Святая Мечей: Линарис (СИ) - Кин Алекс - Страница 97

— Я никому не доверяю, — пожал плечами капитан. Генерал его нисколько не пугал. Он видел в нем способность добиться своей цели и только. Кортес говорил о безумных идеях, власти над Перфруном и о грядущей войне с Империей. Анри все это мало заботило, поэтому он решил сконцентрироваться на том, что мог действительно контролировать.

— Вот поэтому у тебя и нет друзей, — засмеялся Кортес. — Тем не менее, ты вчера хорошо сработал. Не думал, что ты сможешь уничтожить "теневика". Видел их раньше?

— Нет, но слышал от отца. Я не думаю, что он погиб, — вчера они сражались против Фолкена Весельчака. Теневика, который по совместительству был пятым мечником Лиловых Небес. Это было странное сражение, в котором Анри не видел особо смысла, но оспаривать приказы Кортеса не собирался.

Всего одного удара ему хватило, чтобы разорвать тело теневика на части, уже после того, как Фолкен принял свою истинную форму. Как только это произошло, его друг, Волген, ударил своей безумной атакой. Такого Анри еще не видел, только слышал о возможностях человека, доведшего свое тело до абсолютного максимума. Фолкен разлетелся на тысячу брызг и уже не смог собраться воедино. Какая-то часть слетела с горы и навсегда пропала, унесенная холодным горным ветром.

— О чем ты? — поинтересовался Кортес. Они стояли на самом верху той самой башни, где договорились встретиться. Никта, Пондрит и Ромл — доверенные капитаны Кортеса, прибыли под утро и сейчас отдыхали. Еще немного — и они отправятся к руинами Стинлира, чтобы использовать девочку Линарис и открыть одни из Врат Реальности.

Анри все еще считал эту затею глупой гонкой за сказками. Но, если ему дадут обещанную Драконью Пыль, он готов был поверить и в это безумие. Анри был одержим этой идеей, когда только узнал о существовании такой удивительной вещи. Способность воскрешать — о таком он не мог и мечтать. Но узнав, что это не сказки, понял, как должен строить свою карьеру. Пробиться как можно выше, понравиться тем, кто обременен властью и получить предложение, от которого уже не сможет отказаться. В какой-то мере, его план сработал.

— Теневики же крошечные. Все их существование — в душе, которая не больше птичьего яйца. Даже если несколько капель остались и соединились, смогли скрыться в теплом месте от утренних лучей — он выжил. Хотя не думаю, что он сможет сражаться в ближайшее время.

— Когда мы откроем Врата, это все равно уже будет не важно, — рассмеялся Кортес. — Возвращаясь к твоему вопросу — да, ты получишь то, на что надеешься. Но важно понимать — ты должен не только пережить битву, которая скорее всего произойдет, но и доказать, что достоин этого невероятного подарка. Понимаешь?

— Конечно, — кивнул Анри. Ведь именно этим он и занимался в последнее время. Доказывал, что способен на все, даже на самое невозможное.

Капитан священных рыцарей уставился на рукоятку своего меча, Даймондвинга, и улыбнулся. Их ждет еще одна безумная битва. Но в этот раз, он будет готов.

***

Анри ошарашенно смотрел на облако пыли, сжимая Даймондвинг. Остальные капитаны были рядом, готовые пуститься в бой. Они, видимо, не до конца понимали опасность, что таилась в мечниках Лиловых Небес. Ведь, если не считать того раза, когда Фолкен сам сдался на милость священных рыцарей — им ни разу не удавалось победить их в бою. Почему сегодняшний бой должен отличаться?

Пыль осела и священные рыцари увидели эльфийку, сжимающую огромный двуручный меч и эльфа, который кое-как слез с лошади, удерживая себя на одной ноге, балансируя за счет длинного меча, который использовал как точку опоры, воткнув в землю.

— Тебе не обязательно сражаться, я справлюсь, — Роланда загораживала Тьери, но тот покачал головой.

— Это не простые священные рыцари. Вряд ли тебе удастся просто так их всех победить.

— Не стоит сомневаться в моих силах, — улыбнулась эльфийка.

У нее был приятный голос. Они говорили на эльфийском, но Анри прекрасно знал этот язык. У мужчины же голос был сломанным, грубым, без певчих нот и баланса. Капитан кивнул своим соратникам, приказывая им быть наготове. Те покрепче схватили мечи и стали расходиться в разные стороны, чтобы атаковать одновременно, не мешая друг другу. Анри же двинулся вперед.

— Мы снова встретились. Ты же Тьери Гринтиир, да? — Анри говорил на чистом эльфийском, стараясь говорить длинными предложениями нараспев, как того требовала традиция. В ответ Тьери насмешливо поклонился. — Мы с тобой уже встречались, помнишь?

Анри постучал ногтем по железной пластине, что закрывала теперь часть его лица. Глаза эльфа весело сузились, он явно наслаждался происходящим.

— Какая элегантная работа. Я хорошенько тебя задел, не правда ли? Не думал, что они смогут зашить такую рану.

— Ну, ты застал меня врасплох. Кто бы мог подумать, что калека владеет таким мастерством. Хотя, что еще можно было ожидать от третьего меча Лиловых Небес, согласен?

— Нам не стоит сражаться. Вам не победить, а мы не собираемся бежать за ними. Это не наша битва.

— Ты не понял, мастер Гринтиир. Это и есть ваша битва. Последняя, — Анри взмахнул рукой. Порыв ветра окутал его, помогая превзойти привычные границы возможностей. Он скользнул вперед, отталкиваясь и превращаясь в неостановимый поток, который создал собственными силами.

Роланда предвидела такую атаку, поэтому закричала и прыгнула вперед, стараясь перегородить движение Анри и, если получиться, размазать его по земле одним ударом. Эльфийка совсем забыла, что капитан священных рыцарей был не один. Тролль, орчиха и еще один человек напали с трех разных сторон. Их техники отлично дополняли друг друга смешиваясь в опасный, смертоносный танец. Роланде пришлось защищаться, оставаться на месте, не заканчивать удар.

Анри пронесся мимо. Даймондвинг сверкнул, устремляясь в щеку Тьери. Эльф улыбнулся, поднимая меч и растворяясь в собственном ветре. Когда сражаются Мастера одного пути — побеждает тот, кто окажется сильнее.

— Хорошая попытка, — прошептал Тьери, опережая удар Анри, нанося собственный выпад в лицо противника, превосходя его в силе и скорости.

— Ты предсказуем, — долетели до эльфа опасные слова, а потом он вдруг перестал чувствовать ветер вокруг себя. Легкость исчезла, лишая его возможности спокойно двигаться. Он ошарашенно взглянул на Анри Блеквинга, который странно развернул меч и отпрыгнул назад, увлекая за собой Тьери.

Эльф только слышал о такой технике, но ему никогда не хватало желания осваивать ее. Она казалась ему бессмысленной, почти лишенной практического применения. Танец, работающий только против Мастеров Воздуха. Какой в нем был смысл, если Тьери умел не просто идти Путем Воздуха, а становиться частью стихии, растворяться в ней, теряя свою физическую оболочку? Он сам становился ветром, неосязаемым, мгновенным, всеобъемлющим, непобедимым. Но так было до того, как он потерял руку и ногу в безумной попытке остановить зло, которое ненавидел. Сейчас его сила была не безграничной. А потому техника Анри сработала.

Там, где заканчивался воздух, где не существовал ветер и не было звуков. Обратная сторона стихии, танец, лишенный скорости, грациозности и силы. Вакуум. Абсолютное ничто. Только человек, которому уже нечего терять, может позволить себе так просто отказаться от Пути Воздуха, чтобы взамен получить призрачную надежду уничтожить одного из легендарных мечников.

Анри легко сделал этот шаг. Тьери попался. Капитан видел, как движение эльфа замедлилось. Его затягивало в вакуумную ловушку, в которой не было звуков, воздуха, не было силы. Только слепое притяжение и неотвратимость. Еще секунда и клинок Анри проткнет череп эльфа, обрывая легенду Пути Воздуха.

Чутье. То, что отличает обычного мечника, от гениального. У Анри оно было. Он не хотел останавливать атаку. Знал, что второй раз эльф уже не попадется. Но какой смысл в победе, если он погибнет? Кортес вряд ли по доброте сердечной возродит сестру Анри. Вообще, капитан сомневался, что у генерала священных рыцарей есть сердце. Он обязан выжить. Выжить и доказать свою силу.