Нет грешным покоя (СИ) - Айсквин Мэй - Страница 39

— Так-так-так, что за птичка залетела в эту клетку? — раздался над ухом елейный голос.

— Не так быстро, Лоскутик, — в воздухе разнесся звук взведенного курка, — Что ж ты нападаешь, не успев предложить дружбы?

— Хм, действительно, прошу прощения за манеры. Но это несправедливо, что ты знаешь мое имя, а я твое нет, — произнес маг обиженным тоном.

Северус слегка повернул голову, чтобы видеть лицо Лоскутика, что с неприкрытым любопытством смотрел на него.

— А ты помолодел с нашей последней встречи, — хмыкнул Сев. — Вижу, от лишних волосатых конечностей ты успешно избавился.

— О, так ты Охотник. А я все гадал, кого из знакомых встречу на этот раз.

— И многим ты успел нагадить в трех мирах?

— Как можно, — притворно вздохнул Лоскутик и ловко спрятал кинжал в складках сутаны. Немного погодя и Северус спрятал пистолет. — Я… из лучших побуждений… всегда делюсь самым сокровенным, а все хотят меня обидеть! Неблагодарные!

— Ты, конечно, гад тот еще, но я рад тебя видеть.

От такого признания маг подавился воздухом и подозрительно уставился на посетителя.

— И чего же ты хочешь, милый друг? — с прищуром посмотрел на него Лоскутик.

Тогда Северус задал вопрос, на который ответ мог дать только он — обманщик, мародер, торговец, а главное, легендарный путешественник между мирами.

Глава 20

Уже с первого дня в Хогвартсе стало ясно, что пятый курс станет самым напряженным. И дело не в том, что в конце года пятикурсники должны были сдать СОВ, хотя и они были немаловажны. Северусу вскоре должно было исполниться шестнадцать, а значит, близилось время Инициации. И хотя он уже проходил ее в прошлой жизни, напряжение его не отпускало, ведь в этот раз он должен был подготовить не только себя, но и своих товарищей.

Если с заклинаниями и фехтованием особых проблем не было, то со стрельбой и верховой ездой все было практически по нулям.

— Нужно уметь вести бой на любой дистанции. Клинок на ближней, палочка на средней. Для дальней дистанции подойдут пистолет, лук и, как ни странно, посох, — заявил на первом собрании в Выручай-комнате Северус. — Как раздобыть огнестрел, я пока не знаю. Для овладения луком нужно обладать недюжинной силой, — он вспомнил своего прадеда, последнего настоящего драконьего всадника, и его лук, который он даже не смог натянуть. — А вот научиться использовать посох гораздо легче.

— Сейчас немногие пользуются посохами, — заметил Регулус, — а мастеров, что могут его изготовить, и того меньше. В Лондоне две лавки с палочками и ни одной с посохами.

— Мощность и дальность не способствуют сохранению Статута, — пожал плечами Барти, — мне отец объяснял.

Слизеринцы стали обсуждать, что может заменить посох. Был предложен вариант использовать трость. Бывало, данный инструмент использовался в качестве ножен для клинка или палочки.

— А что, если использовать трость не как ножны, а как усилитель? — предложил Уилкис. — Трость станет продолжением палочки, и будет полноценный посох.

— В этом что-то есть, — хмыкнул Блэк. — Подобрать аналогичную древесину не так уж трудно, а вот с сердцевиной придется повозиться. Если трость будет полая, то можно попробовать пропитать дерево изнутри драконьей кровью. А вот что делать с волосом единорога и пером феникса…

— Из волос можно сделать пряжу, — высказалась молчавшая доселе Одли, — Можно параллельно приклеить несколько нитей, будто струны. Или же пустить одну нить, но по спирали. Не знаю, как будет лучше.

— Перья феникса — самая редкая сердцевина из всех, ведь они способны на самую высшую магию.

— А с чего мы решили, что материалы трости и палочки должны совпадать? — нахмурился Уилкис. — Есть же, например, композитные луки, а мечи делаются из сплавов различных металлов. Можно поэкспериментировать с материалами, чтобы добиться наибольшей эффективности.

— Прямо оружие-перевертыш, — усмехнулся Северус. Однако ребята прежде с таким не сталкивались, поэтому Снейпу пришлось объяснять: — Оружие с двойной природой. Трость-хлыст, молот-меч, меч-лук.

Эта идея захватила Уилкиса, и он стал пытать друга, требуя рассказать как можно больше про чужеземное оружие.

Вопрос с дальнобойным оружием пока повис в воздухе, тогда как с верховой ездой решение вскоре было найдено.

Профессор УЗМС, мистер Кеттлберн, был энтузиастом, а иногда и безрассудным человеком, большая любовь которого к — как правило — опасным существам, которых он изучал и о которых заботился, приводила к серьёзным травмам. Не только собственным, но иногда и других людей. Впрочем, Кеттлберна любили, несмотря на эксцентричность, и его продолжительная работа в школе свидетельствовала о большой симпатии к нему со стороны преподавателей и студентов.

Поэтому уговорить профессора разрешить им периодически кататься на фестралах не составило труда. Однако Кеттлберн поставил пару условий: они будут помогать ему в кормежке и уходе за крылатыми конями. Впрочем, это условие было вполне справедливым.

Но была одна небольшая проблема, которая могла помешать обучению. Из всей компании только Одли и Снейп видели фестралов.

— Я же даже не вижу, где у него морда, а где хвост, — сетовал Уилкис. — А вдруг он на дыбы встанет, а я не увижу! Мы же не можем только в дождь кататься!

Тогда Пандора, как представительница факультета умников, предложила блестящую идею: использовать попону.

— Выглядит мрачновато, — резюмировал Уилкис, смотря на повисшее в воздухе покрывало, что слегка шевелилось.

— Я бы даже сказал, жутко, — добавил Регулус, наблюдая, как в пустом провале капюшона исчезает кусок сырого мяса. Совершенно бесшумно, — А ты что скажешь, Северус?

Тот пожал плечами.

— От них трудно отвести взгляд, — он улыбнулся одними уголками губ, гладя громадного вороного крылатого коня, больше похожего на скелет, по гладкой шелковистой коже. Морда фестрала напоминала драконью, а большие широко открытые глаза без зрачков светились потусторонним белым светом. Огромные крылья фестрала — мощные, кожистые и перепончатые, напоминали крылья летучей мыши, а длинный хвост скользил по земле подобно кнуту.

Так как фестралы любили темноту, Кеттлберн разрешил объезжать их только по вечерам, когда солнце уже садилось за горизонт. Ребята были только за: после ужина студенты предпочитали не выходить из замка, так что их занятиям никто не мог помешать.

Ездить на фестралах было немного непривычно. Фестралы не ходили под седлом, однако на этих лошадях достаточно комфортно было ездить и без него. Удобно разместиться верхом на спине фестрала можно, уперевшись коленями ему в основания крыльев, а также на манер женского седла. Фестралы взмывали в воздух довольно круто и резко, широко распахнув крылья, поэтому приходилось крепче держаться за загривок. Ребята в основном летали над территорией Запретного леса и Черного озера, хотя иной раз долетали до поля для квиддича, а затем неслись в сторону гор и обратно.

— Это было круто, — когда фестрал резко пошел на снижение, но приземлился совершенно незаметно и легко, Регулус буквально кубарем скатился с него, но был совершенно счастлив, — да это круче любой метлы в тысячу раз.

— Парни, время, — покачал головой профессор, — не успеете до отбоя!

— Вот черт, а можно сказать, что мы были у вас на отработке?

Кеттлберн лишь махнул рукой, и ребята стремительно понеслись в замок. Проводив Пандору до башни Когтеврана, ребята влетели в гостиную своего факультета, где напоролись на недовольного Мальсибера, который в этом году был назначен старостой Слизерина. Выслушав версию с отработкой, Адриан недоверчиво хмыкнул: все знали, что у Кеттлберна мягкий нрав, и он никогда никого не заставлял отрабатывать у себя.

Тренировки занимали все вечернее время, поэтому ребятам приходилось разбираться с домашними заданиями во время обеда. В один из таких перерывов к их компании подошел Макс Харпер, капитан сборной по квиддичу.

— Блэк, в эту субботу будут отборочные в команду, это твой шанс попасть в команду.