Невидимка и Охотник 2 (СИ) - Эванс Алисия - Страница 26

— Банда! — выдохнул мне в лицо Дейв. — Покрываете друг друга и надо мной издеваетесь! — с этими словами он поковылял в свою спальню. На полотенце проступило немного крови, значит, пингвин клюнул его достаточно глубоко.

— Дейв, ложись на живот, я обработаю рану, — попросила охотника, когда он пришел в свою комнату.

— Я сам, — отмахнулся он.

— Нет, не сам! — настаивала я. — Раз я виновата в том, что ты пострадал, то я и должна все исправить! — без приглашения залезла в его ящик с аптечкой и остановилась перед кроватью. Дейв закатил глаза, приспустил полотенце и лег на живот, подставляя мне свое больное место.

Ватой я стерла кровь и промыла рану специальным раствором. Охотник зашипел от того, что ему, должно быть, щипало, и я принялась дуть ему на ягодицу. Только тогда смазала рану заживляющей мазью и перевязала чистой тряпкой. Неожиданно "раненый" сделал резкое движение, схватил меня за талию и опрокинул на спину. Я оказалась под ним, придавленная сильным тяжелым телом.

— За ошибки придется расплачиваться, — кровожадно улыбнулся он и накрыл мои губы своими. Вскоре спальня наполнилась тихими стонами и скрипом кровати. Лишь иногда из кухни слышалось робкое "Га!".

Глава 9

Дейв все таки простил меня. Правда, перед этим пришлось выслушать нудную лекцию о том, что на начальном этапе освоения магии категорически запрещается использовать свою силу без присмотра старших. Это чревато вызовом из разных уголков мира всевозможных опасных существ, нередки и летальные исходы такого самоуправства. Я все осознала, пообещала больше таких ошибок не допускать и поклялась, что впредь буду заниматься только в присутствии Дейва. Теперь он возвращался домой пораньше и один час своего времени посвящал моему обучению.

Дейв оказался прекрасным учителем. Он все терпеливо объяснял, указывал мне на ошибки и ни разу не повысил голос, несмотря на то, что я очень много ошибалась и делала не так, как мне говорят, а так, как удобней. Педагогический талант у него явно присутствует.

Пингвина мы решили назвать необычным именем Павиолинтий, сокращенно — Паша. Дейв сказал, что в юности посещал западный континент и там услышал это странное слово. Я не возражала, Паша, значит, Паша. Главное, что они помирились и Дейв решил не выгонять бедное животное на улицу. Специально для него он открыл подвал, где пингвин чувствовал себя как дома, холода он вообще не боялся. Я так и не смогла спуститься туда, где едва не погибла. Как вспомню этот холод, темноту, запертую дверь, меня бросает в дрожь. Б-р-р!

В один из вечеров к нам совершенно неожиданно пришла в гости целая толпа (!) знакомых и сослуживцев Дейва. Мы с охотником удивленно переглянулись.

— Я никого не звал, — будто оправдяваясь, сказал он мне. В дверь постучали сразу несколько рук, и я самопроизвольно стала невидимой. Признаюсь честно, испугалась. Когда Дейв открыл им, и в нашу гостинную ввалились десять незнакомых мужчин в приподнятом настроении, стало не по себе. И хотя Дейв был рядом и, я знала, в любом случае в обиду меня не даст, все равно было страшно. Среди всей этой толпы я заметила несколько смутно знакомых лиц. Кажется, здесь много парней из тюрьмы, которых я спасла месяц назад. Последним вошел Рихт — тот самый парень, с которым я общалась, когда пришла в себя в лесу.

Мужчины заняли почти все пространство гостиной. Кто-то уселся на пол, кто-то успел отхватить место на диване или в кресле, даже Дейв выглядел очень растерянным и просто не знал, что ему делать со всей этой ватагой мужиков. Что уж говорить обо мне, невидимке, которая тихо примостилась в углу и старалась дышать как можно тише.

— Дейв, мы пришли к тебе с важным вопросом, — заявил Рихт, сидящий у камина. — Скажи, как долго ты собираешься её прятать?

— Кого? — напрягся охотник, хотя, я уверена, и так понял, о ком речь.

— Ту красотку, которая нас спасла! — развел руками Рихт. Товарищи одобрительно закивали и как-то странно заулыбались. — Нам же хочется с ней пообщаться, поблагодарить, полюбоваться, в конце концов!

— Не понимаю, о чем ты, — отрезал Дейв и ложил руки на груди, будто закрываясь ото всех.

— Да брось! — махнул рукой другой парень, стоящий у стены. — Чего ты боишься? Пусть выйдет к нам, мы же знаем, что она здесь.

— С чего вы это взяли? — равнодушно усмехнулся Дейв.

— Ну… — Рихт выразительно посмотрел на связанную мной салфетку, которая украшала стол. — Начнем с того, что твой домохранитель ходит в вязанном свитере,

— все мужчины дружно посмотрели на Варха, который лежал на подоконнике и делал вид, что спал. При упоминании кота он резко распахнул глаза.

— Да, я в свитере. И что? Это красиво, — передернул плечами он. — В конце концов, почему кот не может носить одежду?

— Дейв, ты сам связал ему свитер? — поддел хозяина дома кто-то из гостей.

— А мне можешь? — поддержал его другой, и все мужчины дружно засмеялись. — А то срочно нужны носки.

— Да вы посмотрите, в чем он сам ходит! — ткнул в него пальцем тот парень, что отхватил себе место у дивана. — Явно же этот свитер с волком связан женщиной! Или мы правы, и ты по вечерам сидишь за спицами?

Гостиную наполнил мужской хохот, от которого мне захотелось прижаться к Дейву посильнее.

— Вы пришли сюда обсуждать, в чем я хожу по дому? — голос его звучал холодно, и вдобавок охотник обвел гостей таким злым взглядом, что даже у меня холодок пробежал по спине. — Какого черта вы вваливаетесь в мой дом и смеете что-то предъявлять?!

— А чего ты девочку держишь здесь как в тюрьме? — Рихт совершенно не впечатлился его тоном и продолжал нагло гнуть свою линию.

— Она не в тюрьме! — рявкнул на него Дейв. — Ро, проявись! — этот приказ прозвучал так внезапно, что я подумала, что ослышалась. Замерла, не зная, что делать. Послушаться? Но мне ужасно неловко стоять перед таким количеством незнакомых мужчин. Они тоже застыли, недоуменно озираясь по сторонам. Дейв, поняв, что я не решаюсь выполнить его приказ, добавил уже мягче: — Подойди ко мне.

Я сделала несколько невесомых шагов и взяла его за руку, давая понять, что стою рядом. Охотник ловко ухватил меня за предплечье и развернул спиной к себе. Его руки легли на мои плечи, удерживая на месте и одновременно давая поддержки и ощущение силы за своей спиной.

— Проявись, — шепнул он мне. Теперь послушаться оказалось намного легче. Я сбросила чары, открывая себя всем присутствующим здесь незнакомцам. Как только я материализовалась прямо перед Дейвом, десять пар глаз устремились на меня. Что я только не видела на лицах мужчин: ленивую заинтересованность, вспыхнувший в глазах яркий интерес к своей персоне, подозрительность, и даже хитрый прищур глаз молодого мага не укрылся от моего внимания. Несколько минут в гостиной царила тишина. Я смотрела на них, а они — на меня. Не выдержав напряжения, я улыбнулась им, как умела, робко, несмело, но искренне, не пытаясь растягивать свой рот до ушей. Никто не проронил ни слова. Первым голос подал Дейв:

— Ро — моя невеста, — уверенно заявил он. — Её происхождение пока является тайной. Это благодаря ей и её решимости вы смогли выбраться из тюрьмы и выжить. Я не потерплю насмешек в её сторону и каких-либо грязных намеков. Любой, кто её обидит, будет иметь дело со мной лично.

— Теперь понятно, за что огребли Бернард с Сержем, — услышала я тихий шепот у камина, и Дейв, судя по движению головы, посмотрел туда же.

— Они легко отделались, — процедил он, сжав мои плечи. — Ро не в тюрьме, она живет в моем доме добровольно и свободно. Так что если кто-то вздумал её спасать и вызволять из плена, — в его голосе послышалась злая насмешка, — то успокойтесь. В этом нет нужды.

— Ну, раз с этим вопросом мы разобрались, то я просто обязан сделать то, зачем мы сюда, собственно, и пришли, — произнес Рихт, отделяясь от стены и подходя к нам. Почему-то у меня мурашке по коже пробежались от его близости. Он оказался немного ниже Дейва, но в ширине плеч ему не уступал. Я спиной чувствовался, как напряжен мой жених, но никаких действий он не предпринимал. Рихт посмотрел мне в глаза и осторожно взял за руку, меделнно поднося её к губам, при этом не разрывая зрительного контакта. Когда его теплые мягкие губы коснулись тыльной стороны моей ладони, по руке побежали мурашке. Все это он делал, неотрывно смотря мне в глаза. Только когда Рихт опустил мою руку и разжал пальцы, наваждение прошло. Время вновь побежало вперед, а реальность обрела объем.