Право на эшафот (СИ) - Вонсович Бронислава Антоновна - Страница 73

— Ты не прав, Макс. Это раньше у него не было меня, а значит стимула расти. А сейчас меня нет у тебя. Ты лузер, Макс.

— Посмотрим, что ты запоёшь через полгода, — зло бросил он.

Макс не видел, но для меня секретом не стало, что с руки Эстефании сорвалась тонкая паутинка заклинания-проклятия на неудачу. Насколько я успела заметить, короткого действия, примерно на год. Но год — срок достаточный, чтобы потерять всё.

— Через полгода у тебя будет возможность только смотреть на меня, говорить — нет.

Она улыбнулась так, что Макс примёрз на месте и единственное, что мог: смотреть, как она уходит. Неотрывно смотреть, потому что шла Катя красиво, у меня так не получалось ни в том теле, ни в этом.

— Правильно я его? — спросила она, давая понять, что чувствует меня уже давно.

— Правильно, — согласилась я. — Слишком легко он от меня отказался, слишком легко начал строить жизнь без меня.

— Могу приложить чем-то посерьёзней, — предложила она. — Если посчитаешь, что для исполнения договора этого не хватит.

Я вдруг поняла, что мне нет никакого дела до Макса, он остался в той прошлой жизни, и мои чувства к нему словно выцвели. Ни любви, ни ненависти, лишь толика недоумения: как он вообще мог мне нравится, у него же вся сердцевина гнилая?

— Да ну его. Считай, что относительно его договор ты исполнила. — Я хотела узнать, как мама, как сестра, как подруги. Хотела и не могла, потому что язык словно примёрз к зубам, хотя я была всего лишь проекцией. Возможно, потому, что больше эта жизнь моей не была и я не имела права в неё вмешиваться. Поэтому я спросила другое: — Какой ритуал был проведён над фамильяром Эрилейских?

Она дёрнулась и развернулась ко мне взбешённой фурией.

— Ты! Не лезь туда, куда тебе ходу нет. Я наняла тебя только на смерть. Не смогла умереть, так прими судьбу, тебе уготованную, с честью. Не нужны тебе тайны Эрилейских, они тебе не помогут. Ты — не мы, Сиятельность — не только в крови, это наша суть, вам обычным, этого не понять. Не приходи больше, я свою часть нашего договора исполнила, ты сама подтвердила. Я закрываю тебе дорогу в свою жизнь.

И она резко начертила в воздухе руну, напитав её магией. После чего меня отбросило точно так же, как недавно Теодоро, и я подскочила уже в кровати Сиятельного корпуса. В чём-то Катя, несомненно, была права. Мне никогда не понять, почему Сиятельные смотрят на остальных, как на грязь под ногами. Наверное, это нужно родиться в Сиятельной семье и впитывать Сиятельные принципы с молоком матери. Или у Сиятельных не принято кормить детей лично и это отдают на откуп кормилицам? Память по столь важному вопросу молчала.

Сна после двойного потрясения не было ни в одном глазу, я честно проворочалась в кровати с полчаса, но в голову лезли очень уж нехорошие мысли. Требовалось занять себя хоть чем-то. И я решила пойти в библиотеку и поискать столь нужный Раулю томик. Возможно, без помощи Альбы я буду это делать до второго пришествия, но пока удовлетворюсь и другой книгой, не столь интересной для теофренийского принца, зато чем-нибудь интересной для меня.

Но искать мне ничего не пришлось. Огромный том «Сиятельность. Истоки. Развитие. Формы» лежал на почётном месте посередине стола. Наверняка это была первая книга, к которой допускался Сиятельный студент. Так сказать, азы Сиятельности, которыми нужно проникнуться до того, как приступать к обучению. Но не каждый студент мог приобщиться к знаниям: книга была заперта на замок явно магического происхождения. Ключик нигде по соседству не валялся, но на обложке, обильно украшенной золотом и драгоценными камнями, была выемка, в которую моя ладонь поместилась так, словно для неё и создавалась. После этого замок раскрылся, а обложка приглашающе приподнялась.

Боюсь, открывала я книгу без должного пиетета, потому что после двойного общения с Сиятельными персонами я для себя окончательно уяснила: во-первых, бывших Сиятельных не бывает, а во-вторых, Сиятельность точно скрывает какую-то грязную тайну.

Во «Введении» были пустые размышления о том, как повезло читающему эти строки родиться Сиятельным, что он должен ценить сделанное предками и что он должен приложить все силы к тому, чтобы овладеть магией на возможном для себя уровне.

Продравшись через эту болтологию и не вынеся для себя ничего важного, я перешла к первой главе, в которой на неподготовленного студента вываливалась сразу вся информация по появлению Сиятельных.

Как я и думала раньше, Сиятельные были созданы искусственно, но получилось это совершенно случайно. Придворный маг тогдашнего императора — а на континенте была единая империя, уже потом раздробившаяся на отдельные независимые государства — проводил эксперимент по проколам между реальностями и совершенно случайно обнаружил свойство Сиятельности, которое приобрёл его любимый питомец — мелкая зверюшка, отдалённо напоминающая кота, если судить по приведённому рисунку. Названия животного не было, а ничего подобного ему я не встречала ни в этом мире, ни в нашем. Животное обладало минимальным магическим даром, который тоже усилился, вместе с основными жизненными характеристиками: здоровьем, выносливостью и внешним видом. Маг от результата пришёл в восторг и поделился оным с правителем. Мол, прекрасный задел для производства домашних любимцев. Но правитель пошёл дальше и сказал: «Хочу. Хочу сиять. Хочу усиленную магию. Хочу здоровье и красоту. И только я, ты себе не смей». История умалчивает, опечалился ли маг, что не додумался засиять сам, но указания императора выполнил в точности: провёл ритуал при скоплении придворных, вызванных как раз для того, чтобы перед ними покрасоваться полученным Даром Двуединого. Был ли маг зол на императора или ритуал в принципе не был рассчитан на человека, но всё пошло наперекосяк. От избытка чуждой энергии императора разорвало, зато засияли все, кто был в тронном зале.

И ладно бы обошлось Сиянием аристократов, но через прокол просочились чуждые этому миру существа, больше всего похожие на микроскопических червей. Они могли существовать автономно, а могли вступать в симбиоз с несиятельным человеком, усиливая его дар, но делая совершенно бесчувственным. Причём если в магов с 3-5 кругами силы они могли внедряться сами, то в более высокоуровневых магов — только по их желанию. Но вне зависимости от способа существования, пришельцы отравляли вокруг себя саму суть чужого мира: жизнь начинала гибнуть, а природные катастрофы множиться.

Единственное, что сдерживало их рост и распространение — присутствие Сиятельных, которые специальными ритуалами еще и усиливали защиту своих земель. Чем сильней маг — тем сильней защита.

Время от времени на червей устраивалась охота, но до конца извести их было невозможно, потому что прокол продолжал функционировать и исправно поставлял новых. Почему его было не закрыть? Да потому что с закрытием прокола ушла бы Сиятельность, чего улучшенные аристократы никак не могли позволить, вкусив новые возможности. Маг, который открыл ящик Пандоры, хотел его и закрыть, но ему не дали этого сделать, уничтожив вместе с дворцом, в подвале которого так и функционирует до сих пор прокол.

Получается, после исчезновении в Теофрении Сиятельных эта дрянь размножилась, тогда, чтобы вернуть баланс, надо закрыть прокол, а потом выбить всех червей? Методы охоты на них известны, я сунулась в оглавление и сразу нашла к ним отсылку. И выявлялись, и уничтожались они довольно простыми заклинаниями. Возможно, Раулю их будет достаточно, чтобы исправить ситуацию в стране? Хотя бы временно, до того, как прокол будет закрыт. А то, что его надо закрывать, я была уверена. Наверное, не настолько я сроднилась с Сиятельностью, чтобы не понимать, что она несёт зло. Новый открыть не смогут, потому что придворный маг у нёс тайну с собой.

— Донья, эту книгу можно открывать только после клятвы, что ничего из неё никогда и ни при каких условиях не будет известно несиятельным, — раздался испуганный голос некстати протрезвевшей Альбы. — Вам следует её дать прямо сейчас, пока беды не случилось.