Проклятая мечта (СИ) - Канра Дана - Страница 11

Эти слова приободрили женщин. Попрощавшись со своими детьми, они по очереди вышли из комнаты. Лилиана не осталась в стороне и тоже присела на корточки напротив растерявшейся Дейны.

— Ничего не бойся, малышка, — сказала мать на прощание. — Я скоро вернусь. Постарайся найти подруг, а если будут задираться, то дай сдачи.

— Да, мама. Хорошо.

Двери закрылись, комната наполовину опустела, дети остались одни.

***

Просторный зал сверкал белыми мраморными стенами, золотыми украшениями, алыми драпировками и коврами. Это странное сочетание цветов невольно начало резать глаза Лилиане, она ненадолго зажмурилась, и они заслезились. Идя неторопливо и спокойно, чтобы случайно не задеть одну из капризных графинь, она думала, что нигде не видела такой яркой, вызывающей, кричаще-резкой красоты. И пришла к предположению, что это сделано для отвода глаз иностранных послов и дипломатов.

Заседание совета и правда почти началось. Король — молодой юноша, едва ли старше шестнадцати лет, поднялся на крупное возвышение в центре зала и медленно опустился в глубокое кресло. Его окружали четыре мужчины разных возрастов. Министры. Каждый из них владел четырьмя видами магии, ведь в приближенные короля принимали только самых одаренных.

В этот раз среди них не было ни единой женщины.

Лилиана вспомнила, что Андре говорил с превеликой гордостью о достойном отборе министров-магов. Мол, мудрецы и клирики стараются избирать только талантливых парней из дворянских семейств. Женщины-ведьмы коварны, хитры и жестоки. Они способны соблазнять короля и его подданных, рожать бастардов, но никого не защищать. Так говорил Андре, и ему поддакивала улыбающаяся свекровь.

Теперь Лилиана поняла, чего боялась ее мать. Старая София видела во внучке большой потенциал, и поэтому не приветствовала развитие всех четырех стихий у Дейны. Ведь покушения на членов королевской семьи случались часто, а в прямые обязанности министров входило защищать их и закрывать собой от магии и оружия.

Обучение в академии было настрого засекречено. Многие дети погибали из-за неосторожного обращения с магией, других отчисляли за неуспеваемость. Из дюжины семилетних учащихся, поступивших в академию, заканчивали ее в лучшем случае шестеро семнадцатилетних. Десять долгих лет и зим они жили вдали от своих семей, становясь совершенно другими людьми.

— Здравствуйте! — проговорил король с широкой добродушной улыбкой на смуглом лице. — Прошу вас занять ваши места, дорогие дамы!

Оглядевшись по сторонам, Лилиана заметила длинную широкую скамью возле стены и окон, слева от королевского возвышения. Матери одаренных подходили туда и чинно садились рядом друг с другом. И она не стала отставать от них. Уселись женщины лицами к королю и министрам, в один ряд. Идеально придумано для того, чтобы всегда оставаться на прицеле внимательных взглядов одаренных министров.

Если одна из женщин окажется втянута в интриги и нападет на короля, стража ничего не успеет сделать. Одаренные сильнее всех. Поэтому за их рождением следят особенно тщательно.

— Я рад приветствовать вас всех в своем дворце, — король Асмунд Бреон раскинул руки, словно хотел обнять всех присутствующих женщин. — Но мне придется сделать досадное замечание. Одна из вас не сочла нужным уведомить службы магического контроля о рождении одаренной. К счастью, это было обнаружено чисто случайно.

Дамы растерянно зашептались, переглядываясь.

У Лилианы поползли по коже мурашки, но она осталась сидеть с идеально ровной спиной и поднятой головой.

— Но это не стоит сплетен, — бодро закончил Его Величество. — Предлагаю перейти к делу. Как вам известно, каждый год одаренные дети проходят тщательный отбор в королевскую академию. Такое дитя может родиться как в дворянской семье, так и у пекарей, и даже у горьких пьяниц. В конце концов, никто не отменял незаконнорожденных. В этом году нам повезло. Все прибывшие дети являются дворянами. Но это же и означает, что выбор будет суровее обычного. Королевству Нордения нужны только лучшие из одаренных.

Все молчали, ожидая вердикта короля, пока тот тихо переговаривался с министрами.

— К сожалению, мы не располагаем временем для долгого отбора, — наконец произнес король тихим и напряженным голосом. — Наставники и мудрецы не могут принять под свое крыло сразу двадцать детей. Обучение начнется следующей осенью. Сейчас королевская академия магии испытывает некоторые… хм… сложности.

Он прокашлялся и искренне улыбнулся женщинам белозубой сверкающей улыбкой. Все, кроме Лилианы, купились на этот жест лживого благодушия и заулыбались в ответ. Только ей, разведенной простолюдинке, было совсем не до веселья. Дело пахло кумовством и чьими-то связями.

— В связи с этими неприятными обстоятельствами мы вынуждены принять в нашу академию только отпрысков из герцогских и графских семей. Десять человек — шестерых мальчиков и четырех девочек.

Не удержавшись, Лилиана посмотрела на Маргарет. Та улыбалась — широко и радостно.

Все надежды Лилианы и мечты Дейны разбились за несколько минут.

Как во сне молодая женщина встала со скамьи, вместе с несколькими другими матерями отвергнутых детей, и медленным шагом вышла в широкие двери, услужливо распахнутые лакеями. За спиной снова раздавались веселые речи Его Величества с оставшимися дворянками. Словно никто не заметил ухода неугодных ведьм.

Лилиана думала, им позволят вернуться в круглую светло-розовую комнату и забрать своих детей, но откуда не возьмись появились стражники и проводили женщин на улицу. Там уже стояли маленькой стайкой огорошенные и унылые дети князей, баронов, купцов и бастардов. Дейна стояла среди них и с надеждой смотрела на мать, до последнего веря в чудо.

И тут Лилиана подумала, что ее любимая дочь не должна зависеть от нечестного королевского отбора и чьего-то мнения.

— Мне нельзя в академию, мама? — доверчиво спросила Дейна, у которой блестели глаза.

Вместо ответа Лилиана вздохнула и обняла ее. Послышались тихие всхлипы.

— Только не плачь, — то ли попросила, то ли велела она, уводя дочь в сторону флигеля. — Ты можешь всплакнуть, если тебе невмоготу, но не показывай свою слабость чужим людям.

Дейна шмыгнула носом и вытерла слезы рукавом.

— Хорошо, мама…

— В конце концов, ты сможешь поступить на старшие курсы академии, когда тебе исполнится четырнадцать лет.

Им позволили переночевать во флигеле, а на следующее утро нанятая карета увезла Лилиану с Дейной обратно, в маленький город Нортэн.

Глава 6. Новый дом

Лилиан не знала, что ей двигало. То ли стремление отделиться от матери и не слышать ее каждодневного ворчания, то ли желание подбодрить приунывшую Дейну, то ли гордость. Но когда карета въехала в Нортэн, женщина велела вознице ехать не к дому Софии Гартон, а ближе к центру. По пути она пересчитывала серебро и медь, высыпав их из мешочков себе на колени. Она полтора года откладывала деньги на черный день и сейчас отчетливо поняла: пришло время.

Прильнув к холодному стеклу льдом, Дейна заметила, что их везут совсем в другую сторону.

— Матушка, а куда мы едем?

— В один хороший дом, дитя, — рассеянно ответила Лилиана, раскладывая пересчитанные монеты обратно в мешочки. — Наш с тобой дом.

Приближался день Зимних Богов — славный праздник между первым месяцем Примисом и вторым месяцем Седисом. В это время было принято украшать дома, наряжаться и дарить подарки. Дейна почти не заставала празднества в поместье князя Морлана — ее слишком рано отправляли спать.

А в последний раз бабушка София и вовсе прикрикнула на внучку, что мол, глупым щенкам не дозволено праздновать вместе со взрослыми. И что, если Дейна не хочет получить подзатыльник, то пусть слушается и уходит спать подобру-поздорову. Так девочка рассказала матери о случившемся, а та тяжело вздохнула и попросила не нести вздор.

На самом деле Лилиана сожалела об этом. Она знала, что у ее матери тяжелый характер. София не любит вольнодумства, непокорности, чужого мнения и детского озорства. За последнее принималось все, что угодно: от плача до смеха и быстрого бега. И Лилиану воспитывали также, а она боялась сказать лишнее слово поперек слова материнского.