Никто не знает тебя - Лабускес Брианна - Страница 71

Вероятнее всего, да — Гретхен предоставила Эйнсли уйму времени, однако некоторые люди в минуты душевного волнения не в состоянии взять себя в руки и действовать решительно и смело.

Рид кивнул:

— Все было готово. Мы просто думали…

Что теперь, когда Клэр мертва, ничего этого не понадобится.

— Себастиан не чета Виоле. — Рид вскинул на Гретхен огромные, полные мольбы глаза.

— Ну да, конечно, — скептически хмыкнула Гретхен. — Он всего лишь ее жалкая копия.

— Неправда! — Рид сделал пару неуверенных шагов по направлению к ней. — Он защищал брата!

— Тринадцать раз воткнув нож в тело беспробудно спящей женщины? — съязвила Гретхен, плохо понимая, зачем она его провоцирует.

Рид вскинул пистолет. Он не желал Гретхен зла, он просто забыл, что у него в руках оружие.

— Он не Виола! — Рид остервенело затряс головой. — Мальчики ни капли на нее не похожи!

Гретхен не стала ему возражать. Не все убийцы психопаты. Кроме того, жизнь в доме с двумя психопатками наверняка искажает представление о нравственных ценностях и дает определенное право ранимому одиннадцатилетнему мальчику до смерти заколоть свою мать.

— Полагаю, те побои и шрамы, что так широко демонстрировались по телевизионным каналам, достались мальчикам не только от Виолы?

— Какие-то от нее, но большинство нет, — подтвердил Рид.

Люди видят только то, что хотят видеть. Только то, что им хотят показать.

Рид ужасающе громко сглотнул:

— Вы знали…

— Догадывалась, — поправила его Гретхен.

То есть была настолько уверена, что позвонила Эйнсли. Воспоминания о первой встрече с Виолой прочно засели у нее в памяти и, соединившись с разрозненными подробностями этого головоломного дела, в нужный момент проклюнулись внезапным наитием.

— Себастиана я бы выпотрошила медленно… медленно…

— Старшего? Почему Себастиана, а не Майло?

Виола так и не ответила на вопрос, но во вторую встречу обмолвилась: «Я рассказала все, что тебе надо знать».

Круг подозреваемых сузился до Эйнсли и Себастиана Кентов. Но девочка ни разу не упомянула тетю, и Гретхен поставила на Себастиана.

Молчание затягивалось, и Рид неуютно переступил с ноги на ногу.

— И что теперь?

— Уговор есть уговор, — пожала плечами Гретхен, пряча записку Лены в карман. — Я держу свои обещания.

Рид обмяк, но тотчас вскинул голову, уставившись на что-то выше ее плеча, и поднял пистолет.

— Дело, конечно, ваше, — сказала Маркони, заходя в комнату и уверенной рукой направляя на Рида оружие, — но лично я никаких обещаний никому не давала.

62. Рид. Наши дни…

«Детектив Лорен Маркони», — вспомнил Рид.

Именно так звали женщину, державшую его на прицеле. Видная женщина… Смахивает на итальянку. Невысокая, но крепенькая, привычная к оружию — выстрелит и не задумается.

Доктор Гретхен Уайт посторонилась, пропуская напарницу, и на лице ее промелькнули удивление и досада. По всей видимости, Маркони действовала на свой страх и риск, а не по заранее обговоренному с Гретхен плану, однако Риду от этого было ничуть не легче: на него навалилась всесокрушающая волна страха.

— Что вы слышали? — выкрикнул он, непроизвольно, изо всех сил, сжимая пистолет.

«Зачем, зачем он взял в руки оружие!»

— Все, что надо, — отчеканила Маркони. — Ваш сын Себастиан убил вашу жену, а вы обвинили в убийстве собственную дочь.

— Нет!

— Ну, более-менее верно, — склонила голову Гретхен, заработав от Маркони странный взгляд — и желчный, и умильный одновременно.

Интересно, сколько пуль у него в магазине?

— Вы ошибаетесь! — жалобно запротестовал Рид.

Эйнсли получила завидную фору, вряд ли копы ее отыщут. А если отыщут?

Нет. Невозможно.

Он этого не допустит.

Гретхен презрительно скривилась и выплюнула:

— Ой, вот только, пожалуйста, не отпирайтесь. Вам это не идет.

Отвращение, сквозившее в ее голосе, напомнило Риду о Клэр, и он крепче сжал пальцы на гладком стволе.

«Зачем, зачем он взял в руки оружие!»

— Но мы же с вами договорились!

Маркони шагнула вперед, заслоняя напарницу, и только тут Рид сообразил, что трясущейся рукой направил дуло пистолета на Гретхен. Угрожающе. Прямо в сердце.

«Зачем он взял в руки оружие! Зачем!» Искушение слишком велико.

Раз — и готово…

— Мистер Кент, прошу вас, опустите пистолет, — умиротворяюще произнесла Маркони. Таким тоном Рид обычно беседовал с Себастианом и Майло. Таким же тоном он успокаивал бы раненое животное. — А затем мы все обсудим, без суеты. Но вначале — докажите мне чистоту ваших намерений.

Смахивая пылинки с рукавов, Гретхен обогнула Маркони.

— Я не тратила бы понапрасну силы, договариваясь с эмпатами, если бы могла легко и непринужденно убедить их следовать моим советам, — пренебрежительно и сухо ответила она Риду, словно Маркони не было рядом.

Рид болезненно сжался. Гретхен нанесла удар по его самому больному месту, сорвала струп с еле-еле зажившей раны. Ему стало нечем дышать, голова налилась свинцом.

«Зачем, зачем он взял в руки оружие!»

— Вы ничем не лучше Клэр, — прошелестел он. — Ничем не лучше Виолы.

Маркони подалась к нему, и Рид внутренне усмехнулся: его спокойный и размеренный голос подействовал на нее гораздо сильнее, чем его недавний истеричный крик.

Но таким же спокойным и размеренным голосом говорила Клэр, когда тушила зажженный окурок о его ногу. И таким же спокойным и размеренным голосом говорила Виола, когда похвалялась, что заживо освежевала кролика.

Теперь таким голосом заговорил он. Голосом психопата.

Первой пришла в себя Гретхен и быстро-быстро, словно забыв, что находится под прицелом хладнокровного убийцы, замахала руками:

— Прошу вас, бросьте вы этот пистолет. А то у Маркони вот-вот сорвет крышу.

Маркони, собранная, готовая действовать без промедления, насмешливо фыркнула, не отрывая глаз от Рида. Он опустил оружие, но не бросил. Какой простой выход: раз — и готово. Единственный выход. Так или иначе.

— И что дальше?

— Дальше вы кладете пистолет, пока не усложнили ситуацию, случайно прострелив себе ногу, а я внушаю Маркони, что она зашла в дом пятью минутами позже, чем то было на самом деле.

Рид не отозвался, не моргнул. Но его легкие внезапно наполнились воздухом, в голове прояснилось, а в груди затеплилась крохотная искорка надежды. Опасной и шаткой, но рвущейся к жизни надежды.

— Нет, — мягко поправила напарницу Маркони. — Мистер Кент кладет пистолет, и мы дружно отправляемся в участок, где даем показания.

Опасная вещь — надежда. Рид стиснул пальцы.

Гретхен вздрогнула. Чуть-чуть, еле заметно. И Рид понял, что легкомысленная небрежность этой женщины — всего лишь напускная бравада.

Их взгляды пересеклись. Они оба знали, что ни в какой участок Рид не отправится. Рот Гретхен скривился, с губ сорвалось неслышное ругательство.

— Смотрю, кроме как гоняться за несчастным ребенком, не выдержавшим издевательств, полиции заняться больше нечем. — Гретхен выразительно посмотрела на Маркони. Та не спускала глаз с Рида. — Это, по-твоему, справедливо?

Маркони не ответила. Не шевельнулась. Но на лице ее промелькнуло сомнение.

И снова в груди Рида затрепетала надежда. Многообещающая искорка веры.

— Никто не знает, что ты здесь, — надавила на детектива Гретхен. — Никто не знает, что ты слышала правду.

Черт, зачем она это сказала! Маркони напряглась и произнесла уверенно и твердо:

— Я знаю.

— Господи, спаси меня от эмпатов, — буркнула Гретхен и, запрокинув голову, возвела глаза к потолку, словно вознося молитвы Всевышнему. — Я же не намекаю, что мы бросим Виолу гнить за решеткой. Хотя, прошу заметить, ей там самое место.

Рид согласно кивнул: истинная правда. Один только нож, найденный в ящике Виолы, нож, который подкинули Виоле по настоянию Рида, говорил сам за себя.