Граф Суворов 3 (СИ) - Шаман Иван - Страница 50

— Господа спортсмены, я понимаю ваше желание, и всячески его одобряю, однако прошу соблюдать регламент встречи. Пять человек, из тренерского состава, смогут встретится и пообщаться с Коловратом после проведения мероприятия. Но до этого момента — не более минуты на подход. — строго проговорил я, глядя на мужиков старше меня вдвое и больше по массе и в росте. Не успей я прокачаться, чувствовал бы себя на их фоне дрыщом и хлюпиком. Но и так полный автобус квадратных качков не слабо действовал на нервы.

— Мы все понимаем, и проблем создавать не будем. — сказал, подняв лапищи в успокаивающем жесте главный тренер сборной. — Если и правда удастся поговорить после мероприятия, будет здорово.

— Спасибо за понимание. Я попрошу, чтобы организовали раздачу чая и бутербродов, через полчаса. Боюсь полноценного обеда не выйдет, так что прошу прощения у тех, кто сейчас на массе. — сказал я, и мужики понимающе заулыбались. — Честь имею.

— Вам спасибо. — кивнул тренер. Несмотря на то, что у большинства спортсменов на груди висели амулеты — далеко не у всех. Да и вряд ли они голыми руками смогут справится с вооруженными гранатометами войсками в тяжелых штурмовых доспехах с поддержкой резонанса.

— Про чай договорись. — бросил я Лехе, пока мы шли к следующей делегации. — Оплачивать дополнительные расходы столовой и премиальные охране будем из своего кармана. Теперь точно окупится…

Дальше в автобусах сидела молодежная сборная, куда более шумная, даже крик о свободе для Коловрата я успел услышать, до того, как голосистого парня утрамбовали в конец автобуса. Но и тут тренер оказался очень понимающим человеком, не собирающимся обострять ситуацию.

Дальше, за поворотом, стало еще веселей. Спортивные школы, детско-юношеские кружки, какие-то частные спортивные школы, кадеты из других училищ… голова шла кругом, когда я понял в какую авантюру, мы невольно вписались. И когда я уже начал думать, что все нормально и все обойдется, мимо стоящих в порядке очереди автобусов, по встречке, начали проезжать другие машины.

Проезд загородили в обе стороны, перекрыв дорогу, и вскоре у входа в училище столпилась неорганизованная на первый взгляд толпа разномастного народа. К десяти, когда должно было начаться мероприятие, затор стоял такой плотный что пройти было невозможно. Начались крики и ругань, а потом над собравшимися появились плакаты.

«Смерть предателям», «казнить убийцу», «зверя на плаху» и прочие, более-менее однотипные, с одним общим посылом. Неизвестно откуда появились люди с громкоговорителями, и над совершенно аполитичным мероприятием начали разноситься крики провокаторов.

— Мы простые люди, страдающие от таких уродов как он! Предателям родины — смерть! Народу — волю! — кричала девушка с розовыми волосами, стоявшая посреди толпы. Ей дали какой-то стул или принесенную с собой стремянку, но несмотря на ее невысокий рост девушка возвышалась над остальными.

— Император уравнял женщин со скотом! Обобрал мужиков до последнего — теперь даже жениться не на ком, все в дворянки метят. — кричал мужчина чуть дальше. — Хватит это терпеть! Долой угнетателей!

— Нужно вызвать дополнительные наряды жандармерии. — мрачно проговорил я, понимая к чему все идет. — Леха, на трубку, быстро. Таран, группу сопровождения мне, надо сделать коридор для спортсменов. Чую просто-так это не обойдется.

— Да уж. Коробочку! Старшого в центр! — приказал бурят, и возле меня тут же появилось еще четверо бойцов первого штурмового взвода в резонансных доспехах. Надо было тоже броней обзавестись, но что-то я не рассчитывал на столь теплый прием.

— Вон он! Один из кровопивцев! — ткнул в меня пальцем щуплый криворожий мужичонка с куцей бородкой. — Вот кто у нас невест отбирает.

— Ну да, ну да. Всех себе загреб. — покачал я головой, понимая, что этому то индивиду даже шлюхи, наверное, не дают. Впрочем, нужно двигаться дальше. Митинг, явно кем-то организованный, представлял из себя странное сочетание. Студенты, взрослые мужики и бабы, явно не из самых богатых слоев. Я вполне допускал что у них хватает поводов для возмущения, но сейчас они сильно мешали мне проведению простого вроде как, дела.

— Таран, оттеснить людей от прохода, только нежно. — сказал я, перед тем как зайти в автобус. — Господа, прошу за мной. Давайте не будем лишний раз провоцировать людей, не хотелось бы кровопролития.

— И нам. — кивнул тренер сборной. — Идемте, ваше благородие.

— Кровопийцы! Нахлебники! — заорали десятки голосов, стоило спортсменам выйти из автобуса. — На наши деньги шикуют! Все мясо в стране пожрали, быки худосочные, а толку с них нет!

— Да мы за честь и гордость страны ни здоровья, ни жизни не жалеем! — не выдержал кто-то из молодых спортсменов, и в него тут же полетела пластиковая бутылка.

Таран поставил щит, а затем ударил по толпе прессом, отталкивая их от забора, и в следующий момент толпа взорвалась сотнями криков.

— Задавили! Задавили ироды! На смерть задавили! — орал кто-то.

— Убийцы! Проклятые живодеры! — донеслось с другой стороны. — Долой узурпатора и его шавок! Долой Суворовых!

Из толпы полетели тухлые овощи, яйца и камни. Но все они зависали в воздухе, не в состоянии преодолеть Щит. А потом раздался грохот выстрела и толпа буквально взорвалась визгом сотен глоток.

Глава 22

— Не стрелять! — заорал я, понимая, что в обезумевшей от страха толпе могут погибнуть сотни, а стражники уже вскинули автоматы и пистолет пулеметы. — Именем Суворовых, не стрелять! Щиты ставь! Таран!

— Есть! — крикнул бурят, выйдя чуть вперед. — Первая штурмовая, делай как я!

Не обращать внимания на крики толпы, бросившейся в разные стороны от очевидного источника опасности, было тяжело, но сконцентрировавшись я сумел вычленить стреляющих. Пули двух провокаторов, даже не тех, кто орал в громкоговорители, но больше всех подначивал толпу, Молодые мужчины, немного за двадцать одетые как студенты, вот только…

— Смерть псам империи! — выкрикнул юноша, вскинув до боли знакомый пп.

— Лежать! — рявкнул я, взмахнув рукой, и для наглядности ударил по толпе прессом. Вышло это совершенно естественно, на уровне инстинктов, и большая часть людей между мной и бомбистом рухнула на колени, не в состоянии выдержать давления. Вот только над парнем вспыхнула радужная аура и мой конструкт распался.

Усмехнувшийся противник зажал спуск, и длинная очередь ударила по щиту бурята, буквально за мгновения просаживая его запас сил. Вот только Таран тем и отличался, от остальных третьекурсников, что при отвратительном пиковом показателе силы обладал потрясающим общим объемом сил. А я его еще и помог углубить.

— Твари! — орал студент, чья улыбка растаяла как дым, стоило ему понять, что ничего не выходит. Но он не сдался, а скинув дымящийся ствол достал из кармана гранату. — Сдохните все!

— Не дайте ему бросить гранату, он же гражданских положит! — крикнул выбежавший из сторожки охранник, наскоро напяливший бронежилет, и я понял, что ситуация критическая. Взрыв гранаты в такой толпе может унести жизни нескольких человек, даже если мы прикроем их щитами.

— Полетай. — жестко сказал я, махнув вверх, и бомбиста, вместе с гранатой с выдернутой чекой, подкинуло вверх, как раньше Василия, вот только у него не было крыши, на которую можно безопасно приземлиться. А еще граната…

Взрыв громыхнул метрах в двадцати над землей, осколки увязли в моем прессе, но ударной волной конструкт развеяло. Правда бомбисту от этого было уже ни холодно, ни жарко. Он совершенно точно был мертв, еще не упав на асфальт, а когда ошметки студента шлепнулись на землю, забрызгав окружающих кровью, толпа вновь заверещала.

— Держать строй! Никого не выпускать! — крикнул я, видя, как ко мне уже мчится настоящая охрана Суворовых в полном облачении. — Провокаторы могут уйти!

Услышав мой крик, группа прямо на бегу сменила направление, и разделившись на два примерно равных отряда перемахнула через забор. То с какой легкостью военные в тяжелых резонансных доспехах скачут на два с лишним метра не могло не вызывать уважения. А ведь они двести кило весят, если не двести пятьдесят.