Повелитель теней. Том 1 (СИ) - Куницына Лариса - Страница 154

— Ты не попытался спасти командира?

— Зачем? — Джеймс откинулся спиной на стену и мрачно взглянул на Хока. — Я никогда его не любил. Он меня контролировал, а это неприятно. Он контролировал всех. Это не его вина, это его характер. Он всё держит под контролем. Ему нужно сделать усилие над собой, чтоб не вмешиваться в чужую жизнь. В отношении меня и Бена он таких усилий не делал. Может, Бен и не замечал или прощал ему это, а мне это мешало. Я постоянно чувствовал себя под колпаком. Я живу в лабиринте, а из-за него я вынужден был ходить по одному единственному коридору. Бродить по соседним измерениям, заглядывать в иные времена для меня так же естественно, как для тебя ходить по коридорам «Пилигрима» и переключать окна на экране компьютера. Я так живу. Я так жил всегда. Мои навыки направлены на то, чтоб уцелеть в чужих мирах и временах и не вмешиваться в естественный ход событий, если они происходят вне моей текущей реальности. В остальном я совершенно обычный человек. Так вот, Азаров перекрыл мне доступ к тем возможностям, которые я имел. И я вынужден был жить, как все.

— Почему ж ты не ушёл?

Джеймс неопределённо пожал плечами.

— Я человек и мне необходимо человеческое общество. Эти проблемы возникали везде и всегда. По крайней мере, на «Паладине» мне не приходится скрывать, что я не совсем такой, как все.

— А Олдридж?

— Бен ни на кого не давит. Он умеет доверять людям. Я имею в виду, что он понимает, что если взрослому человеку в наше время дан дар, то он уже, скорее всего, умеет им пользоваться с максимальной пользой для себя и наименьшим вредом для окружающих.

— А почему ты не уйдёшь отсюда? Ты ведь наверняка можешь вернуться домой?

Ноттингем усмехнулся.

— Мы возвращаемся к тому, с чего начали. Я везде дома, Рауль. Захочу — уйду…

— А как насчёт того, чтоб помочь товарищам, которые хотят, но не могут вернуться?

— Помочь? Как? Сообщить на Землю, где мы и что здесь происходит? Вы узнали об этом, и сильно это нам помогло? К тому же… Знаешь, может быть, всё это имеет смысл. Это опыт для каждого, который нужно просто пережить. Если урок усвоен, откроются новые возможности.

— Только не для Азарова.

— Как знать… — Джеймс какое-то время смотрел на Хока и, наконец, покачал головой: — Ты неисправим, Рауль. Ты не понимаешь, что произошло. Можно попытаться разнять двух дерущихся собак, хотя я не стал бы это делать. Но лезть в драку двух тираннозавров Рекс, это просто глупо. Всё имеет свои причины и следствия. Всё для чего-то нужно. Ты идёшь своим путём, другие идут другими, но каждый должен пройти свой путь сам. И не нужно вмешиваться, если тебя не просят.

— Занятно слышать это от офицера поисково-спасательного флота.

— А вот это уже, действительно, другое, — серьёзно возразил Джеймс.

— Но ты помнишь, кто ты?

— Конечно, но в данный момент это не актуально. Посмотри вокруг. Какой космофлот? Здесь дикий мир, феодализм, варварство. Тут сильный съедает слабого, а слабый травит сильного. Если смотреть с позиции офицера космофлота, можно свихнуться, поэтому я пока отложил эту маску. За рыцарским забралом мне как-то уютнее.

— А ты не думаешь, что как старший офицер звездолёта, ты сейчас замещаешь командира и старпома, а, следовательно, отвечаешь за звездолёт и экипаж?

Джеймс снисходительно улыбнулся.

— От тебя я это слышу, Рауль? Где твой звездолёт и твой экипаж? Где твой командир? Мы все здесь распылены, как ветхозаветные иудеи. Каждый выгребает из этого болота, как может. Пусть так и будет.

— То есть, ты не собираешься возвращаться к своим обязанностям?

— Честно говоря, нет. И не вижу причин для этого.

— Как насчёт восстановления работоспособности экипажа и возвращения домой?

— Это невозможно.

— Дело не в возможностях, а в исполнении уставных обязанностей. Если мы потеряем людей, мы никогда не вернёмся домой.

— Вы никогда не вернётесь домой, а у меня дома нет.

— То есть, ты не собираешься возвращаться к своим обязанностям второго помощника?

— Снова стоять навытяжку и подчиняться приказам? — усмехнулся Ноттингем. — Ещё раз говорю, Рауль. Вернуться сейчас на звездолёты, жить там дружной космофлотовской коммуной и ждать чуда в виде восстановления энергоснабжения — это глупая игра, побег от реальности. Мы в другом мире. И я не собираюсь плыть поперёк течения только потому, что меня когда-то назначили вторым помощником. И никто не заставит меня вернуться на мостик, по крайней мере, не ты.

— Как насчёт Северовой?

— Она очаровательная женщина и ради неё я, пожалуй, рискну выступить на рыцарском турнире, но сидеть на мёртвом звездолёте не стану даже ради неё.

— Неужели нет ничего, что заставило бы тебя, наконец, вспомнить о своих обязанностях офицера? — раздражённо воскликнул Хок.

— Ну… — Ноттингем посмотрел в потолок. — Разве что ангел с огненным мечом преградит мне дорогу и укажет путь, которым мне следует идти.

— И что, это сработает? — неожиданно уточнил Хок.

— Это поразит, слегка испугает, и приведёт к прозрению. Так что, видимо, сработает. Только я не верю в ангелов.

— Ты будешь очень удивлён, — заметил Рауль.

Ноттингем с иронией взглянул на него.

— Твоя вера в чудеса меня восхищает. А теперь я должен откланяться. Будь осторожен и береги себя.

— Если ты понадобишься, где тебя искать?

— Если я понадоблюсь, я сам тебя найду, — усмехнулся Джим, поднявшись, прошёл по маленькой комнате к окну и вышел сквозь стену.

— Если ты надеялся удивить меня, то стоило придумать что-нибудь покруче, — проворчал Хок и принялся натягивать кольчугу.

Он вернулся в дом барона Делвин-Элидира и поинтересовался у встретившего его слуги, дома ли хозяин. Юноша сообщил, что барон дома, принимает в своих комнатах одного из своих друзей, и если сэр рыцарь желает…

— Нет, не стоит его беспокоить, — улыбнулся Хок и задумчиво посмотрел на свой локоть. — Не знаешь ли ты, парень, где можно починить кольчугу?

Парень не знал, но обещал выяснить, и Хок направился к себе в комнату. Однако едва он успел снять перевязь с мечом и тяжёлые наручи, как в дверь решительно постучали. Открыв её, он увидел на пороге барона, который обеспокоенно смотрел на него.

— Простите, что врываюсь без приглашения, командор, — произнёс он, входя, — но Жиль сказал, что вы ранены. Что случилось?

— Это просто царапина, — заверил его Хок, но барона это не удовлетворило.

— Вы ходили этим утром к королю, не так ли? Я не спрашиваю вас об обстоятельствах аудиенции, это ваше дело. Но прошу вас рассказать о том, как вы получили эту вашу так называемую царапину. Это может быть связано с вашим визитом во дворец?

— Это связано непосредственно, — кивнул Хок, — поскольку напавших на меня людей интересовала цель этого визита.

Барон нахмурился.

— Послушайте, командор, у меня в гостях сейчас мой друг Танкред Аллар. Он бывает при дворе, знает там многих и, если вы хотите разобраться в сути этого нападения, то, может, согласитесь рассказать об этом ему. Он вполне надёжный человек и не станет болтать лишнего за этими стенами.

— Не думаю, что это такое уж секретное дело, — пожал плечами Хок. — Хотя, конечно, мне хотелось бы знать, кто стоит за этим нападением.

Вместе с бароном он прошёл в небольшую гостиную, где возле камина стоял высокий молодой мужчина в синем камзоле, отделанном серебром. Белый кружевной воротник на его плечах подчёркивал смуглый оттенок широкоскулого лица и черноту коротко постриженных кудрей. Барон Аллар был широкоплечим, и небольшой тонкий шрам на левой щеке придавал ему вид бывалого воина. Он крепко пожал Хоку руку и внимательно взглянул на своего друга.

Барон объяснил, что заставило его привести сюда гостя, и предложил присесть в кресла у камина. Хок рассказал о том, как на него напали семеро незнакомцев, скупо сообщив, что на помощь ему пришёл проходивший по улице рыцарь, после вмешательства которого нападавшие обратились в бегство.