Викинг. Ярл (СИ) - Лей Влад - Страница 42

— Понял, — кивнул Хватти, и тут же бросился прочь, выполнять приказ.

Я поднялся, потянулся, и тут же подошел к храпящему неподалеку Халту, завернувшемуся в шкуры так, что он больше походил на младенца — только рожа торчит.

— Вставай, хватит дрыхнуть! — я легонько пнул его в бок.

Это не дало ровным счетом никакого эффекта. Халт даже не поморщился.

Ну что же, меня ведь тоже пришлось тормошить.

Я принялся толкать его ногой, но так как это снова-таки не дало результата, пришлось его вновь пнуть, и в этот раз не легонечко.

Сат громко всхрапнул, попытался сесть (но так как он сам себя запеленал, то у него это еле получилось, он вообще теперь уже больше напоминал здоровенного червяка), и осоловело оглядывался вокруг.

— Что случилось? — наконец, промямлил он.

— Твои соплеменники идут сюда.

— Сюда? — удивленно принялся он оглядываться по сторонам.

— Да не конкретно сюда, а на эту часть острова! — пояснил я. — Собираемся и идем к броду.

— Угу… — Халт принялся распаковываться из своего «кокона».

Все в лагере уже были на ногах и споро паковали вещички, только мы с Халтом бродили, как две осенние, полуживые мухи, еле передвигая ноги.

Бойцы милостиво оставили нам еду после обеда, и мы тут же уселись подкрепиться. Ну а пока делали это, один из воинов давал отчет о том, что они нашли на ферме (той самой, где ночью бушевали мы с Халтом).

— Никого в живых не осталось, — отчитывался воин, — большую часть убили во сне. Причем…без оружия.

— Угу, — хмыкнул я, — задушили, сломали шеи или проломили черепа?

— Да… — воин кивнул, удивленно уставившись на меня, явно еще не осознав, как я догадался.

— Продолжай, — кивнул я ему.

— Еще несколько были в доме. Эти не спали, но их тоже убили, — сказал воин. — Последнего нашли в лесу, довольно далеко от фермы. Ему в лицо ударили камнем…

— Не камнем, а кулаком, — буркнул Халт.

— А затем, — подозрительно уставившись на Халта, закончил воин, — еще и отрезали руку. Зачем — не понимаю.

— Это обряд мести. Кровнику нужно отрезать руку, чтобы он не мог принять дары Дункана, — ответил Халт на невысказанный воином вопрос, и тут же выудил трофей из вороха своих вещей.

— Вон она, — Халт помахал отрезанной рукой, словно бы здороваясь, — теперь Фролу не видать милости Дункана…

Посиневшая рука мертвеца выглядела жутко и страшно, но Халт явно намеревался таскать ее с собой еще очень долго…

Надеюсь, хоть догадается ее высушить, а то еще смердеть начнет…

— Так это вы были на ферме? — наконец, до воина дошло.

— Мы, — кивнул я.

— Но…как? Их ведь там было…

— Милостью Одина, — усмехнулся я. — Значит, все проверил? Живых не осталось?

— Нет, — покачал головой воин.

— Ну все тогда, собираемся и уходим…хотя… — до меня дошло, что мы-то с Халтом дрыхли весь день, а остальные нет. Да и выдвигаться в ночь как-то глупо…

Ладно, дождемся утра.

До лагеря Ури, разбитого неподалеку от брода, мы добрались без приключений.

Вообще западную часть острова мы зачистили от сатов качественно — если и остались еще где-то их отряды, то они уже все поняли, засели в глухих лесах и носу оттуда не показывали.

— Думаю, не осталось уже никого, — с ехидной усмешкой заявил Ури, — раньше, стоило где-то появиться сатам, как тут же местные бежали искать наших и указывали, где видели чертовых дикарей. А бывало и вовсе местные даже следили за сатами, отправляли нам вестовых, и мы быстро выходили на их отряды.

— Хорошо, — кивнул я, — что по орде, которая к нам движется? Ро-Кан?

— Думаю, что шаман поднял всех, кого только мог, — усмехнулся тот.

Ну, еще бы. У Гукова (он ведь и есть шаман) началась настоящая паника.

А как ей не начаться, если в восточной части острова, где сатов было, как грязи, и плюнуть было невозможно, чтобы в кого-то из них не попасть, появились враги, постоянно вредящие, и даже более того, убившие одну из «личностей» шамана.

Ро-Кан по просьбе повторял этот рассказ только при мне три раза, а сколько раз ему все пришлось рассказывать заново, даже узнавать не хочу.

Получилось все неимоверно просто — Ро-Кан и несколько его бойцов переоделись в сатов, напялили шкуры, взяли мечи и пошли к храму, где и обитал один из «шаманов».

Охрана, услышав, что это гонцы из большого дома, беспрепятственно пропустила их. Даже старик, сидевший у подножия статуи местного бога, до последнего не понимал, что происходит.

Осознание пришло, когда Ро-Кан наклонился к нему, чтобы передать послание, но вместо слов воспользовался ножом, припрятанным за пазухой.

Удар пришелся точно в ухо, и старик умер мгновенно.

Вот и все, «один из шаманов» покинул этот мир. Осталось два. Но так-то, на самом деле, всего один. Я был уверен, что настоящий шаман один, двое других — лишь копии для маскировки.

Жаль, конечно, что Ро-Кану не повезло. Было бы просто замечательно, если бы старик, им убитый, оказался тем самым, нужным нам. В смысле настоящим персонажем Гукова, тем самым шаманом. Но нет, похоже, это просто копия…

Далее Ро-Кан и его бойцы покинули храм. Затем начался переполох, и у Ро-Кана не было иного выбора, кроме как загрузиться на лодку и отправиться восвояси — добраться до одного из двух оставшихся «шаманов» не представлялось возможным — они засели, окружив себя почти сотней бойцов, и постоянно были на виду у своих телохранителей.

Ну и ладно, хрен с ними. Осталось всего-то двое из трех. Достанем как-нибудь! Главное, чтобы Гуков сам привел орду к броду, а дальше уже, как говорится, дело техники…

Тысяча двести воинов ‒ именно столько моих бойцов должны были встретить здесь сатов, которых, к слову, оказалось около четырех тысяч. Если, конечно, наши разведчики не ошиблись. Но я склонен был им верить.

Почти четырехкратное преимущество врага в численности подавляло.

Если бы мы столкнулись в чистом поле, вряд ли бы помогли все мои построения, тактики и так далее. Впрочем, может, и помогли бы, все зависело бы от множества факторов — погоды, усталости бойцов с одной и другой стороны, особенностей местности.

К слову, о последнем: вот как раз особенностями местности я и намеревался воспользоваться, именно они позволяли мне всецело игнорировать и нивелировать численное преимущество врага.

Река, у которой мы стояли, была не особо широкой, однако быстрой, опасной. Переплыть ее было той еще проблемой, а уж с оружием в руках и подавно.

Тем не менее, я не был склонен недооценивать сатов. В конце концов, уже не раз и не два слышал истории, когда отпущенные саты (из разгромленных нами отрядов) все же умудрялись переплыть реку, при этом, не потеряв свое оружие.

Так что не исключено, что, будучи не в состоянии все вместе пройти брод (а его протяженность составляла около ста метров, причем глубина везде была разной — где-то по щиколотку или колено, где-то по пояс и даже грудь), они попытаются реку переплыть. И плевать им, что вода холодная, сама река глубокая, а течение быстрое.

Раз так…

Метров на пятьсот от брода в обе стороны мы готовили берег — ставили острые колья, причем старались скрыть их в воде, выкапывали неподалеку от берега ямы, в которые прорвавшиеся саты должны были упасть. Также усиленно учили стрельбе из луков местных: детей, стариков. Им предстояло держать берега, убивать сатов, пытающихся переплыть реку.

Нет, мы не собирались бросать детей и стариков на произвол — вместе с ними будут и мои стрелки, но не так много, как хотелось бы.

Остальные как раз таки будут держать оборону у самого брода…

К слову, только лучниками наши «дальнобойные» возможности не ограничились — с части кораблей сняли орудия и притащили сюда. Благо, Владимир Григорьевич смог создать конструкции довольно-таки легкие и, главное, легко собирающиеся и разбирающиеся.

Так что баллисты и требушеты были доставлены к броду посредством самых обычных фермерских повозок, которые тащили мелкие, худые и косматые лошадки северян.