этаж, направо. Дверь с глазком.

Михаил поднялся на лифте. Стенки кабины были расписаны местными фанатами «Спартака», и Колесник внимательно прочитал всё, что они думают о любимой команде. Лифт остановился, Михаил вышел и долго стоял перед дверью. У него не хватало духа нажать на кнопку звонка.

Проще всего было бы снова сесть в лифт и уехать отсюда. Сделать вид, что ничего не случилось. Всю жизнь делать вид, что ничего не знаешь. Возможно, так будет лучше для всех.

Возможно, он бы так и поступил. Но лифт завыл и уехал вниз. Всё. Обратной дороги нет.

Он достал телефон и набрал её номер.

- Нина, ты где? Ты ещё не ушла из агентства?

- Алло? Да, милый. Нет, милый.

- Так «да» или «нет»?

Михаил усмехнулся и свободной рукой нажал кнопку дверного звонка.

- Я тебя не отрываю? - спросил он, нажимая на звонок снова и снова.

- Нет, ничего, - тревожно ответила она.

- А что там за шум у тебя в агентстве?

Он уже не убирал палец с кнопки.

- Шум? - её голос сорвался, она чуть не плакала. - Я не слышу никакого шума…

Он услышал её шаги за дверью и сказал в трубку:

- Открой, Нина. Открой, это я.

После бесконечно долгого ожидания дверь скрипнула и приоткрылась. За ней в узкой щели белело лицо Нины. Её широко распахнутые глаза блестели и казались совершенно чёрными.

- Можно пройти? - спросил Михаил.

Она покачала головой. Но он резко потянул дверь на себя и вошёл в прихожую. Нина схватила его за руки, удерживая изо всех сил, и закричала:

- Не ходи туда! Миша! Не надо.

- Почему? Я хочу посмотреть на твоего… - он запнулся, подыскивая подходящее слово. - На твоего сутенёра. Он там?

- Да. Он там. Тебе не надо на него смотреть.

Она упиралась руками в его грудь и с мольбой повторяла:

- Не надо, Миша… не надо…

- Ты за кого боишься? За него?

Она ответила тихо, помертвевшим голосом:

- Да. За него.

Ярость ослепила Михаила. Его рука вскинулась сама собой, и он ударил Нину по щеке.

- Я не хочу тебя больше видеть, - сказал он, вытирая ладонь платком. - К Пете я заеду, и я всё объясню ему сам. Твои вещи тебе привезут домой. Всё.

Он спустился во двор. У подъезда стоял Воронин, нетерпеливо потирая руки.

- Ну, как, там они?

Михаил ничего не ответил, проходя мимо него к машине. Воронин побежал, обогнал и открыл перед ним дверцу.

- Зря, Михаил Анатольевич, ты нас не взял. Мы бы ему рыло отполировали бы.

Он ещё что-то бубнил, явно огорчённый тем, что операция закончилась так быстро и не так эффектно, как ожидалось. Михаил, глянув в зеркало, увидел, как из подъезда выбежала Нина. Она что-то кричала вслед отъезжающему «Гелендвагену», вытянув руки.

- Поехали быстрее, дел много, - приказал Колесник водителю.

- Не огорчайся, Михаил Анатольевич, - сочувственно бубнил рядом Воронин. - Все они бляди, эти модели. Давно хотел тебе сказать. Найдёшь себе ещё…

- Знаешь, что, полковник… Приедем в банк, напиши заявление. Надо тебе в отпуск. Ты, похоже, сильно переутомился.

- Извините, командир, - осёкся начальник охраны.

Вернувшись в банк, Михаил распорядился, проходя мимо Изольды:

- Ко мне не пускать, ни с кем не соединять. И чего-нибудь закусить.

- Простите?

- За-ку-сить, - произнёс он по слогам.

«Давно у меня не было такого замечательного повода напиться», - подумал Михаил Колесник, наливая себе полный стакан.

Глава 54 

Когда за Михаилом захлопнулась дверь, Нина ещё несколько секунд стояла, застыв в прихожей.

Голос Саши вывел её из оцепенения.

- Вот и ладно. Вот и определились. Ничего, Нинуля, ты его не вини, он сгоряча.

Не отвечая ему, Нина схватила свою сумочку и опрометью бросилась за Михаилом. Она не стала дожидаться лифта и скатилась по лестнице, перепрыгивая через ступеньки