Чисто шведские убийства. Отпуск в раю - де ла Мотт Андерс - Страница 21

— Что вы думаете о Мудигах? — спросила она и, не дожидаясь ответа, продолжила: — Мне кажется, у них какая-то вялотекущая ссора, которую они даже не сочли нужным скрывать.

Винстон очень тщательно промокнул губы. Его наблюдения совпадали с выводами Эспинг.

— Во время субботней вечеринки я наткнулся в уединенной части сада на Джесси, а немного погодя и на Никласа Мудига, — начал он. — Не знаю точно, разговаривали они друг с другом или нет, но в субботу Никлас изо всех сил старался выглядеть невозмутимо, совсем как сегодня. А когда он услышал, что я служу в полиции, у него даже нос побелел.

— Вот как. Интересно. — Эспинг двумя пальцами сняла с языка косточку. — Значит, Никлас бегает налево, к Джесси. Любовный треугольничек, который ведет к убийству. Не они первые.

Винстон недовольно покривился.

— Я бы не торопился выдвигать эту версию.

Эспинг, которая сказала про треугольник в основном шутки ради, тут же посерьезнела.

— Почему?

— Рановато пока для умозаключений. Мы еще не всех свидетелей допросили.

— Ага. — Эспинг сердито смяла обертку от селедочного гамбургера и изящным движением бросила ее в стоявшую неподалеку урну. Бумажный комок ударился о край урны и упал на землю, где на него тут же набросилась чайка.

— Еще рекомендации будут?

В воздухе повисло напряжение; Эспинг даже не пыталась сохранять дружеский тон.

— Сначала собрать все доказательства, — серьезно ответил Винстон. — Не выдвигать версий, пока у нас не будет всех фактов.

— Спасибо, я постараюсь подумать над вашими словами, — ядовито отвила Эспинг.

Винстон аккуратно обернул бумагой остатки гамбургера и выпил глоток «Рамлесы», чтобы смыть приставшие к горлу селедочные косточки.

— Ну что, — сказал он, — едем дальше, к Софи Врам?

— Конечно, едем, — пробурчала Эспинг.

Врамслунд, как называлось поместье Софи Врам, состояло из десятка краснокирпичных строений, окружавших две мощенные булыжником площадки. Вокруг той, что была поближе, выстроились конюшни, сарай и манеж размером с ангар для самолета. Везде, куда хватало глаз, виднелись пастбища и скаковые дорожки. Поодаль гордо высился хозяйский дом.

— Софи Врам, шестьдесят три года. Родилась и выросла здесь, в поместье, — доложила Эпинг. — Это она продала Джесси Андерсон участок в Йислёвсхаммаре. Вдовствует уже почти двадцать лет. Есть дочь, которая живет в каком-то швейцарском коттоне.

— Кантоне, — поправил Винстон.

— Чего?

— В швейцарском кантоне, а не коттоне.

— Ясно.

Эспинг на короткий, но убийственный миг задумалась, не ознакомить ли Винстона с местным выражением «дать промеж рогов».

— Так или иначе… — проговорила она как можно сдержаннее, — Софи много лет руководит большой конефермой, школой верховой езды с общежитием и прочей петрушкой. К ней едут со всей Швеции.

Винстон подумал про Аманду и сказал:

— Моя дочь у нее занимается. И явно не первый год.

Эспинг злорадно улыбнулась.

— Остается надеяться, что счета оплачиваете не вы. Софи славится тем, что ее уроки стоят дорого, а еще своей неуступчивостью.

Винстон промолчал.

— Но инструктор она фантастический, — продолжала Эспинг. — Кое-кого из ее учеников взяли в сборную страны. Я сама у нее занималась, когда была подростком. Кстати, а вот и она.

Они вылезли из машины и направились к конюшне, откуда Софи выводила большую черную лошадь. Софи была одета в рубашку-поло и штаны для верховой езды; на ногах вместо жокейских сапог — массивные ботинки с крагами. Зеленая кепка Софи была сшита из той же материи, что и дождевик Эспинг. У ног вертелись два лабрадора-ретривера, бросая настороженные взгляды то на хозяйку, то на полицейских.

Как всегда при встрече с Софи, Эспинг вдруг почувствовала себя неуверенно. Она попыталась избавиться от этого чувства, сказав себе, что она больше не девочка, которая учится сидеть на лошади, а полицейский при исполнении служебных обязанностей.

— Туве, да ведь это мой сосед по столу! — с уже знакомым Винстону сконским акцентом проговорила Софи.

— Ну да. Он… помогает в расследовании.

— Помогает? — Софи вскинула бровь. — Насколько я слышала, Джесси сверзилась с площадки в этой своей хваленой вилле и напоролась на эту свою пошлую скульптуру. Неужели тебе, чтобы расследовать это дело, нужна помощь из Стокгольма? Эл-Йо тебе не доверяет?

Прежде чем Эспинг успела ответить, Софи протянула чомбур Винстону.

— Вот. Давайте, подержите его.

Как оказалось, Винстон колебался слишком долго.

— Возьмите чомбур, и все, — недовольно сказала Софи. — Держите крепко и не делайте резких движений. Карнак — чистокровная лошадь, его легко напугать. Если не поберечься, может лягнуть и раскроить череп взрослому мужчине.

Винстон послушался. Огромный жеребец внимательно смотрел на него — как показалось Винстону, оценивающе. Один из лабрадоров стал обнюхивать брючину Винстона, и Винстон не решился прогнать собаку, опасаясь напугать лошадь.

— Когда я вела Карнака с пастбища, мне показалось, что он хромает, — сказала Софи. — Хочу проверить подковы.

Она нагнулась и взялась за левое переднее копыто лошади. Почистив копыто специальным крючком, Софи зацепила подкову, чтобы посмотреть, не отходит ли она.

Эспинг с удовольствием отметила, какой у Винстона испуганный вид. Он явно не большой любитель животных.

— Так что вы хотите узнать? — спросила Софи через плечо.

Эспинг снова достала телефон и включила диктофон.

— Расскажи, как прошел вчерашний просмотр.

— Рассказывать особо не о чем. — Софи отпустила копыто и выпрямилась. — Я приехала около половины двенадцатого. Джесси с полчаса водила меня по вилле. Потом я уехала домой. Приятное место, но, по-моему, какое-то не в меру богатое и бездушное. Я хотела купить одну из вилл для Камиллы. Пыталась заманить сюда из Швейцарии ее и внуков. Именно поэтому и поехала на просмотр.

Винстон был лишен возможности записать ответ, что его сильно беспокоило. В то же время он едва осмеливался пошевелиться. Карнак фыркнул: огромный зверь словно уловил нервозность Винстона.

Софи сделала несколько шагов, похлопала жеребца по спине и подняла его заднее копыто.

— Джесси выглядела как всегда? — спросила Эспинг.

— Трудно сказать. Мы не так хорошо были знакомы.

— Но она же купила у тебя землю?

Софи выпустила копыто и раздраженно взглянула на Эспинг.

— Купила. Но сделка шла в основном через адвокатов. Мы с Джесси Андерсон виделись всего несколько раз, включая именинную вечеринку, которая была в субботу.

Последняя фраза была адресована Винстону.

— Как местные отнеслись к тому, что вы продали землю? — спросил Винстон.

— Вы имеете в виду ретроградов, засевших в муниципальном совете? — Софи фыркнула. — Вы их страницу в интернете видели? Разговоры ни о чем, вранье — и ничего больше. Я даже получила несколько писем с угрозами. Представляете?

— Вы сохранили хотя бы несколько?

— Нет, отправила прямиком в камин, им там самое место. Не позволю, чтобы какие-то убогие меня запугивали.

Софи обошла Карнака и повторила ту же процедуру с правым передним копытом. Жеребец встревожился, шагнул задней ногой вбок, и копыта царапнули о булыжники.

— Держите его как следует!

Винстон старался изо всех сил. Одновременно он пытался уберечь свои сшитые на заказ оксфорды от передних копыт лошади.

— Я родилась и выросла в Эстерлене, — продолжила Софи. — Это одно из красивейших мест на земле, но здесь надо соблюдать равновесие между тем, что есть, и развитием. А Маргит Дюбблинг и прочие мушиные мозги… Им дай волю, и мы бы до сих пор жили в рыбацких хижинах, питались селедкой с картошкой и ездили бы на телегах.

— Кто? — спросил Винстон.

— Маргит Дюбблинг. Председательница муниципального Совета Йислёвсхаммара. Маргит и Шёхольмы в основном и подняли шумиху из-за проекта. Вы же помните Яна-Эрика и его муженька — они оба были на празднике?