Любовь в пробирке (СИ) - Кальчук Кристина - Страница 49

– Приехали, – вырвал меня из задумчивости тихий голос Виктора.

– Уже? – волнение новой волной всколыхнулось внутри меня.

– Полина, обещаю, ты будешь самой счастливой женщиной на свете!– взгляд его горел, согревая своим теплом и любовью. 

– Готова! – улыбнулась я, вкладывая свою ладошку в его. 

 Всю церемонию Виктор не сводил с меня своего взгляда. Мы стояли друг напротив друга и держались за руки, эхом повторяя  брачные клятвы. Подумать только, уже все возможные слова были сказаны, и не раз, и всё равно во время церемонии было безумно приятно и не менее волнительно слышать вновь, что ты любима по–настоящему. 

– Сегодня я хочу разделить с тобой свою жизнь и вручаю тебе ключ от моего сердца. Доверься моей любви – она подлинна и реальна. Если ты упадёшь, я подниму тебя, если ты заплачешь, я утешу, если ты засмеёшься, я разделю твою радость. Всё, что есть во Вселенной, всё, чем я обладаю в этой жизни – всё твоё, отныне и во веки веков! – с этими словами обручальное колечко село на мой пальчик, Виктор говорил, а я сглатывала слёзы радости, – так не бывает, так просто не может быть! 

– Виктор, – тихо начала я, в надежде, что мой голос окрепнет, – мой дорогой, тебе сегодня клятву посвящаю и при свидетелях на веки обещаю:

Быть ласковой и верною всегда,

и пронести любовь через года,

и даже если будет трудным путь,

с него я обещаю не свернуть.

Пройдем по жизни вместе мы с тобой

с любовью чистой, нежной и большой.

Я бога за тебя благодарю.

Тебе свою заботу подарю.

Клянусь – буду стараться эту жизнь

с тобой достойно, счастливо прожить, – дрожащими руками надела я обручальное кольцо на безымянный палец Виктора. 

–  Горько! – весело закричал Борис, хлопая в ладоши, Маринка вторила ему, разряжая ситуацию – ещё чуть–чуть и я бы реально расплакалась, потому что этого не понять, пока лично не пройдёшь по  брачной тропинке.

 Горько кричали ещё с десяток раз, если не больше, практически весь вечер. Сотрудники  веселились, пользуясь случаем погулять на свадьбе босса, в шикарнейшем плавучем  ресторане «Porto Bar» с прекрасным видом на Ладожское озеро, где  сквозь огромные панорамные окна открывался живописный вид.У всех останется хорошее впечатление о нашей свадьбе, у меня уж точно! Танцуя очередной медленный танец в объятиях своего мужа, я поняла, что устала и хочу домой. Положив голову ему на плечо, я прикрыла глаза, наслаждаясь его запахом, что для меня стал совсем родным. 

– Полина, солнышко, устала? – зашептал Виктор мне на ушко, касаясь своим дыханием ушной раковины, от чего табун мурашек тут же рассыпался по позвоночнику, вызывая приятную дрожь. 

– Ты знаешь, да! И скорее от эмоций, чем от целого дня в целом! – честно призналась я.

– Значит, пора невесте кинуть букет и помахать ручкой, так как жених ждет не дождется предстоящей брачной ночи! – улыбаясь, выдал он. 

– Виктор, а ведь совсем скоро нам нельзя будет... – я помедлила, не зная, как выразиться более мягко и понятно. 

– Полина, ты серьёзно?! Радость моя, мне достаточно утром просыпаться и видеть твоё нежное и красивое личико! Всё остальное второстепенно! – он даже отлип от меня с намерением заглянуть в глаза.– Давай спишем это на твою усталость! 

– И даже, когда я стану безобразно толстой и некрасивой! 

– О, Боги! Начинается! Слушай, ты случайно соленых огурчиков не хочешь?! – Виктор решил перевести тему разговора. 

– Нет! Хочу всегда быть красивой и желанной! – капризно надула я губки. 

– Полина, ты всегда будешь красивой и желанной! Поверь, даже когда ты будешь с пузиком, мы с моим другом не перестанем тебя желать! – от его слов я совсем покраснела, а он между тем продолжил:– И только одному богу известно, какое придётся иметь самообладание возле такой крошки, как ты! 

– Тише ты! Нас могут услышать, – ещё больше смутилась я от того, что он больше не шептал. 

– Дорогая, поверь, нас уже никто не слышит! Уверен, если мы сейчас уйдём, никто и не заметит! – веселился он, окидывая взглядом гуляющий народ. 

– Виктор, это некрасиво! Я хотя бы Маринку предупрежу, – настаивала я. 

– Ну, предупреди, – хмыкнул он, – если найдёшь ее, конечно! Они вот с Борисом время зря не теряют, уже как полчаса тихонечко слиняли! Не веря его словам, я оглянулась вокруг в поисках опровержения его слов, но нет, их действительно нигде не было видно! 

– Ну что, убедилась?! – Виктор притянул меня к себе и вновь поцеловал, горячо и с напором. Кто–то вновь закричал: «Горько!», и я поняла, что надо поскорее линять из этого места! Оставляя горько позади и сладостную ночь встречая впереди!

Эпилог

Спустя время

– Вить, ты только посмотри! Кажется, одному из карапузов тесно, – погляди, как уперся ножкой, – погладив свой выдающийся живот, который каждый день получал порцию поцелуев от моего заботливого мужа, я блаженно закрыла глаза, нежась на солнышке.

– Полина, солнышко, как ты себя чувствуешь? – вопрос о моем самочувствии я слышала сотни раз на дню, поэтому, в очередной раз вздохнув, я ответила: 

– Все хорошо, правда! Немного спать хочется сегодня, я прям совсем сонная.

– Вот! Это один из признаков! – в панике подскочил Виктор с шезлонга. 

– У тебя каждый день признаки! Успокойся, прошу, у нас ведь плановая операция! 

– Твоя плановая операция уже несколько раз переносилась! Я одного не могу понять – как ты не понимаешь, что у тебя ведь не обычная беременность, а тройная! А вы ее довести  хотите до последнего! – Виктор волновался, и я его понимаю, – как–никак  прошлое образование сказывается, – но я себя чувствую отлично, детвора растёт и развивается тоже просто замечательно! Так что мы с врачом решили, если все показатели отличны, выжать сроки по максимуму. Виктор категорически не понимал этого риска, но ради моего спокойствия сдерживал себя и оставлял выбор за мной. Инна Вячеславовна утверждает, что примерно так себя ведут все папочки–доктора, их к своим жёнам и близко нельзя подпускать. 

– Ты же каждый раз присутствуешь на узи, знаешь на память все мои анализы и показатели. Да тебя среди ночи разбуди, ты как таблицу умножения выдашь все, как на духу! Сам же знаешь, что так лучше для малышей, иначе мы сейчас бы здесь не сидели! – устало повторила я, зевая. 

– Ах, Полина, я уже просто не могу дождаться, когда это все закончится! Я все время как на пороховой бочке!

– Это я, что ли, бочка?! – я аж проснулась, приподнимаясь на локтях. 

–  Боже! С тобой не соскучишься! Я ей говорю, что места себе не нахожу, переживаю, чтобы с вами ничего не случилось! А она услышала одно единственное слово: бочка, и то на свой счет приняла! Мы с тобой в сорока километрах от города, ты уже по моим подсчётам все сроки выходила! Вот что мы тут делаем?! – Виктор встал и начал ходить туда–назад, искренне беспокоясь. 

– Отдыхаем, дорогой! Хорошо, если ты так сильно переживаешь, давай тогда возвращаться домой. Все равно никакого отдыха, когда ты словно на ножах, – вздохнув, я поднялась и направилась к нему, обнимая со спины. Плечи его были напряжены – мой муж действительно был на взводе от беспокойства, только мне нипочем! Чувствую себя хорошо, даже очень – немного сонная и расслабленная по максимуму. Сильнее прижимаясь к Виктору, я чмокнула его в шею, с большим трудом дотягиваясь до нее, так как рост у нас совсем не одинаковый, да и мой живот затрудняет это действие. Вновь опустившись на пятки, я почувствовала тепло, растекающееся по ногам. Я не сразу поняла, что произошло. Пока Виктор всматривался в водную гладь озёра и продолжал упрямо хмуриться, я осмотрела свои легкие шелковые широкие штаны, которые напрочь промокли на внутренней стороне бедра. 

– Ви–ить,– немного взволнованно произнесла я, понимая, что скоро буду держать моих малышей, пол которых мы решили не узнавать и оставить сюрпризом, на руках.– По–моему, нам пора!

– Солнышко мое, прости меня, я знаю, что веду себя как последняя истеричка, но ты пойми, – вот что мы будем делать, если дети решат появиться здесь?! Потом только разве что вертушку вызывай, чтобы тебя быстро в роддом доставили! – устало выдохнул он и развернулся в мою сторону, заглядывая в глаза.