Жена для виконта-отступника (СИ) - Филимонова Елена - Страница 34

Инилея ждала меня в малой гостиной. Это была небольшая комната в боковом крыле, отделенная от остальных длинным коридором. Эркерное окно выходило в облетевший сад. На резном столике стоял чайный сервис из потрясающей красоты фарфора. Выписанные золотом вензеля сплетались в причудливый узор, наползали друг на друга и издалека напоминали цветы.

— Он принадлежал моей матушке, — улыбнулась Инилея, увидев, как я разглядывая чашку. — Восхитительная работа, не так ли?

Солнечный свет играл на ее золотистом платье, расшитым по корсажу шелком и жемчугом. По забавному стечению обстоятельств мы с ней в этот день выбрали одну и ту же прическу.

— Вам повезло, что удалось сохранить его.

Насколько мне известно, после смерти жены король Ортанар приложил немало усилий, чтобы уничтожить любое напоминание о впавшей немилость супруге. Говорят, он даже приказал сжечь все ее портреты.

— Вы удивитесь, узнав, как он достался мне. Его отдала мне сестра, — взгляд Инилеи затуманился воспоминаниями. — В те дни, когда мы еще были близки.

— Быть может, не все еще потеряно.

Из того, что рассказал мне Ричард и того, что знала я сама, в такой исход верилось слабо, но я решила следовать правилам хорошего тона.

— Нам не дано предвидеть будущее, — Инилея посмотрела на меня своими пронзительно-зелеными глазами, — но в наших силах повлиять на него. Возможно, я стану примирюсь с сестрой или стану королевой, а, может, как моя мать, сложу голову на эшафоте. — Она произнесла это столь буднично, будто речь шла о погоде за окном. — И все же, — Инилея грациозно долила нам обоим чая, — я более рассчитываю на первый вариант. — Она улыбнулась краешками губ. — Ричард говорил мне, вы жили при дворе?

— Да, и довольно долгое время. Но с приходом вашей сестры оставаться там стало опасно.

Инилея отпила чая, затем понимающе кивнула. Мы обе замолчали. За окном по-прежнему барабанил дождь, в камине потрескивали дрова. Мне стоило немалых усилий отвести от нее изучающий взгляд — вряд ли принцессе бы это понравилось. И все же, думала я, размешивая сахар и наблюдая, как растворяются крупинки, она вряд ли позвала меня, чтобы поговорить о прошлом или рассказать о себе.

— Что вы думаете о Ее Величестве, леди Стенсбери?

Ее вопрос меня не удивил. Я ожидала чего-то подобного.

— А что вы хотите услышать?

Сахар растворился, но пить уже не хотелось.

— Правду, — Инилея пожала плечами. Она глядела пристально, но без враждебности, хотя и с некоторым напряжением.

В горле пересохло, и я все же сделала глоток. Врать не имело смысла.

— Я в первую очередь думаю не о монархах, а о собственной безопасности и безопасности своих близких. Гонения на иноверцев принесли стране немало горя, но мятеж обратится еще большими бедами.

Возможно, Инилея рассчитывала на какой-то другой ответ, быть может, ожидала услышать в свой адрес лесть, но сказанное мной, определенно, пришлось ей по душе.

— Ричард не солгал на ваш счет, — она подперла кулачком острый подбородок и задумчиво склонила голову. — Впрочем, он всегда хорошо разбирался в людях. И в женщинах, в частности.

— Полагаю, я могу счесть это комплиментом, Ваша Милость?

Слова принцессы не вызвали ревности. От нее исходил странный магнетизм, она флиртовала, но без вульгарности, хотя, без сомнения, наслаждалась обращенными на нее взглядами. Роберт, как я уже поняла, входил в число ее фаворитов, было видно, что ему Инилея благоволит больше остальных. Впрочем, даже его она не подпускала ближе, чем считала разумным. Надо сказать, весьма дальновидно и по-королевски.

— Вы кажетесь мне интересной и разумной женщиной.

Я улыбнулась.

— Как и вы мне.

Инилея посерьезнела.

— Поддержите ли вы меня, если Создателям будет угодно будет сделать меня королевой?

И этот вопрос тоже не стал сюрпризом. Разумеется, она должна была прощупать почву и, честно говоря, на ее месте, я бы поступила так же.

— Я почти ничего о вас не знаю, но знаю, что мой муж хорошо разбирается в людях, и не стал бы оказывать поддержку дурному человеку. А, значит, и у меня нет причин быть против.

Мне показалось неразумным давать обещания или изображать ту, кем я не являлась. Инилея за версту чуяла ложь и мигом бы меня раскусила.

— Сейчас вы говорите как большинство покорных женщин, — она улыбнулась, — но, Ричард говорил мне, что вас за пояс не заткнешь.

— Ну, так я человек, а не перчатка или полотенце, чтобы затыкать меня за пояс, — пошутила я.

Инилея рассмеялась.

— Тоже верно, — она снова сделалась серьезной. — Если я попрошу вас кое о чем, вы согласитесь?

ГЛАВА 25

Мысленно я поставила еще одну галочку в списке догадок. Вот мы и добрались до кульминации. Момент истины.

— Зависит от того, что именно вы попросите.

С самого начала мне было ясно, что в Хэррон-Хаус нас пригласили не просто так.

— Мне нужен доверенный человек при дворе моей сестры.

— Вы хотите сказать «шпион»? — я почему-то совсем не удивилась, когда она это сказала.

— Предпочитаю слово «наблюдатель», — Инилея, прищурившись, смотрела на меня. — Беренгария думает, я пытаюсь сместить ее и захватить власть, но я бы никогда не навредила родной сестре. Кроме того, — принцесса доверительно наклонилась вперед. — У меня есть основания полагать, что ее жизнь находится в опасности. До вас, конечно, дошли слухи о ее болезни.

Я кивнула.

— Как и то, что врачи не могут определить причину ее недуга.

— Или они выполняют чей-то приказ.

— Подразумеваете супруга Ее Величества?

Инилея подернула острыми плечами.

— Что толку от моих подозрений, если они ничем не подкреплены, а письма, что я отправлю сестре, проходят жесточайшую цензуру. Но, я думаю, муж моей сестры не просто так вернулся на родину. Если Беренгария умрет, он будет вне подозрений, и заодно получит повод занять трон.

Религиозный фанатик на престоле. Даже сейчас, пока королева еще жива, по всей стране каждый день сжигают «еретиков». Что будет, если он получит абсолютную власть?

— Это очень опасная затея.

Инилея согласно кивнула.

— Я ни к чему вас не принуждаю, и уж точно не стану отправлять в Аран против воли.

Ее стремление обзавестись при дворе «глазами и ушами» вполне объяснимо, но я вряд ли могла оказаться полезной. И главное — у меня не было ни малейшего желания рисковать жизнью ради чужих интересов.

— Даже если я соглашусь, это совершенно невозможно. Как я вернусь в столицу, не вызвав подозрений?

Инилея прищурилась. Она видела меня насквозь, а именно то, что ее предложение разожгло во мне азарт.

— То есть, в принципе, вы согласны? — уточнила она. — Среди моих людей есть те, кто могут это устроить. Им можно доверять.

— Если им можно доверять, то почему вы не отправите ко двору их? — не то, чтобы я ждала от нее подвоха, но вопрос казался вполне логичным.

— Потому что только женщина может стать фрейлиной моей сестры и Ее Величества королевы, — Инилея теперь смотрела на меня еще пристальнее.

Я разве что не присвистнула. Иными словами она хотела отправить меня в самое пекло. В случае разоблачения мне была только одна дорога — на плаху.

«Но если эта женщина, что сидит сейчас передо мной, станет королевой, нам обеспечено безбедное будущее», прошептал внутренний голос. Я мысленно велела ему заткнуться.

— Мне надо подумать, — наши глаза встретились, и стоило немалых усилий выдержать ее взгляд.

— Разумеется, — она понимающе кивнула. — И повторюсь: ваш ответ, каким бы он ни был, не повлияет на мое отношение к вам. И все же я бы хотела, чтобы именно вы стали моим осведомителем.

— Почему именно я? Не доверяете своим компаньонкам?

— Они хорошие девушки, но выросли в сельской местности и не знают тонкостей придворной жизни. Их раскусят в два счета.

* * *

— Исключено. — Ричард допил кубок и жестом остановил служанку, собиравшуюся налить ему еще. — Моя жена никуда не поедет. Простите, леди Инилея, но я этого не допущу.