Как приручить одинокого волка (СИ) - Лемешенко Зоряна - Страница 14

— В общем отпуска у вас зря не проходят, — улыбалась я, мне было хорошо и уютно, но немного завидно.

Когда уложили спать детей, а после начала зевать Златка, то Герман, укутав её в плед, понёс смеющуюся жену прямо на руках в их комнату. Это было слишком мило, чтоб моё сердце не кольнуло. Я не знаю, это зависть или нет, если я желала их семье только самого лучшего, но и мне хотелось тоже семьи и таких же ласковых и доверительных отношений, кучи детишек, громкого пса, плед на коленях, сильное плечо под моим ухом, большой автомобиль для дальних поездок всей шумной толпой…

Я зашла проверить мальчишек в детской комнате небольшого деревянного сруба, они мирно сопели, подложив под щёчки тёплые ладошки. А я набросила парку, взяла теплый плед и кружку с горячим какао и вышла на крыльцо. Луна светила как большой круглый фонарь, а вместе со снегом делала ночь совсем светлой, даже какой-то торжественной, даже темный лес подсвечивая так, что он ни чуточки не пугал, хотя стоял вплотную к нашему домику. Тем более после того, как мы перед сном немного побродили по скрипучему снегу и покатались на ледянках с горки, которая была недалеко от базы.

Поэтому я даже не дёрнулась, когда увидела как между деревьев скользит фигура собаки. Красивая плотная шерсть с переходом окраса от светло серого у морды и на лапах до почти черного вдоль позвоночника, светлые глаза, стоячие плюшевые уши и крепкое телосложение — это явно была ездовая порода, только я не очень ориентировалась в различиях между хаски, лайками и маламутами. Хотя собак любила очень и совсем не боялась. Вот и сейчас я не могла отвести взгляд от красивого зверя, хотя знала, что чужим псам в глаза смотреть чревато.

— Привет, красота! Ну подходи за ушком почешу.

Пёс, кажется, даже не поверил услышанному, потому что забавно обернулся и снова уставился на меня, будто спрашивая «Это ты мне?!»

— Тебе, тебе! Ты такой красавчик, или красотка всё же?

Зверь издал смешной звук и подошел поближе, немного потоптавшись в паре метров от меня, всё же осмелел и подошёл вплотную, уткнувшись своим тёплым крупным носом в мою руку.

— Всё, теперь вижу, что мужчина. Откуда ты такой тут взялся? Хозяева выпустили на ночную пробежку? — я начала аккуратно гладить его гладкую, но жесткую шерсть, подбираясь к ушам.

Мой собеседник обиженно на меня посмотрел, но после того как я начала ему массажировать шкуру за ушами, простил мне мою глупую болтовню и блаженно заурчал.

— А я вот сижу, грущу… — и тут зверь зарычал, а я со страхом отдёрнула руки. Но оказалось, что в дверях показался Гера, который спокойно взирал на меня и пса, который никак не прекращал скалиться, хотя приятель являл собою само спокойствие и миролюбие.

— А я думаю, с кем ты там полуночные разговоры ведёшь? Не боишься? — спросил Герман, как-то странно улыбаясь уголком рта и посматривая на всё еще рычащую псину.

— Да нет, я собак люблю… Что-то он с претензией к тебе, Гер, — задумчиво почесала я кончик носа.

— Отвлекаю тебя, а у него ревности, — хохотнул муж подруги, — Ладно, не рычи, я же просто убедился, что ты нашу Свету не обидишь. Уже ухожу.

Как ни странно, после этого пёс словно смутился и опять забавно заурчал, укладывая крупную голову прямо мне на колени, чтоб я не отвлекалась.

— А ты нахал, однако! И собственник? — я подняла обеими руками острую морду, заглядывая в блаженно прищуренные глаза. — Ну вот, собака уже есть, еще немного и будет остальное…

Подумав об остальном, я неожиданно даже для себя начала плакать. Тихонечко, чтоб никто не слышал, стесняясь этих слёз, будто они вытекали сами по себе от невыносимой боли, сковавшей душу. Пёс сразу же заволновался и начал тыкаться мордой мне в щёки и пытаться их облизать.

— Да ладно тебе, ладно! — уворачивалась я от сочувствующей собаки. — Я в порядке, немного взгрустнулось… Немного скучаю кое за кем… А может и сильно.

И снова потекли слезы, а пёс свернулся у моих ног, тихонечко поскуливая. Так мы сидели какое-то время, пока я думала, куда же деть этого красавца, ведь ночь была морозной. Заводить на ночь в дом, где полно детей я опасалась, да и Герман ему явно не нравился. Я бы с удовольствием забрала его домой, но сначала бы посмотреть как пёс отреагирует на Вадика. Но пёс решил всё сам — вскочил на ноги и ринулся в лес. Я звала и даже немного пробежала за ним, но он быстро скрылся среди тёмных стволов.

Глава 18

Я не поверил своему нюху, когда почувствовал тот самый запах моря и тёплого воска. Этот аромат снился мне в те короткие часы, а иногда и минуты передышки, когда можно было смежить веки и немного забыться. Им я грезил и фантазировал, с каким бы удовольствием припал чувствительным носом к нежной шее, чтоб вдыхать родной запах и насыщаться его чистотой и светом. Свет-лана. Это точно была она, но откуда здесь? Тут же до города далеко. Судьба решила меня дожать и снова свела нас в одной точке? Я ехал целый час до леса, чтоб наконец-то размять своё тело и пробежаться, обгоняя ветер по заснеженному лесу. И вот, остановившись, чтоб послушать перешёптывание звёзд и Луны, шуршание ветра в голых деревьях, я ощутил аромат любимой женщины.

Находясь в обличьи волка я сбросил оковы и презрел свои страхи. Какая глупая человеческая суть, всегда придумывает какие-то отговорки, чтоб избежать предначертанного и продолжать никчёмное существование. Я нашёл свою пару, я любил её больше жизни, я ждал её все свои 38 лет, случайными встречами пытаясь загасить тоску ожидания. И вот она здесь, моё колотящееся сердце повело меня вперед, я бежал даже не по запаху, меня вела интуиция, я просто знал, что она там, где показались огоньки каких-то построек.

Я едва успел остановиться, когда увидел её. А она увидела меня. И не испугалась, а отставила чашку с ароматным какао и протянула ко мне свои руки. Я не верил своему счастью. Эта женщина чувствовала меня даже таким — шерстяным и клыкастым.

— Привет, красота! Ну подходи за ушком почешу.

Сердце радостно зашлось, а я всё еще не мог поверить, что она говорила это мне, и продолжал стоять на месте.

— Тебе, тебе! Ты такой красавчик, или красотка всё же?

А вот это задело, хотя что я ожидал? Я подошел к Свете и без всяких сомнений уткнулся мордой в её руки, отдаваясь её ласке и теплу.

— Всё, теперь вижу, что мужчина. Откуда ты такой тут взялся? Хозяева выпустили на ночную пробежку?

Ну неужели она не видела волка никогда? Я ведь совсем не похож на собаку, я ведь видел себя в зеркале! Я недовольно заворчал, но потом все мысли вылетели из головы, когда Света начала мять мои уши. Я думал умру от восторга прямо там у её ног. Те, кто восторгается собачьим сердцем, просто не знают, как преданно и безгранично любят волки…

И тут моя женщина сказала, что грустит… Я не успел даже в глаза её взглянуть или поцеловать её нежные руки, когда увидел как в дверях появляется огромный мужчина. Какого чёрта?!! Возле моей пары ночью околачивается… Стоп! Он оборотный как и я?!

Инстинкты прорвались на волю рычанием и поднятой шерстью, но незнакомец даже глазом не моргнул. Он что-то говорил Свете, но я сразу не уловил, потому что красная пелена ревности оставила видимой только область шеи этого громилы, где билась в жиле кровь. Один бросок и!.. Что он сказал?..

— …а у него ревности. Ладно, не рычи, я же просто убедился, что ты нашу Свету не обидишь. Уже ухожу.

Он не мог не понять, кто я на самом деле. Он бы мог начать схватку, но он показал, что не соперник мне, а… союзник? Я потянул носом выходящее из дома через открытую дверь тепло. Много запахов, куча детских, а самый сильных исходил от оборотня — он пах младенцем и грудным молоком?.. Кажется, я зря обидел семейного человека.

— А ты нахал, однако! И собственник? — Света совсем осмелела и вплотную приблизила ко мне своё лицо. — Ну вот, собака уже есть, еще немного и будет остальное…

Чёрт возьми! Да я же не собака! Но какая разница, если она вдруг начала плакать тихо и обречённо, а в моей груди начал зреть вой полный боли и отчаяния. Я всегда чувствовал эмоции людей, но они проходили мимо меня, задевая лишь незначительно. А чувства Светы были словно мои собственные, я едва удержался от оборота, чтобы обнять её и успокоить, в моей волчьей душе я кричал «Милая моя, я утолю все твои слёзы, я стану твоей той самой стеной, защищу от всего зла в мире, только не плачь, любимая!». Но я не был уверен, что не испугаю её. Да и полно детей в доме, испугаем. Такие тайны нужно открывать тет-а-тет.