Зимняя сказка (СИ) - Сапункова Наталья - Страница 38

– Грамотный ты, – Тайрен засмеялся и щелкнул брата по носу. – Потом как-нибудь скажу, так и быть.

Настроение у него улучшилось. И он дорого дал бы, чтобы знать, о чём в данный момент разговаривают князь и король. Но Риган, надо думать, всё расскажет. Дождаться бы ночи…

– Скажи Ригану, пусть соберет мне все, что есть, про проклятье Илайны, – сказал Тайрен. – Он этим занимался, я знаю.

– Ну вот, мы так и поняли, что ты собрался её расколдовать, - обрадовался Кантор. – Я бы тоже хотел. Рассчитывайте на меня, милорд!

– Благодарю! – серьезно кивнул Тайрен.

На этом совещание было закончено, и младший брат ушёл. Амулет-портрет остался лежать на верхней ступеньке. Тайрен аккуратно закрыл проход.

И он с улыбкой подумал, что непременно назначит принца Кантора на высшую должность в Тайном Совете. Кажется, лучшей кандидатуры для этого и не будет – кроме шуток. Но придется с ним серьезно поговорить. Чтобы не увлекался и не перегибал палку. И королём стать придётся, конечно.

И да, он ведь собрался жениться на самой красивой принцессе, пусть никто этого и не узнает!

Он ожидал, что теперь его оставят в покое до завтрашнего утра. Нет – пришлось ещё раз побеседовать с главным колдуном, с его помощниками, с королём и королевой – в присутствии колдунов. Колдун ещё раз произвел свои проверки и заверил, что расколдовать принца, заколдованного феей, возможно, если косвенно использовать колдовство другой феи. Но под наблюдением, это очень важно!

Тайрен ничего не понял и попросил объяснений.

– Князь Юрген заявил, что их дом навестила фея, и она виделась с Тайреном, – королева заплакала. – Я читала предания. Что только эти феи вытворяли раньше!

– Именно, – серьёзно закивал колдун. – Приходится признать, что бороться с фейской магией для нас трудно и подчас невозможно, несмотря на последние достижения. Скорее всего, нам никогда не достичь возможности Древних.

– Да, мы знаем, сын, что ты не можешь рассказать нам подробности, это опасно для твоей жизни. Это ведь правда? Кивни, если так, – попросил король.

Значит, князь кое-что объяснил, облегчив положение Тайрена. Сказал то, что решился открыть посторонним. И Тайрен кивнул. И обрадовался, что разговор пошёл в полезном направлении. Свалить всё на фею, сославшись на её секретный приказ – на самом деле идеально. Это понятно и поэтому внушает доверие.

– Вот в чём дело, сын. Князь считает, что свидания с его дочерью Илайной развеют чары этой неожиданной феи, – мягко сказал король. – Ведь его дочь тоже под фейскими чарами, и цель их противоположная – чтобы проклятье продолжало держаться в роду Чаров. Общение с Илайной может помочь Тайрену, ему всего лишь надо разочароваться. Простите меня, но при всем моём уважении к младшей княжне, очароваться ею как женщиной невозможно!

– Вот именно! – воскликнула королева. – Ты ведь даже не видел Илайну, не правда ли, сынок?

– Жаль, что вы все, признавая магическое могущество древних, не желаете послушаться одной из них, – вздохнул Тайрен. – Мне показалось, что эта фея весьма расположена к княжескому семейству. Вдруг она знает, что делает?

– Может, она и знает, но это необязательно пойдёт на пользу нам! – воскликнула королева. – Тайрен, ты старший сын и наследник! Ты надежда Кандрии!

Ну конечно. Как будто он мог забыть.

– Я склонен согласиться, ваше величество, что это может быть эффективно, – глубокомысленно признал колдун. – Я встречал несколько любопытных трактатов о том, как воздействие, сделанное одной феей, снималось косвенным использованием силы другой феи. На это мы сейчас и рассчитываем.

– Я изо всех сил буду стараться, чтобы Илайна мне не понравилась, – пообещал Тайрен.

Вечером, как и было условлено, он отправился к брату, оставив вместо себя принесённый Кантором амулет-портрет. Его уже ждали, Риган и Кантор.

– Мы уже знаем, что тебе нельзя ничего и никому рассказывать, – вздохнул Кантор. – А жаль. Может, потом станет можно? Должны ведь мы узнать всё в подробностях.

– Может быть, Илайна потом сама расскажет? – предположил Тайрен. – Ей фея ничего не запрещала.

– Ты всё-таки допускаешь, что я на ней женюсь? – скептически улыбнулся Риган. – Я уже сомневаюсь, по правде говоря. Как мне ни жаль.

– Ни на секунду не допускаю, – заверил его Тайрен. – Ты не можешь на ней жениться.

«Потому что на ней женюсь я», – добавил он мысленно.

– Да, – вздохнул Риган. – Думаю, родители теперь будут против. Понятия не имею, где достать парочку живых рубинов подходящих мне параметров. Так когда это – потом?

– Когда Илайну расколдуют, – пояснил догадливый младший принц. – Должно же это когда-то случиться. Триста лет уже проклятью, более чем достаточно.

– Верно он говорит, – вдруг согласился Риган. – Вспомни Колдовские Хроники, которые изучают на первом курсе Академии. Многие известные проклятья были разрушены именно триста лет спустя. Своего рода рубеж магической устойчивости.

– Братец, как самый бездарный из вас, я вообще игнорировал такие дисциплины на первом курсе. Посещал те, где можно понять, посчитать и хотя бы теоретически воспользоваться, имея амулеты, – сказал Тайрен. – Ладно, не важно. Новость хорошая, спасибо. Вот эта, про рубеж устойчивости.

– Я же говорил, что он желает расколдовать княжну, – опять встрял Кантор. – А ещё скорее, что он всё-таки желает на ней жениться, а не разочароваться. Намерен послушаться фею, так ведь, ваше старшее высочество? А сначала усыпить всеобщую бдительность.

– Не говори глупости, – фыркнул Тайрен. – мне всё объяснили…

– Не знаю, какой ты будешь король, а лорд-тайник из меня будет что надо, – заверил младший брат. – Вижу ваши уловки и не позволю водить себя за нос, ваше старшее высочество. Но считаю, что мы должны быть заодно. Надо рискнуть и послушаться фею. Всего-то Тайрен женится на княжне Илайне. От этого никто не умрёт, я надеюсь. Самое худшее – ты, Тайрен, потеряешь трон, и Ригану придётся отдуваться, стать королём. А может…

– Э, нет, – воскликнул Риган. – Моё дело заниматься наукой, а не вот это всё.

– Не волнуйся, ты такой умный, что с государственными делами точно разберешься, – утешил Тайрен. – Что до меня, я не стану отправляться в изгнание. Поддержу.

В словах каждого была доля шутки, конечно. Но это сейчас.

– А может, всё вообще хорошо получится! – закончил Кантор. – Тайрен женится на Илайне и подарит Ригану полученные в приданое живые изумруды… а, нет, рубины! Или и то, и другое! Каждый будет по-прежнему заниматься своим делом, королем ещё многие годы будет отец, а хозяйничать в Лирском замке – мамочка, Риган женится на принцессе и заделает наследника. Я буду служить в Тайном Совете, который со временем возглавлю. И по-прежнему собираюсь подружиться с Илайной, она, мне кажется, весёлая и забавная. Вот именно, не надо сразу рассматривать худший вариант развития событий.

Принцы замолчали, переглядываясь, а потом расхохотались разом.

– Хорошо иметь такого умного младшего брата, – подвёл итог Тайрен, когда все успокоились. – Риган, рассказывай, что узнал про проклятье Чаров.

– Не только узнал, я получил амулет, способный развеивать фейскую магию. Правда, постепенно. Проклятье развеется лет через двадцать. По крайней мере все расчёты на это указывают.

– Да? – Тайрен хмыкнул, – спроси у нашего главного колдуна, он объяснит, что фейская магия совершенно не подчиняется нашим расчётам.

– Прекрасно подчиняется, если сделать правильные допущения, – возразил Риган, – не спорь, я знаю, что говорю. Вот, наслаждайся, – он широким жестом показал на стол, где лежали несколько толстых фолиантов и несколько толстых исписанных тетрадей в переплётах. – Если не разберешься, я подскажу, – он глянул снисходительно. – А вот амулет, – он вынул из плоского футляра небольшое ожерелье из прозрачный камней, среди которых сразу привлекал внимание крупный яркий фиолетовый камень. – Это надо надеть на шею невесты сразу после венчания в Храме. Редкая вещь, зачарованный живой аметист. Аметист, кстати, семейный камень Чаров.