Зимняя сказка (СИ) - Сапункова Наталья - Страница 5

Она смотрела на остывающие угли в печке, на то, как скачут по чёрным поленьям сполохи пламени.

Трой ведь придёт?..

Трой пришёл. Постучал в окошко, она бросилась открывать. Он был веселый, морозный, немного заснеженный, в той же простой куртке, что и вчера, с сумкой на плече и с большой картонной коробкой, перевязанной лентой.

– Здравствуй! Я тут тебе кое-что принёс!

Картонная коробка была из кондитерской. Линн запомнила эти коробки ещё с прошлого посещения Лира – простой серый картон, покрытый рисунком-набивкой в виде королевских корон. Старая и самая знаменитая в Лире кондитерская «Королевские сладости».

– Гадал, что тебе понравится, но пришлось выбрать на свой вкус, – он вручил ей коробку. – А горячим шоколадом точно угостишь?

– Даже не сомневайся. Проходи! – она коробку взяла.

Первым делом в неё заглянула. Песочные корзиночки с шапками взбитого крема, заварные пирожные и знаменитые бисквитные…

Это всё невероятно вкусно, но придётся ещё и прятать коробку, да и как съесть это всё? И поделиться не с кем, чтобы это не вызвало вопросы. И как ей не пришло вчера в голову прямо предупредить его, что не надо ничего такого приносить! То, что она сказала вчера, он принял за вежливость.

Прятаться, скрываться – это так неудобно! Но ведь и забавно тоже!

И так интересно.

Как вчера, он разделся и подсел к столу. Сумку оставил на скамье у входа.

– Я подобрал тебе коньки, на всякий случай, – он провёл руками по волосам, приглаживая. – Может, пойдёшь со мной? Кстати, а чем пахнет так вкусно?

– Моим пирогом, – она уже поставила на плиту чайник и добавляла мёд в молоко со сливками. – Тем самым, над которым ты вчера потрудился. Раз уже вкусно пахнет, значит, скоро будет готов.

– Значит, могу рассчитывать на кусочек? – он поглядывал на неё как-то… необычно.

– Можешь, но не сегодня, – пояснила Линн. – Он дней десять будет дозревать в холодной кладовке, завёрнутый в вощёную бумагу. И все это время его надо поливать бренди, или бренди с сиропом. Или апельсиновым соком.

– Как интересно! – хмыкнул он. – Я точно хочу попробовать!

Шоколад был сварен и налит в большую чашку – для Троя. Для себя Линн заварила чай в фарфоровом чайничке – чтобы пить с пирожными. Шоколад ей всё-таки нравился просто так, а к пирожным чай подходил лучше. Она выложила пирожные на большую тарелку, поставила на стол несколько маленьких, достала ложечки и вилки для десерта. А взгляд Троя, устремлённый на неё…

Она поняла, с чем его сравнить. Он смотрел на неё так же, как на… ну да, вот на это бисквитное пирожное из королевской кондитерской.

И сердце отчего-то забилось. И стало страшно.

Совсем немножко, но страшно. Вот как стоишь на пороге тёмной комнаты, и не знаешь, что там, и шагать, в сущности, не надо, но хочется…

– Не смотри на меня так, Трой, – попросила она, сказав то, что лишь отдалённо отвечало её мыслям и чувствам.

Да, очень приблизительно.

– Не смотреть? – удивился он. – Почему? Мне как раз очень приятно на тебя смотреть. Гораздо приятней, чем на нарядных девиц в замке… – он вдруг замолчал.

– Ты любишь разглядывать нарядных девиц? – улыбнулась Линн.

– Что там особенного? – он ответил ей такой же улыбкой. – Обычно ничего. Просто они не догадываются, что лучше готовить мне шоколад, чем три часа наряжаться, а потом изображать красивых кукол.

– Тебе, готовить шоколад?.. Ты правда так думаешь? – хмыкнула Линн.

– Ну, может, и не мне! – поправился он, тряхнул головой и рассмеялся, – я неправильно сказал. Просто ты очень красива… то есть красиво готовишь шоколад, – и он отпил из чашки. – Как же вкусно!

– Трой… – она села напротив, – не надо. Пожалуйста. Я не хочу тебе нравиться. То есть… Я совсем не этого хочу. Понимаешь?

Он перестал улыбаться, нахмурился, посмотрел потемневшим взглядом.

– Что?..

– Прости, – сказала она с искренним раскаянием. – Только немножко дружбы, или… ничего не надо.

Ну конечно, она поняла, почему у него был такой взгляд. Не дурочка же она. Но этого и правда нельзя!

– Линн, – его взгляд, тем не менее, потеплел. – Глупенькая ты совсем!

– Да! – тут же согласилась она. – Наверное, так и есть. Я рада, что ты не сердишься. Не будешь?

– Не сержусь, – заверил он. – Ладно, дружба так дружба. Всё, как тебе хочется. Но прошу, ешь пирожные! Я всегда дарю их друзьям! Не веришь?

– Не очень. Но раз ты утверждаешь… – она подвинула к себе тарелочку с пирожным, разломала вилкой и подцепила кусочек.

И отправила в рот. Он смотрел на её губы, на которых таяла капелька белоснежного крема, и…

С усилием отвел взгляд, подумав, что надо срочно отвлечься…

Надо вспомнить хотя бы таблицу магических интегралов, вот что.

А ведь знает он её, таблицу эту, от зубов отскакивала. А теперь отчего-то забыл.

Дружба, ага. Дружба с такой, как Линн…

Да что угодно, пусть даже дружба!

– Я старался выбрать тебе коньки, – сказал он. – Хочу, чтобы ты попробовала на них встать. Тут близко каток. Тебе понравится, вот увидишь. И мы недолго. Если отлучишься на час, тебя ведь не хватятся?

Скорее всего, не хватятся – Линн в этом почти не сомневалась. Её и днём-то могли не хватиться весь день. А уж ночью…

Как же ей хотелось пойти с ним кататься на коньках!

– Пирог, – каким-то чудом опомнилась она, вскочила и бросилась к печке. – О, Трой, мой пирог!

Удивительно, но забытый пирог не сгорел. Он был аппетитный, с коричневой корочкой – как раз на её вкус, и источал аромат горячей фруктовой сдобы. Линн осторожно вытряхнула его их формы на белоснежное льняное полотенце.

– Линн, я готов на всё, чтобы получить кусочек, – заявил Трой, который вспомнил коварную таблицу, и это не могло не радовать. – Говори, чего хочешь, я на все готов.

Он сам не заметил, как оказался рядом с Линн.

– Подожди меня немного, и пойдем кататься на коньках. Я хочу научиться, – решительно сказала она. – На час, говоришь? Наверное, можно и дольше. Немножко дольше.

– Конечно, – обрадовался он. – А что теперь будет с пирогом?

– С пирогом будет только хорошее, – с лукавой улыбкой заверила Линн, – я оставлю его остывать, а когда вернусь, полью двумя ложками бренди, заверну в вощёную бумагу и отнесу в холодную кладовку. А потом буду через день так же поливать его бренди. Подожди меня, я возьму одежду и приду.

– Жду. Давай быстрее, а то я не выдержу и отломлю кусочек, – и Трой шутливо повёл носом, опять с удовольствием вдыхая сдобный аромат.

И они не ожидали, что сейчас хлопнет дверь, пропуская в кухню старую няньку, которая шла, опираясь о костыль.

Трой отреагировал быстро – отскочил от Линн и присел на корточки, скрывшись за столом.

– Это что тут у тебя, моя девонька? – нянька тоже повела носом, почти как Трой только что.

И, конечно, уже сама догадалась, каков ответ – если, конечно, вопрос был лишь о пироге.

– Зимний пирог, нянюшка, – кротко ответила Линн, сделав знак Трою сидеть тихо.

– Кто бы сомневался, что ты, упрямая, его приготовишь. Пахнет хорошо. Умница, – нянька кивнула одобрительно, и вдруг сильно стукнула костылём об пол. – Эй, ты, там, а ну-ка вылезай. Я хоть и старая, но не слепая и не глупая!

Трой колебался, озадаченно поглядев на Линн.

– Кому сказано? Вылезай! – повторила нянька.

И делать было вроде бы нечего. Трой встал, выпрямился, давая старухе себя рассмотреть. Поклонился.

– Не сердитесь, добрая эсса. У меня и в мыслях нет ничего дурного. Я всего лишь… хотел помочь вашей внучке.

Нянька подошла ближе и разглядывала его внимательно, постукивая в пол костылём.

– Ах, помочь внучке. Ну-ну. И в чём же решил помогать?

– Готовить пирог, как видите, добрая эсса, – чистосердечно отрапортовал Трой.

Он успел заметить, что Линн, может, и огорчилась, но точно не была слишком испуганной, и почувствовал себе уверенней.

– Ну конечно. Как же. Ещё бы без тебя управились, – пробурчала нянька. – А ну-ка! – и она щелкнула пальцами, не отрывая взгляда от лица парня.