Печать бездны (СИ) - Ясинская Марьяна - Страница 86

«Странное у них представление о защите периметра» — подумалось мельком, пока я не разглядела, что входа в Лабиринт как такового нет. Абсолютно непроницаемая стена кустарника скрывала проход к средоточию Осколка. Убедившись, что там нет ничего интересного, решила осмотреть конструкцию ворот.

Наверху угадывались островерхие пики из заостренных камней. В центре располагался огромный ящер, расправивший крылья. Рассмотреть подробности мешала тьма, окутавшая всё вокруг.

— Милая, тебя головой случайно не приложило в Круге Чести? — ехидно спросила внезапно появившаяся копия из браслета.

Я на чистых рефлексах шарахнулась в темноту кувырком, уходя от предполагаемой угрозы.

— Ты что творишь? Я тут чуть разрыв сердца не получила!

— О, а вот реакция мне твоя уже нравится! Надо чаще появляться неожиданно, — хихикнула моя копия. — Так что с головонькой случилось?

— Да нормально всё, были ожоги от слизи и больше ничего серьёзного.

— Уверяю тебя, голову точно зацепили, если ты направлялась в парк проверить призыв Света, а теперь в темноте на ощупь ворота изучаешь.

Н-да, язва она первостепенная, но рациональное зерно в её словах присутствовало.

— Ну и как мне это сделать? Основной постулат Сумеречных гласит, что силы Света и Тьмы призываются только во время охоты и справедливого возмездия. Про рассматривание в ночи заборов там нет ни слова.

— Ой деревня! — сокрушенно покачала головой голограмма, — а свои силы тебе на что? Представь маленький шарик света на ладошке и рассматривай на здоровье, как с карманным фонариком!

— Так я не могу! — разочарованно прошептала я.

— Ага, как вихри Света и Тьмы крутить — так она «могу», как серп из Света и сэтишей из Тьмы сотворить, так она тоже «могу», а как шарик на ладошке, так сразу «не могу»! — передразнила меня неживая наставница. — Давай, не халтурь! Сосредоточься! Если тебе так легче будет, представь, как маленький шарик разгорается в груди, потом перемещается вверх до плеча и по руке спускается к ладошке.

Я пробовала, и у меня решительно ничего не получалось. В голове крутились мысли, что я действительно Сумеречная, если за один бой призвала и Свет в виде серпа для самозащиты (читай нападения), и Тьму для совершения правосудия в лице сэтишей.

Но как можно быть Сумеречной и не быть ведьмой?

Копия задумчиво следила за моими потугами.

— Давай так, если ты зажжешь на ладошке хоть малюсенький шарик, с меня сразу же, не сходя с этого места, сюрприз.

— Какой? — заинтересовалась я.

— Зажги и узнаешь! — загадочно улыбнулась наставница.

Сюрприз хотелось, но ещё больше хотелось зажечь этот непокорный шарик. Ведь и Лиза, и голограмма твердили, что так не бывает, сила либо есть, либо её нет. Бой в Кругу Чести показал, что как минимум на Свет и Тьму я могу рассчитывать. Но есть же ещё внутренний резерв, брешь в блоке которого пробил симбионт Хаоса. Я скинула куртку на мощеную дорожку и уселась сверху по-турецки, подогнув стопы под себя. Чтобы не отвлекаться, сомкнула веки и представила внутри свой источник, замурованный в каменный саркофаг, в углу которого образовалась трещина. Сквозь расщелину сквозил яркий серебристый свет, быстро рассеивающийся в окружающей тьме. Представила, как подставляю ладошку под это излучение, наполняю доверху прохладной субстанцией, слегка покалывающей пальцы, и чуть сжимаю кулак, уплотняя. Раскрыв ладонь, обнаружила парящий над ней в невесомости серебристый сгусток, чуть светящийся во тьме.

Я совершенно ошалевшим взглядом смотрела на ЭТО. Попробовала пошевелить рукой, сгусток смещался следом, как воздушный шарик на ниточке.

— Ээээ! — глубокомысленно изрекла наставница, — это что за хрень?!

— Не знаю, но это — моё создание, и оно светится! Хочу свой сюрприз, — нахально затребовала я, пока голограмма перебывала в шоке.

— Мне надо подумать! На сегодня хватит экспериментов! Попробуй потом развоплотить это, представив, что оно исчезает.

Голограмма уже почти растаяла в воздухе, когда я встрепенулась и обижено возмутилась вслед:

— А как же сюрприз?

— За кустами твой сюрприз сидит и наблюдает с момента нашего выхода в парк. Судя по обрывкам воспоминаний, жених это твой. Так что не пришиби случайно с перепугу, — со смешком добавила наставница и исчезла.

Сюрприз удался. Вот кого я точно не ожила увидеть среди ночи по ту сторону Лабиринта, так это Анджея. Если подумать, злость и обида всё ещё кипели во мне, но слова Кассиуса о семейных обстоятельствах и обещание объясниться всё же перевесили. Не хочу потом всю жизнь мучиться от неизвестности, как последний год. Лучше уж услышать пусть даже самые бредовые объяснения и разочароваться окончательно, чем самостоятельно придумывать ему оправдания.

— Я знаю, что ты за стеной Лабиринта, можешь не прятаться.

Прошло несколько томительных секунд, пока Анджей видимо решал раскрываться или сбежать. Я трусливо рассматривала свой светлячок, уговаривая себя не всматриваться в заросли кустарника. Спустя бесконечное мгновение услышала:

— Поговорим?

Я кивнула, не отрывая взгляда от светлячка, но спохватившись, что собеседник меня не видит, произнесла:

— Поговорим.

***

Юджин

Я дождался свою «батарейку», которая сумела преподнести мне несколько сюрпризов. Для начала, она всё же смогла призвать силу. Я видел, как она пыталась, хмурилась, если не выходило, и снова старалась, сосредоточенно медитируя посреди останков мощенной дорожки. Если все происходящее в Круге Чести ещё можно было списать на использование артефактов для воплощения оружия или призыва тех непонятных тварей, выжравших внутренности Краса, то создание светлячка — базовый магический фокус, который одарённые осваивают с детства. Артефакт для такого просто нет смысла создавать. У Марьям же вышло что-то совершенно неповторимое. Непонятно даже физическое состояние ЭТОГО: газ или жидкость?

Вторым сюрпризом стало моё обнаружение в Лабиринте. Сначала я хотел не показывать своё присутствие, а просто получить подпитку на расстоянии, но потом решил, а почему бы не воспользоваться шансом и не объясниться, заодно основательно подкрепившись.

Ручеёк дармовой силы моментально впитывался в мой источник, утоляя голод и возвращая ясность мысли. Раньше я бы купался в бурном потоке, схожем с горной рекой, сейчас же наличие ручейка уже было в радость, ибо подтверждало, что бывшая невеста не остыла ко мне.

Поскольку лучшая защита — это нападение, решил пока отставить в сторону романтические нотки.

— Не знал, что ты ведьма! Да ещё и инициированная.

— А я не знала, что вы — василиски, один — один, — как-то уж больно спокойно ответила Марьям.

— Занималась единоборствами в последний год? — намекнул, что видел, как она справилась с Красом.

— Пришлось, после предложений твоего деда стать его постельной игрушкой, — голос тихий сосредоточенный, безэмоциональный.

А где же гнев, обида, злость в конце концов? В амфитеатре она хотя бы не скрывала своих чувств, настолько пряным был их коктейль. Сейчас же полный штиль. Так дело не пойдёт, я не вижу её реакций. Пришлось порезать руку и окропить кровью кустарник, чтоб ветви разошлись и улучшили обзор.

Марьям сидела на дорожке и, не отвлекаясь, перекатывала свой светлячок из руки в руку. Зрелище действительно завораживало. Серебристый шарик мерцал, притягивая взгляд. Ведьма начисто отстранилась от своих эмоций, перекрывая живительный источник подпитки.

Решившись, я перешагнул границу Лабиринта, ожидая срабатывания сигнализации или ещё чего-то в этом роде, но звенящая тишина стала мне ответом.

«Хм… Мелочь, а приятно».

Обойдя девушку, сел сзади неё на землю. Снял с себя куртку и накинул ей на плечи, ночью уже становилось зябко. Потом немного приобнял. Девушка окаменела. Ни единого движения, прямая спина, голова опущена.

Я придвинулся ближе и вдохнул её запах: смесь озона, свежести туманного утра, кристальной чистоты воздуха. Зверь остро отреагировал, встав в стойку.