Истинная для Золотого дракона (СИ) - Телес Илия - Страница 29

— Здесь нельзя… — глаза ангелочка широко распахнулись. — Совсем нельзя. Ты должен вернуть её в академию. Как много у нас есть времени?

— Может, сутки, а может, секунды, — пожал я плечами и посмотрел на Эстер.

Часть 39. Эстер

Меня лихорадило так сильно, что я уже молила всех архангелов и исчезнувшего Золотого дракона, чтобы даровали шанс поскорее обратиться. Я не могла позволить орку навредить Кьеру. Как только подумала, что этот мерзкий здоровяк сделает, сердце чуть не остановилось. И я сорвала кулон. Он выскользнул из рук и, как назло, разбился. Теперь процесс обращения запустился — стал неизбежностью.

Стоя и чувствуя объятия Зейна, я понимала, как сильно хочу, чтобы на его месте оказался Кьер… Вот только он стоял в стороне и не приближался ко мне. И я понимала, что, скорее всего, он злится, ведь из-за меня ему теперь как следует влетит, а если я вдруг обращусь тут…

— Мы должны лететь, Зейн… Прости, — прошептала я. — Я пришла сюда, чтобы попрощаться. Твои родители никогда не одобрят твоего общения со мной, — сквозь силу выдавила я и закашлялась.

— Эстер, всё слишком сложно. Меня зачаровали, и я пытался убить тебя. Я никогда не прощу себе эту слабость, то, что не смог противиться магии, но я обещаю тебе, что найду того, кто сделал это. И накажу. Даже если… Даже если это были мои родители.

Признание Зейна обрадовало меня. Конечно, я верила Кьеру, но теперь убедилась и радовалась, что он не стал скрывать от меня то, что я и так знала.

— Спасибо, — прошептала я.

— Ты мне очень дорога, Эстер, всегда была дорога. Ты должна знать это. Что бы ни случилось…

— Я знаю. Всё будет хорошо. Спасибо…

— Пообещай, что продолжишь писать и делиться своими успехами. Я хочу знать, какого цвета твоя драконица! — взмолился Зейн.

— Есть ещё кое-что… — меня передёрнуло, а внутри начал разливаться раскалённый металл, выбивая из лёгких воздух и обжигая внутренности. Дышать становилось всё труднее.

— Тебе пора бежать, Эстер…

— Подожди… Ты должен узнать это… — я начала кашлять. — У моей второй ипостаси есть… — снова кашель, — родственная душа… Какой-то высокородный дракон…

Воздуха катастрофически не хватало. Мне показалось, что Зейна сильно огорчили мои слова. В его взгляде появилась глубокая печаль, а потом он начал обращаться. Обняв меня за талию, он посмотрел на Кьера.

— Хватайся за ноги… Иначе никак не успеть…

Кьер кивнул. Я обхватила шею Зейна, чтобы крепче держаться, хоть сил оставалось катастрофически мало, и почувствовала теплоту родного человека. Возможно, я выдумала себе любовь к нему? Такое могло случиться, ведь у меня не было друзей или приятелей… никого кроме него и опекунов. Но я точно дорожила им, как самым родным человеком. Возможно, именно так и любят брата…

Пока я утопала в мыслях, становилось легче, но едва мы взмыли в воздух, начало казаться, что кости ломаются.

— Я больше не могу! — закричала я, ослабляя руки, но Зейн прижал меня к себе сильнее.

— Терпи! Ты сильная, Эстер! Ну-ка, вытащи наружу мою сестру, которая умела заткнуть за пояс любого ангела! Давай!

Слова уже начали размываться в голове. Перед глазами снова стали мелькать картинки с полуобнажённым Кьером, идущим мне навстречу, манящим в свои объятия и целующим меня… И я отдалась в плен этого наваждения.

— Мы успели! — услышала я голос Зейна.

— Примени свою магию, чтобы никто не заметил нас, — кажется, это закричал Кьер.

— Что же вы натворили? Вы же могли нарушить закон… — а это уже был голос мистера Родриксона.

Или всё это просто игра моего воображения?

Мне вдруг подумалось, что однажды мы уже нарушили закон, ведь когда я хотела сбежать от опекунов, Кьер обратился в дракона на крыше их поместья. Вот только обдумать последствия обращения я не успела, потому что пришли те самые ощущения, о которых говорил Кьер — казалось, что с меня сдирают кожу живьём. С губ сорвался крик, а потом я испытала небывалое облегчение и взмыла ввысь, ощущая мощные крылья за своей спиной.

Ощущение полёта описать словами было просто невозможно. Обращаясь в ангела, я никогда не испытывала подобного. Сейчас казалось, что я стала собой. Будто бы нет той проблемы с полукровкой, которая преследовала меня всю жизнь. Я была полноценной. Я стала драконом.

Опустив голову и увидев тех, кто ждал меня внизу, я принялась опускаться, но навыков не было, поэтому процарапала лапами землю, оставляя за собой борозды. Когти заскрипели и обломались… Вот о чём говорил Кьер, когда пытался объяснить, что означает для дракона коготь?

Обращение в человека произошло не так болезненно. Вот только меня продолжало лихорадить, то ли от радости, то ли от усталости и перенесённого стресса.

Все смотрели на меня такими глазами, словно у меня голова драконья осталась или пушок ангела проявился… Щёки вспыхнули от смущения, и я принялась кутаться в накидку, данную Кьером и трогать голову. Вроде бы всё оставалось на месте…

— Что случилось? — спросила я, окидывая их взглядом.

— Ты великолепна, детка, — восхищённо произнёс первым Кьер.

— Это было эффектно, — дополнил Зейн, недобро покосившись в сторону Кьера.

Я взглянула на ректора, понимая, что всю вину за случившееся обязана взять на себя. Но он не собирался ругаться, по крайней мере, сейчас. Он вытер подступившие к уголкам глаз слёзы, сделал пару шагов в мою сторону и прижал к себе. Так по-отечески, что я обняла его в ответ.

— Ты чудо, Эстер! Ты наследница расы драконов, исчезнувшей много циклов назад…

Я не понимала, о чём он говорит, потому что даже не обратила внимание на свою окраску. Ректор отстранился от меня и улыбнулся.

— Ты радужный дракон, Эстер… И ты — вестник добра и света…

Я улыбнулась, а затем почувствовала, как накатывает слабость.

— Кажется, я сейчас упаду, — прошептала я и ощутила, как Кьер подхватил меня на руки.

Часть 40. Кьер

У меня дух перехватило, едва Эстер обратилась и взмыла ввысь. Несмотря на то, что мне пришлось отдаться ей без остатка во время обращения, чтобы максимально избавить от боли, я чувствовал прилив сил.

Как завороженный, я любовался невероятным окрасом своей девочки. Эстер переливалась всеми цветами радуги медленно, в тон своему настроению. Она редчайший вид дракона, исчезнувший…

Я читал о радужных драконах только в книгах и слышал о них от мистера Родриксона. Если честно, я считал их существование небылицей, которую выдумали для маленьких дракончиков. И вот теперь смотрел на неё, такую красивую и настоящую, а сам глазам поверить не мог, что это моя вторая половинка.

О том, что признаюсь ей в родстве наших душ я решил ровно в тот момент, когда она сняла кулон, чтобы спасти меня. Может, тут были замешаны инстинкты, кто его знает, но я прекрасно осознавал, что никого не буду любить так же сильно, как её. И не любил никогда…

Вот только появился один жирный минус, из-за которого я не мог взять и раскрыться перед ней в ближайшее время — она могла посчитать, что всему виной столь редкостный окрас, которым она обладала.

— Спасибо за то, что помог нам, — держа Эстер на руках, я посмотрел на Зейна. — Надеюсь, что всё это останется между нами?!

— Я тоже рассчитываю о том, что о моей «вольности» никому не станет известно! — кивнул он.

Вроде бы договорились, но давление его взгляда на меня не давало покоя, и я чуть было не сболтнул, что ревновать тут смысла не имеет, потому что она моя.

Мистер Родриксон поблагодарил Зейна за оказание помощи его «заплутавшим» студентам и открыл портал. Ангел провожал нас взглядом, прожигал мне взглядом спину и, честно признаться, ничего приятного в этом не было. Во-первых, он сами виноват в том, что потерял Эстер, а во-вторых, слава Всесильному, что он упустил свой шанс.

Оказавшись около двери в спальню Эстер, я поблагодарил ректора, что не придётся тащиться через всю академию. Он открыл, пропуская нас вперёд. Уложив её на кровать, я присел рядом.