Особенности обучения диких котов (СИ) - Кальк Салма - Страница 42

- Драных котов лечишь? – подмигнул он.

- Ещё как. У наших соседей кот очень гулящий, он вечно дерётся то с собаками, то с другими котами, всю улицу в страхе держит. И вечно ходит побитым. И соседи приносят мне его, чтобы лечила. Тебя тоже могу полечить, раз ты сегодня с собаками дрался, - смеялась Марианна.

Вот хорошо, что Марианна умеет. Пусть спасает, думала Анна, пока искала в шкафчике у окна жидкость для обработки порезов и ссадин, которую кухарка Анжель заказывала в магической аптекарской лавке. Нашла, принесла ещё бинт и ватных дисков, отдала Марианне.

- Так, - Марианна глянула на неё с интересом, - скажи, у вас уже была целительская практика?

Вообще -то Анна уже две недели как ходила на занятия по целительству. Она с удивлением узнала, что в ней есть целительская сила, но если есть – значит, нужно тренировать. Потому что пригодится.

- Практики пока не было, только лекции. И ещё ходили в госпиталь, там смотрели, как проходят процедуры.

- Это и есть практика, только пассивная, - пояснила со знанием дела Марианна. – И как, ссадины и порезы обрабатывали?

- Только будем ещё, - Анна нахмурилась, потому что вот вообще не представляла, с какой стороны подходить к этим порезам и ссадинам.

Она сама очень редко травмировалась, и всегда впадала в ступор, если вдруг ушиб или вывих не проходил без посторонней помощи.

- Вот и супер, сейчас будем тебя тренировать, - весело сообщила Марианна.

- Что? – испугалась Анна.

- Всё в порядке, не бойся. Это не страшно.

- Эй, что вы там задумали? – насторожился Леон.

- Ничего страшного. Полечим сейчас твой фонарь под глазом. Ты, вроде, уже дома, тебе незачем идти через ночной город по тёмным улицам и светить себе под ноги, значит – фонарь можно убирать, - Марианна уже смачивала ватный диск той самой зелёной жидкостью. – Садись и подставляй глаз, - скомандовала она Леону. – Можешь зажмуриться.

Тот сел, Марианна протёрла ему область под глазом.

- Ты же понимаешь, что такое гематома? – спросила она Анну.

- Внутреннее кровоизлияние, - пробормотала Анна.

- Вот. Значит, нам нужно его рассосать. Оно и само рассосется рано или поздно, но в наших силах сделать так, чтобы быстрей. Чтобы наши герои не пугали завтра своим видом людей на улицах. Смотри, что я делаю. Наверное, вам Мармотт показывал, как такое делать.

- Только рассказывал, - мрачно сказала Анна. – И пугал, что в древние времена, когда учили оказывать первую помощь, то сначала резали или кололи, а потом исцеляли.

- А, норм, нас так же пугали. Что если не найдётся уже готовой жертвы, будем бросать жребий, и сначала калечить, а потом лечить. Не переживай, никто ему так делать не разрешит. А теперь смотри, куда я направляю силу, и сколько.

Анна смотрела – Марианна делала всё медленно и аккуратно, не то, что молодой профессор Мармотт, которому дали вести целительский факультатив для студентов других специальностей. Тот вечно спешил, у него всё в руках горело и спорилось, и делалось всё равно, что само, но понять что-то из его объяснений было непросто. Или это просто Анна тормоз. Марианна же делала так, что не понять было невозможно.

- Я ж котов лечу, а они меньше людей. Знаешь, какие там мышцы, и сосуды, и всё прочее? Попробуй найди, особенно у котят. А теперь продолжай, - кивнула она Анне. - Делай то же самое, это совсем просто.

Анна усомнилась – как так совсем просто? Да она до прошлой недели вообще не представляла, как призвать эту самую целительную силу!

Но подумала – наверное, Леону Шеню не станет хуже от того, что она попробует. Просто попробует. В конце концов, тут рядом Марианна, если что, она спасёт.

Она глубоко вздохнула, подышала на пальцы, чтоб согреть холодные кончики, и осторожно коснулась кожи под глазом Леона. Позвала силу, немного, приложила. Не поняла, есть ли эффект.

- Всё хорошо, только совсем мало, - комментировала Марианна. – Продолжай, ты всё делаешь правильно. Ты не кота лечишь, а человека. Это у кота всё маленькое, а у человека – нормальное. У человека проще попасть в нужное место, лучше видно и лучше ощущается. Давай, вперёд!

Изумляясь эффекту и продвигаясь понемногу, по половинке подушечки пальца, Анна исцеляла Леону синяк под глазом. И синяк исцелялся, что было невероятно, но несомненно. Кожа под пальцами Анны становилась нормального цвета – бледного, но он вообще бледный, все некроманты такие. Загорелых некромантов Анна пока не видела.

- Так, дай-ка взглянуть, - Марианна бесцеремонно отодвинула её и внимательно осмотрела повреждённую область. – Годится! Так, вот сюда ещё самую чуточку, - показала на внешний угол глаза, там осталась фиолетовая полосочка.

Анна послушно приложила палец, додала силы, подержала – полосочка исчезла.

- Всё, - она стряхнула было руки, но Марианна жестко остановила её.

- Стой! Так нельзя. Руки нужно мыть. Прямо здесь, да. И обязательно с мылом.

Анна повиновалась – вообще профессор Мармотт говорил им то же самое, просто она позабыла от волнения.

- Спасибо, Анна, - Леон уже успел посмотреться в зеркальную дверцу шкафа с посудой и смотрел на неё с восхищением.

- Это Марианна, я бы сама никогда не решилась, - замотала головой Анна.

- Ты ведь решилась, - пожал плечами Леон. – И у тебя отлично вышло. Мне теперь не стыдно показываться маме и твоему отцу. И другим людям тоже.

- Проехали, - вздохнула Анна.

- У нас ещё второй пациент, - тем временем Марианна сделала ещё один тампон из ватного диска и обрабатывала лицо сидящему с другой стороны от стола Саважу.

Ох ты ж! Что это, вот прямо его – трогать? Касаться руками? Сейчас?

- Могу и я, но думаю, тебе нужно попробовать, - Марианна протягивала ей свежий диск и флакон.

Анна взяла, намочила вату, дрожащими руками принялась отмачивать подсохшие уже капли крови. И если Леон закрыл глаза, то этот смотрел на неё, не отводя взгляда. Вот ведь!

Но мало ли, кого и когда ей вообще доведётся лечить? Если доведётся? Анна сама зажмурилась на мгновение и продолжила. А когда убрала всю засохшую кровь и со скулы, и с верхней губы – ой! – то глянула на Марианну, и та деловито скомандовала:

- А теперь ключевое слово – «восстановление». Мы должны привести эту часть человека в первозданный вид, как она свыше была задумана. Госпожа профессор де ла Мотт сказала нам так в самом начале, мне понравилось.

- Откуда ж я знаю, как он был свыше задуман, - фыркнула Анна.

- Целым, я думаю, - Марианна так и искрилась улыбкой.

Она вообще всегда улыбается, у неё даже ямочки под улыбку всегда на лице.

- Хорошо, - кивнула Анна.

Собралась, выдохнула, подумала – восстановить! – и легко коснулась кожи на щеке дрожащей рукой. Кожа послушно затянулась, будто бы там ничего и не было. Она дотронулась ещё раз – проверить – но не нашла неровностей или ещё каких недостатков.

А потом было самое трудное. Вот прямо взять, и дотронуться до его разбитой губы? Не тампоном, а пальцем? Это как вообще? Но – варианта ведь нет? И если она сейчас скажет Марианне – делай, мол, ты, а сама убежит и спрячется – что это вообще будет? Да и… это же шанс, да? Он не у Финнеи, не у Рейвен-менталистки, и не у кого там ещё, а у неё!

Анна снова вздохнула глубоко и решительно потрогала повреждённое место. Ещё раз потрогала, и только потом сообразила добавить команду и приложить силу. И сработало, с одного раза сработало. Можно выдохнуть.

Саваж тоже, видимо, понял, что всё в порядке, и улыбнулся ей, и схватил поспешно её руку – ту самую – и поцеловал ладонь, и потом пальцы. Те самые пальцы.

- Эй, ты чего, дай ей хотя бы руки помыть, - смеялась Марианна.

А Анне было всё равно. Потом помоет. А сейчас – это её миг торжества, её и только её.

28. Вмешательство извне

Жак де ла Мотт ещё раз перечитал письмо, закрыл браузер, поднялся из-за стола и выглянул в коридор.

- Марта, голубушка, вы видели сегодняшнюю почту?