Трое в долине (СИ) - Лисина Александра - Страница 67

— Про богинь не забудь, — проворчал ректор, остывая. — А то его святейшество обидится, что в рапорте ты уделил так мало внимания вопросам незыблемости веры и тому факту, что ваше триумфальное возвращение стало возможным исключительно благодаря высшим силам и вмешательству светлых богинь.

Ларун сделал вид, что обеспокоился.

— Так вот почему он на самом деле разобиделся… А я-то сперва решил, он осерчал, потому что его не пригласили в первохрам раньше других!

— Не паясничай, — едва заметно поморщился эрт Торано. — Орден своего в любом случае не упустит. Поэтому и тебя, и ребят еще будет ждать немало «интересных» встреч. Каждое ваше слово будут проверять, перепроверять, в том числе и на камнях правды… еще не зная, что на вас они больше не действуют. Я прямо рад, что случайно запамятовал об этом сообщить куда следует. Но на днях обязательно вспомню. Как только повестки придут, так и спохвачусь. Не думаю, правда, что это поможет: трясти вас будут знатно. И не только по причине того, что вы решили проблему, с которой лучшие умы империи бились много лет, но и потому, что пока вас не было, у нас такая буча на плато случилась, что если бы вы тогда подвернулись под руку, тебя бы точно отстранили от должности прямо там. А меня и подавно.

— А что там у вас, кстати, произошло? Братец отчего-то был не слишком многословным и не захотел делиться подробностями.

— Конечно, — кивнул ректор. — Это же ему первому влетело, когда выяснилось, что ценнейшие имперские кадры вдруг исчезли с поля боя вместе с непосредственным куратором. А до этого, вопреки приказу, вновь вмешались в ход сражения, тем самым едва не сорвав строй и привнеся в ряды наших доблестных воинов нешуточную сумятицу. Я как мог вас прикрыл, сумел убедить военного советника, что это не божественное пришествие, а всего лишь мои лучшие студенты хулиганят в сторонке… Экради сообразил сам, так что волнения быстро прекратились. Химеры, когда порвали последних тварей на куски, встали стеной и к ущелью нас пускать наотрез отказались. Фениксы на это и в ус не подули. Нородо вообще прилюдно заявил, что ты и твои детки всем нашим воякам, чинушам и святошам ловко утерли нос. А в довершение всего кто-то из дозорных заметил в горах стаю собачьих скелетов и поднял тревогу, признанную впоследствии ложной.

— Что за скелеты? — отчего-то встрепенулся Ларун.

— Странные. Тела вроде собачьи, черепа — от бьернов… причем много. Штук пятьдесят навскидку. Но командир разведотряда не стал обнародовать эту информацию, потому что скелеты тут же исчезли, и ни одно поисковое заклятие их не нашло. А тот парень, что их увидел, еще и заявил, что на костях росли цветочки… цветочки, Саан его задери! Можешь себе представить?! В общем, командир посчитал, что дозорный был не в себе, и запретил об этом рассказывать. Однако слухи все же поползли, Агилару пришлось признать, что его понимание скверны было неполным, а в отношении нее самой в тот же день было принято решение о масштабной зачистке. Только вчера получил донесение, что операция закончилась. Мроны, кстати, в этом тоже участвовали, поэтому потерь практически не было. Но Доверо все равно остался недоволен. В том числе и тем, что его люди проморгали не только ваше исчезновение, но и возвращение, и никто вообще не понял, как именно вы сумели это провернуть. Следов портал после себя не оставил, магический фон ни на единицу не изменился… Но еще больше твой брат огорчился тому факту, что так и не смог доказать или опровергнуть сам факт вашего пребывания в долине. Как оказалось, вас даже поисковые заклинания не смогли засечь, в том числе тебя, бывшего следователя, под шкуру которого в свое время каких только маячков не засунули…

Ректор тяжело вздохнул.

— Одним словом, в тот день я пережил несколько крайне неприятных минут. И находился в одном шаге от увольнения с лишением всех званий и привилегий, как тут по лагерю прошла вторая волна света, а потом среди святош и простых воинов один за другим начали умирать люди… Немного. Десятка три. Вернее, это мы сначала решили, что они мертвы. Но потом из тел начали выпархивать самые настоящие проклятые камни. Вернее пылинки, после изъятия которых у предателей поголовно случились судороги, падучая, а потом они и вовсе начали нести какой-то бред. Вот после этого у Доверо и у отца Риона, скажем так, появился повод реабилитироваться, поэтому сейчас те, кого тогда уличили в связях с еретиками, уже вовсю дают показания и поголовно сдают всех, кто хотя бы коготком замарался в этом проклятом деле.

— И много вы их нашли по стране?

— Достаточно, чтобы Доверо стало не до тебя. Как только он отдал приказ отслеживать все подобные случаи, то информация полилась со всех сторон. Почти в каждом городе, в каждом селе… хвала богиням, пока только на окраинах… успели обосноваться адепты ложного учения. Военные, ученые, маги, колдуны… даже храмовые служки, у которых в сундуках нашли уже готовые споры и темные семена! Всего через месяц-два у нас заполыхали бы новые города и народилось бы несколько сотен свежих пятен. На наше счастье, среди полноценных жрецов ереси выявлено не было, так что отец Рион может спать спокойно, но в остальные сферы они успели проникнуть на удивление глубоко, так что людям Доверо придется немало поработать, а после того, как все закончится, скорее всего, пересмотреть подход для выявления еретиков.

Ларун нахмурился.

— Вот она, настоящая скверна. Не в темных пятнах, не в головах у тварей, а в наших собственных мыслях. Предать страну, народ… кинуть на алтарь темного бога родных и даже детей… Надеюсь, отец Рион не оплошает и вырвет эту заразу с корнем.

— Он, кстати, тебе отдельную благодарность передавал. Как выяснилось, одежда, в которой ты явился из долины, и амулеты, которые, хоть и разрядились, но тоже успели там побывать, жрецы внимательно изучили и обнаружили очень интересную вещь. Оказывается, все они до сих пор отчаянно фонят и, что самое любопытное, в присутствии еретиков, особенно тех, кто плотно контактировал с проклятыми камнями, даже твои сапоги начинают сиять!

— Хорошо, что не подштанники…

— И они тоже, — кивнул ректор. — И вообще все, что ты принес оттуда с собой. Так что всю вашу экипировку святоши изъяли, разобрали по пуговкам и в самое ближайшее время в Норн направится (если император и орден уже не подсуетились, конечно) целая делегация с просьбой передать новому хранителю заверения вечной дружбы и огромнейшую просьбу освятить храмовые амулеты в свете той истинной веры, которой пропитаны стены первохрама.

— Вильгельму какое-то время будет не до них. Да и мроны вряд ли вот так просто кого-то туда пропустят. Мост же еще не восстановили?

— Насколько мне известно, нет. Барьер пока тоже не снят, но переговоры по этому поводу уже ведутся, и на этот раз у оборотней есть весомые аргументы, над которыми императору придется задуматься, прежде чем что-то решать… в том числе и в отношении наших студентов.

— Думаешь, он так легко выпустит из рук абсолюта?

— Нет, — улыбнулся ректор. — Но он может предложить химерам официально войти в состав империи. С сохранением особых привилегий и получением немыслимых льгот, разумеется. Их вожак, если помнишь, все еще числится моим преподавателем — контракт подписан на год. А за это время Миррт может поразмыслить, осмотреться в Дамане, оценить все плюсы такого перехода и сделать выбор, который в итоге определит судьбу его народа. Он ведь от пары не откажется. А Корно, между прочим, присягу давала, поэтому ее уход даже в сопредельное государство может быть расценен императором как дезертирство.

— Миррт не дурак, — задумчиво обронил Ларун. — Он это уже доказал. Полагаю, они уже сейчас со стариком Нарином просчитывают выгоду и, скорее всего, предложат императору другой вариант взаимоотношений. Зная Миррта, я бы предположил, что он уведет своих под руку не императора, а нового хранителя, доверив ему заботу о сородичах. А с учетом того, какие у Вильгельма возможности… с учетом его возраста и полученных за эти века знаний… даже нашим чиновникам не удастся его облапошить. Скорее, он их наизнанку вывернет и сделает так, что они своими руками отдадут все, что он захочет, да еще будут радоваться, что так дешево отделались. Хотя вряд ли до этого дойдет. Почти уверен: если он вдруг потребует взамен на сотрудничество отдать Корно, Линнеля и Норие, то император, поскрипев зубами, согласится, потому что с наследником ведьм, которого трижды благословили наши боги, лучше дружить, чем враждовать.