Любовь в пробирке (СИ) - Кальчук Кристина - Страница 37

 Наслаждаясь воспоминаниями, я погрузилась в сладостный сон, где мои грёзы стали явью, и я наслаждалась теплом и ласками желанного до боли в груди мужчины. В какой момент я поняла, что это всего–навсего сон, я не знаю, ясно одно – от этого стало горько и совершенно не хотелось просыпаться! И я не спешила просыпаться – решила ещё хоть немного насладиться Виктором хотя бы во сне. Сон постепенно начал отступать, и я отчётливо почувствовала на себе чей–то жгучий взгляд. Резко поднявшись на локтях, я всматривалась в темноту, но так никого не обнаружила. Приснится же такое! Покрутившись минут десять, я вновь провалилась в сон, вот только ЕГО там больше не было. Так и не дождавшись прихода Виктора в мои сны, я проснулась от того, что комнату заливал яркий дневной свет. Солнышко пыталось прорвать хмурые облака, но все попытки порадовать и обласкать нас своими лучами были тщетными. Неохота выбираться из тёплой постельки, соблазн провести полдня в уютной кроватке с книгой в руках прочно засел у меня в голове, но чувство ответственности и совесть вытолкали меня из комнаты поганой метлой, и я поплелась в ванную умываться, не забыв при этом натянуть на себя в этот раз халат. По квартирке разносился заманчивый аромат кофе, в желудке заурчало, напоминая мне, что я вчера, кажется, несправедливо забыла о главном – поесть! Эх, ещё мамаша трех детей называется! Быстро умывшись и почистив зубы, я поплелась на кухню с надеждой проглотить хоть что–то. 

 – Доброе утро, Полина, – вежливо поздоровался Виктор, уже одетый с иголочки. 

 – Доброе утро, – смущённо повторила я, проходя в тесную кухоньку. 

 – Пока ты спала, я кофе сварил, будешь? – тон его был расслаблен, словно вчера ничего особенного между нами и не происходило. 

 – Да, конечно, сначала только съем что–нибудь. Виктор, а ты завтракал? – развернувшись к нему, я приветливо улыбнулась, уже предвкушая наш совместный завтрак. 

 – Нет, Полина, только кофе, позже, может и перекушу. Сейчас мне нужно бежать, есть одно дело, и мне его срочно нужно решить, – он поставил кофейную чашечку на стол и, окинув меня своим тёплым взглядом, очевидно задумался о дальнейших словах. Глаза его сегодня напоминали тёплый летний день – никаких бурь и перемен погоды они не предвещали, и кухонька засияла яркими лучами солнышка. 

 – Полина, мне нужно ехать, увидимся чуть позже в офисе, – с этими словами он ещё раз окинул меня наполненным теплом взглядом и покинул тесную кухоньку, с которой вмиг ушло солнышко, наполняя пространство серыми грозовыми тучами. Ну, вот, кажется, и аппетит пропал. Что такого срочного может быть? Всё его расписание я знала наизусть, и если мне память не изменяет, – а она явно не изменница, – то у него первая встреча состоится не раньше 12:00 часов. Печально вздохнув, я открыла холодильник и принялась к приготовлению завтрака. Есть солнышко на моей кухне или нет, но мне сейчас нужно кушать за троих как минимум, и это не учитывая меня,так что плохое настроение в сторонку и принимаемся за старую добрую яичницу. Виктора я увижу чуть позже, это не беда, ты сама вчера рамки выстроила, так что нечего горевать. Вчера. Вот же чертовщина, я в буквальном смысле кусала себе пальцы – что это такое со мной вчера было?! Игра моих взбесившихся гормонов?! Вспомнив и, главное, обдумав ситуацию, я поняла, что была не права, хотя бы потому, что мне нужно было дать Виктору возможность высказаться и, может быть, даже оправдаться. А теперь вот сиди и думай, что значили его с трудом вставленные пару слов. Радовало одно – заглянув в его глаза, я не увидела там холода, а это значит... Значит, что всё хорошо, и все ошибки можно исправить, главное понять, где произошёл сбой в системе! Пусть вчерашний день останется страничкой в черновике, сегодняшний я сделаю таким, чтобы он красиво лег на белый чистый лист, выводя каждую буковку и проверяя на все возможные ошибки. Ох, как же я ошибалась, полагаясь на то, что всё можно продумать и запрограммировать! Как там говорится? Человек предполагает, а Бог располагает! Так вот, именно так всё дальше и было – вмешательство свыше, не иначе.

Виктор

 Ночь длиною в вечность! Глаза просто не удавалось сомкнуть, мысли гудели словно пчелиный рой, совершенно не давая заснуть. Перед мысленным взором вставало лицо Полины. Она злится, и имеет полное на это право! Я всю ночь думал о том, что она мне сказала, взвешивал все за и против. Постоянно пытаясь поставить себя на ее место, я понимал всю сложность ситуации. И главное я понимал, что нам просто необходимо поговорить, может быть, тогда все кусочки пазла сложатся в одну единственную картину, и тогда нам будет легче понять друг друга. С самого утра я решил рвануть к себе домой, точнее, в свой бывший дом, и застать еще спящую Нику. Оставлять Полину завтракать в одиночестве совершенно не хотелось, но тянуть больше нельзя – я просто устал от неизвестности. Сегодня я точно узнаю, беременна ли хотя бы одна из них. Заехав по дороге в аптеку, я купил пять тестов на беременность и помчался будить мою бывшую с намерением вытянуть ее из постели еще тепленькой. В элитный дом я вошел без каких–либо проблем. Неизменная консьержка, что сидела на посту, открыла мне парадную дверь и мило поздоровалась: 

– Доброе утро, Виктор Александрович, давно Вас не видела! Командировки совсем Вас замотали… Ключ забыли? 

– Доброе утро, Раиса Степановна. Нет, не забыл, я здесь больше не живу,– сухо молвил я и направился к лифту. Консьержка немного заволновалась, ее глаза нервно забегали и, наконец решившись, она выжала: 

– Виктор Александрович, раз Вы больше здесь не обитаете, я, наверное, не должна была Вас впускать... 

– Раиса Степановна, можете так не переживать,– я развернулся в ее сторону и продолжил,– арендатор этой квартиры я, сомневаюсь, что могут возникнуть какие–либо проблемы. Я ненадолго,– с этими словами я скрылся в лифте, отчетливо давая понять, кто здесь хозяин. С этим тоже надо что–то решать, пусть контракт аренды переписывают на Нику, денег я ей оставил столько, что она эту квартиру может снимать лет пять, не меньше. Поднимаясь в лифте, я пытался обдумать дальнейший план своих действий. Поразмыслив, я решил – к черту все планы, буду действовать напролом. Хватит, нет сил больше от этих интриг и тайн! Настойчиво нажал на дверной звонок и… Ничего. Ни поспешных шагов за дверью, ни сонного: "Кто там?" Я терял какое–либо терпение в ожидании, когда же проснётся Ника. Может, она не одна?! Хм! Я повторил звонок ещё раз более настойчиво, и за дверью наконец послышались неторопливые шаги, и минутой позже передо мной резко распахнулась дверь. Лицо Ники говорило само за себя, но, увидев меня, она вмиг переменилась, и слащавая улыбка растянулась у неё на лице. 

– Витюша, дорогой, ты пришёл, – она быстро подскочила и повисла у меня на шее. Разомкнув кольцо её рук и с напором отстраняя её, я сразу перешёл к главному: 

– Привет, Ника, впустишь? 

– Спрашиваешь! Конечно, проходи, – она посторонилась, пропуская меня в глубь квартиры. 

– Проходи на кухню, я сейчас кофе сварю, –она зашуршала, довольно улыбаясь и посматривая на меня. 

– Не стоит, я не хочу кофе, – остановил я её хаотичное метание.– Вот, держи, – я протянул ей пакет из аптеки. Она подозрительно посмотрела и не спеша протянула руку, пытаясь понять, в чём подвох. Заглянув в приоткрытый бумажный пакет, она нахмурилась и выдала: 

– Тест на беременность? Ты серьёзно? – ну, вот, я начинаю узнавать прежнюю Нику. Взгляд её метал молнии, а губы презрительно кривились. 

– Серьёзней некуда! Ты утверждаешь, что беременна, давай пока выяснять, правда ли это, а потом решим, как пойдёт разговор дальше! 

– Я не буду его делать, это глупо! – начала она, но я не дал ей закончить и требовательно сказал: – Ты его сделаешь и прямо сейчас, с самого утра! 

– Я... 

– Если ты этого не сделаешь здесь и сейчас, то считай, что я всё понял, и больше на моём пути можешь не появляться! – перешёл я в наступление.