Пленница. Дар жизни (СИ) - Амброва Мирая - Страница 23

— Вам нужно устроить праздник, ваше высочество, — тихонько предложил один из наместников, когда король за трапезой в очередной раз пожаловался на возмущения народа. Тем утром горожане закидали гнилыми помидорами белые стены дворца, но поймать хулиганов так и не смогли. Король выказывал все больше беспокойства, а вместе с этим все больше чах.

Все присутствующие за столом с изумлением уставились на высказавшегося наместника. Надо быть глупцом, чтобы в нынешней ситуации открывать рот при короле. Леон осмотрел наместников и гостей, и остановил взгляд на говорившем. Тот побледнел и опустил глаза к тарелке.

— Праздник? — зло прошипел правитель. — Моя казана пустеет, а я должен устроить праздник для грязных отбросов?

— Да ваше величество, — десница решил поддержать бледнеющего наместника. Он откашлялся и заговорил дрожащим голосом. — Народ устал от войны и бед, им нужно отдохнуть. Праздник — вот что поднимет их дух и воскресит любовь к нам.

«Невозможно воскресить то, чего не было» — подумала я про себя. Король задумался. Он принял еще более мрачный вид, чем прежде, и мне показалось, что наместнику и деснице теперь не жить. Но лицо Леона неожиданно озарила улыбка.

— Праздник! Мы устроим праздник! — воскликнул он радостно и захлопал в ладоши. — Послушайте, что я придумал: мы устроим праздник для народа! Они смогут отдохнуть и вновь полюбят своего короля!

Присутствующие одобрительно закивали, повторяя, какая прекрасная идея пришла королю. Я посмотрела на наместника, который это предложил. Тот тоже согласно кивал и улыбался. Думаю, он был рад, что сегодня избежал возможной казни или заключения.

Гонцы короля раструбили по всей столице, что король устраивает праздник для верных подданых. Он выделил много золота из полупустой казны, и на площади Эришта установили множество столов. Виноделы выполнили небывалый заказ — тысячи бочек вина и эля везли со всех концов королевства. Земледельцы не успевали собирать фрукты и грузить в повозки, а фермеры забивать на мясо скот. Народ приободрился и заметно повеселел, возмущения стихали.

Суета царила и в замке, и я с улыбкой наблюдала как тут и так мельтешат портнихи и портные с дорогими тканями и ювелиры с драгоценностями. Благородные обитатели тоже намеревались посетить празднество, и собирались предстать во всей красе. Я с завистью смотрела, как дамы обсуждают за обедом, от кого они ждут приглашения на танцы. Как бы и я хотела хоть на миг оказаться среди веселья, музыки, танцев и блестящих нарядов. Но мне запрещено покидать замок, и даже из своего окна я не увижу площадь. Только тихое лазурное море.

Так я думала, пока одним вечером в дверь не постучали, и Меида не завела в спальню портниху.

— Король велел сшить вам платье для праздника, — высокая и худая портниха слегка поклонилась мне. — Он сказал, что платье должно сочетаться с его нарядом, раз уж вы будете подле него.

С меня сняли мерки, а уже через два дня платье было готово. Белоснежный шелк был расшит алыми цветами и изумрудными листьями, и я с восторгом кружила в нем по комнате. Но я все равно не могла поверить, что впервые с момента приезда покину пределы дворца. Я мечтала о том, как снова взгляну на цветущие улицы Эришта, вдохну запах ароматных специй. И уже через день моя мечта сбылась.

Площадь горела тысячами огоньков. От зданий тянулись гирлянды разноцветных флажков. Цветы, которых и так было полно на улице, теперь украшали каждую свободную поверхность. Я восторженно озиралась на великолепие праздника, стоя подле короля. Леон восседал на троне, который установили на высокий постамент. Он радостно улыбался и хлопал в ладоши всякий раз, как видел что-нибудь интересное.

Народ веселился. Вино текло рекой, тут и там слышался стук кружек. Мужчины, женщины, дети, старики — все весло плясали под незатейливую музыку. Знатные господа и дамы сначала вели себя отстраненно, но постепенно влились в этот бурный поток первобытного веселья. Иногда вспыхивали драки, но дерущихся быстро разнимали, а в руки им совали наполненный кружки. Чокнувшись, драчуны снова становились друзьями.

Мне тоже хотелось пуститься в пляс под задорную мелодию, закружиться в танце. Но я не смела даже просить об этом. Я только притопывала ножкой по деревянному постаменту в такт мелодии. «Радуйся и тому,» — мысленно говорила я себе, и действительно радовалась и такой небольшой возможности развеяться.

Но неожиданно в разгар празднования раздался душераздирающий вопль. Король было вскочил с места и метнулся к перилам, но стража обступила его кольцом, прикрывая, и достала кривые мечи. Я же подбежала к перилам, всматриваясь в толпу. Музыка смолкла, народ замер и зароптал. Я не могла ничего рассмотреть среди бесконечного моря спин и голов, но недалеко от огромных винных бочек толпа расступилась.

Опора подломилась, и мальчик, не больше десяти лет, был придавлен огромной бочкой. Он истошно кричал, и когда мужчины смогли сдвинуть бочку, я увидела, что ребенок сильно покалечен. Его мать упала перед ним на колени и горька рыдала, а пострадавший кричал от невыносимой боли.

Я кинулась к лестнице, но стража преградила мне путь.

— Пустите, я должна ему помочь! — я пыталась оттолкнуть стражников, но те не двигались.

— Нет! Ты не можешь! Ты — мой лекарь! — гневно прокричал король. — Ты не можешь тратить магию на всякую ерунду!

— Это не ерунда! Это чужая жизнь! — с отчаянием в голосе прокричала я в ответ. Народ замер и с ненавистью смотрел на короля. Я слышала их яростный шепот, полный негодования. Что стоит королю отпустить лекаря, чтобы помочь ребенку?

— Мой король, — вмешался десница. — Лучше отпустить ее к нему. Взгляните — народ слышит ваши слова. Окажите им такую честь, иначе нам не избежать очередного восстания прямо сейчас.

Король хотел было возмутиться, но остановился на полуслове. Я с замиранием сердца смотрела на него. Если я не помогу, он истечет кровью. Отчаянный плач матери разрывал мне сердце.

— Хорошо, — король согласно кивнул, и толпа прозвучала единым вздохом облегчения. Стража расступилась, и я не мешкая кинулась в толпу. Народ расступился.

26

Элия

— Помогите ему, прошу, — мать мальчишки вцепилась в мою руку, когда я подбежала.

— Я сделаю все, что в моих силах, — ободряющее кивнула я, смотря в заплаканное лицо. Я опустилась на колени и выпустила искры на кончики пальцев. — Держите его крепче.

Мужчина, по всей видимости отец мальчика, упал на колени рядом со мной и крепко прижал к земле кричащего ребенка. Слезы градом катились по лицу отца, он всхлипывал, но твёрдой рукой удерживал мечущегося мальчика. Я медленно вела пальцами по ранам. Кожа шипела и трещала, но раны затягивались. Ребенок истошно кричал, и мое сердце сжималось от жалости к нему.

— Не трогать! Не смейте ее трогать! — вдалеке слышались крики короля. Мужчина слишком близко находился ко мне, и я молила, чтобы королю не взбрендило в голову наказать его за это. Часть стражников спустилась с постамента и стояла неподалеку, внимательно следя за мной из опасения, что я сбегу. Или кто-то еще подойдет слишком близко. Но мне было плевать. Все что меня волновало в этот миг — успеть спасти пострадавшего.

Когда я закончила с ранами, я приложила руки к груди мальчика, чтобы устранить внутренние повреждения. Ребенок выгибался дугой и кричал, но я не останавливалась. Я видела, как по лицу его матери градом текли слезы, и в ужасе она зажимала рот руками. Силы мои были на исходе, и я вложила все ее остатки в последний мощный поток. Мальчик громко вскрикнул и затих.

Я поднялась с затекших колен. Голова кружилась, а руки тряслись, но я постепенно приходила в себя. Теперь моя магия не скоро восстановится. Король, который каждый день вызывает меня на лечение, будет очень недоволен. Но мне было плевать, даже если я поплатилась бы за это своей головой.

Над площадью висела зловещая тишина. Даже мать ребенка перестала рыдать и завороженно смотрела на сына. Отец коснулся лба малыша и тихо прошептал: