Проклятая мечта (СИ) - Канра Дана - Страница 26

— Здравствуйте, генерал Рэд. Здравствуйте, сударыня, — Виенто даже не удосужился назвать ее имя. — Вам повезло. Я как раз вчера получил письмо от моей женушки. Она сожалеет об утрате нашего ребенка и хочет вернуться ко мне.

Немигающий взгляд герцога устремился прямо в лицо Лилианы.

— Мой ребенок умер из-за вашего вмешательства. Будь я тираном и деспотом, обязательно убил бы вашу дочь, чтобы отомстить. Но я великодушен и отпускаю Дейну Морлан.

Лилиана ахнула. Дейна встала и неуверенно сделала два маленьких шага ей навстречу, когда герцог продолжил скучающим голосом:

— Постойте, дамы. Не все так просто и быстро. Дейна Морлан, я отпускаю вас при одном условии.

Девочка возвела глаза к потолку и нетерпеливо оглянулась.

— Вы все так же будете служить в моей разведке, когда вам исполнится восемнадцать лет. И вас ждут самые почетные и трудные задания, за которые другие боятся браться. Вы настолько тихая и незаметная, что идеально подходите для жизни разведчика.

Лилиана отчаянно надеялась, что дочь вопросительно посмотрит на нее, взглядом спрашивая разрешения, но та лишь кинула тихое «да», прежде чем пойти дальше.

— Нет! — как во сне Лилиана услышала свой голос, пока Серхио обнимал ее за плечи. — Дейна! Нет!

— Первое слово сказано, — ледяной голос Виенто больно ударил по слуху. — Ваша дочь согласна, остальное вас тревожить не должно. До встречи, Дейна Морлан, через семь лет. Надеюсь, ты проживешь их хорошо.

— Да, Ваше Сиятельство, — мертвым голосом ответила Дейна.

Она первая вышла из поместья, а следом за ней — ошарашенная Лилиана под руку с Серхио, и все вместе уселись в карету. Ругань, споры, разногласия — все это пока придется оставить в стороне. Согласие Дейны опять-таки было вырвано не свободным выбором, а шантажом в обмен на свободу девочки. Это Лилиана поняла быстро.

А значит, остается надеяться, что за семь лет герцог Виенто сдохнет.

Или им удастся сбежать.

Лилиана с горечью смотрела на сидящего напротив нее ребенка, а видела юную девицу, повзрослевшую на несколько лет.

«Важно помнить, что она все равно осталась ребенком», — подумала молодая женщина по дороге в дом Серхио. И она была благодарна господину генералу за то, что он любезно предоставил им приют на несколько дней. Нужно привести в чувства Дейну и ожить самой. Ведь плохое осталось позади.

Пусть и ненадолго.

Глава 10.1. От лета до лета

Впервые за последние одиннадцать лет Лилиана Гартон-Морлан не знала, как найти язык с родной дочерью. С той, кого выносила, родила, вскормила. С милой, чудесной, самой доброй малышкой Дейной.

Малышка выросла и обнажила маленькие, острые белые зубки в диком оскале.

С одной стороны, Лилиана понимала, что детям, рожденным на стыке трехсотлетий, называемых тринтами, приходится очень и очень непросто. Год рождения Дейны — как раз 299 год Красного Тринта. Сейчас уже одиннадцать лет шел голубой тринт. Шла затянувшаяся война, рушились судьбы, приносились и нарушались клятвы. А страдали от всего этого простые маги из провинции.

В этот раз Дейна усвоила необходимый урок, поняла свои ошибки и уже через неделю, когда оттаявшая от гнева и страха мать предложила запоздало отпраздновать прошедший день ее рождения, смотрела весело и говорила бойко. У Лилианы отлегло от сердца. Даже тревожная мысль о будущей службе дочки казалась сейчас напрасной. За семь лет многое изменится, сложно предугадать, что случится.

— С днем рождения, моя маленькая княгиня! — сказала она торжественно и радостно, доставая из печи фруктовый пирог.

Любимое лакомство дочери. Наверное, Дейна считала, что матери нет до нее дела, и поэтому сочла себя недостойной находиться под крышей этого дома. Гордая девочка. Лилиана сама была такая. В каждом поступке, каждом слове Дейны она видела саму себя.

Или то дурное, что осталось от Андре.

Вспоминать бывшего мужа было невыносимо. Да, он больше не присылал ей гнусные, переполненные жестокой клеветой письма, обвиняя в несуществующих изменах. Не являлся в кошмарах. Не чудился в уличной толпе. Но это не отнимало того факта, что Лилиана готова была выбросить из памяти любые воспоминания о нем. Даже несмотря на то, что когда-то безумно любила этого человека.

Она наблюдала, как неуловимо меняется дочь, и боялась того, что однажды милое и доброе личико Дейны исказит злобный оскал. Как у Андре, когда он был зол. Дочка была склонна к необузданной ярости и гневу.

Нет, еще одного вспыльчивого человека в своей жизни Лилиана точно не выдержит.

А Серхио казался ей совсем иным, нежели Андре. Он был добр и к ней, и к Дейне, и даже помог с вызволением девочки из плена, хотя не был обязан это делать.

— Спасибо, мама, — ответила дочь, не догадываясь о материнских мыслях.

И они вдвоем принялись есть фруктовый пирог, запивая его травяным чаем.

Гости в этом году были бы неуместны.

***

Дейна старалась не вспоминать, сколько времени с ней нет рядом призрака Генри. От этого становилось тошно, горько и обидно. Раньше, когда она принималась грустить или тосковать, призрак мог в любой момент оказаться рядом и сказать пару-тройку утешающих фраз. В них не было ничего особенного, но слова умершего доктора исцеляли ее обожженную душу.

Жаль, что отец оказался таким невыносимым мерзавцем, что у него поднялась рука на врача!

Несколько раз Дейну так и подмывало разболтать матери эту чужую тайну, но она каждый раз проглатывала слова и отводила взгляд, чтобы избежать соблазна. Если убийство касается только отца и Генри, она расскажет тайну только после отцовской смерти. Не раньше. Так будет честно, ведь Андре Морлан, как не крути, ее отец. Хоть и не самый лучший.

А сейчас, когда ей можно спокойно учиться и не надо служить герцогу Виенто, все будет хорошо.

— Мама, я хочу навредить герцогу, — сказала она однажды за завтраком спокойным, но все равно дрожащим голосом.

— О, Боги! — вскричала Лилиана и гневно звякнула вилкой, бросив ее на стол. В воздух взметнулись и мягко шлепнулись на столешницу брызги горячей жидкой каши. — Почему ты не хочешь направить свою магию в созидательных целях?! Обучение, помощь матери… я уже не говорю о бабушке…

Дейна почувствовала, как к глазам подступают слезы, и громко шмыгнула носом. Она не понимала, почему мать так злобно реагирует на любое ее слово.

— Не переживайте, мама. Я это сделаю не завтра и даже не в этом десятилетии, — сдавленно пробормотала Дейна, а потом принялась молча глотать безвкусное варево. — Возможно, вы будете рады узнать, что моя изломанная магия становится прежней. Герцог Вианто добавлял в мою еду целительные зелья.

Она посмотрела в глаза притихшей матери и громко, с обидой, выпалила:

— Или отраву с целительным эффектом!

Лилиана отшатнулась и закрыла лицо руками.

— Кто ты, Дейна? Тебя словно подменили! — запричитала она глухим, дрожащим голосом. — Я совсем не узнаю мою милую, маленькую, покладистую девочку!

— Просто я взрослею, мама, — ответила Дейна так же тихо и надломленно.

***

Несмотря на неудовольствие сильных мира сего дела у Лилианы шли прекрасно. Теперь нуждающиеся в защите и помощи женщины тянулись к ней в госпиталь из предместий и даже соседних городов. А Дейна, несмотря на все печальные прогнозы магических лекарей, потихоньку набиралась сил.

Миновало жаркое лето и незаметно подкралась золотая осень. В душах матери и дочери снова расцвели гармония, взаимопонимание и доброта. Обычно они очень хорошо ладили, если этому не мешала бабушка София, у которой еще сильнее испортился характер.

Дейна больше не испытывала к бабушке страха. Скорее — неприязнь, тревогу и полнейшее нежелание общаться со старой ведьмой. Прошло то время, когда бабушка вызывала у внучки панику одним своим видом, теперь она стала сильнее и злее.

И все-таки, как же сильно ей, в этом бесконечном и безграничном одиночестве, не хватало призрака Генри!

Училась Дейна играючи, испытывая небольшие трудности разве что в нумерологии, появившуюся на пятой ступени школы. И этот год пролетел беззаботно — от осени до следующей осени. Все это время девочка восстанавливала силы, практиковала простенькую защитную магию. Это самое начало для одаренного ребенка, желающего научиться возводить вокруг себя барьеры из воздуха, огня, воды или земли.