Диссертация ведьмы (СИ) - Светлова Лана - Страница 22

По спине побежали мурашки. Что ж это за место такое? С запозданием пришла мысль глянуть на это веселье сквозь призму магического зрения. Я прищурилась и ахнула. Все, кто казались людьми, на самом деле были уродливыми созданиями всех мастей, веселящимися в старом разрушенном доме. Вместо лиц были сплошные мохнатые рыла, вместо роскошных нарядов — черная шерсть и загнутые когти. Все скакали в безумном экстазе, скаля кривые желтые зубы. Паркет был кладбищенской землей, хрустальные люстры — чучелами нетопырей. Даже горы закусок на столах, и те состояли из мусора и мертвых крыс. Все было обманом, только дочери наместника были настоящими людьми из плоти и крови.

Увлекшись разглядыванием, я не заметила, как стала незаметно пританцовывать. Музыка захватывала меня, лишая сил к сопротивлению. С удивлением я обнаружила, что Сандер уже танцует в центре зала, двигаясь все более неуправляемо. Кажется, он задел какого-то плясуна, полог невидимости замерцал, но удержался. Существо, не увидев обидчика, зашипело и вновь вернулось к своим сумасшедшим танцам.

Змей, зажав пальцами уши, решительно двигался к канделябру с горящими свечами. Что он задумал? Поймав себя на том, что я тоже начинаю терять концентрацию и уже покачиваюсь в такт музыке, я последовала примеру научного руководителя и решительно зажала уши. Стало немного легче.

Девар подцепил мягкий воск, который нагаром стекал со свечей, скатал пальцами восковые шарики и запихнул себе в уши. Обернулся, поймав мой взгляд, и набрал еще воска. Ну нет! Я эту дрянь себе в уши не суну — как ее потом оттуда доставать?

В этот момент я вдруг почувствовала, как мои ноги сами стали отрываться от земли в безумных прыжках. Я стала топать и крутиться на месте, никак не в силах унять танцевальную лихорадку. Тут уже и руки стали дергаться вверх, будто кто-то превратил меня в марионетку и дергает за веревочки.

Усилием воли я вернула контроль над своими руками. Плевать, — подумала я, — достанем уж как-нибудь этот воск потом. Я схватила с ладони руководителя восковые шарики и торопливо запихнула их себе в уши. Назойливая музыка тотчас же перестала меня беспокоить.

Змей тут же сжал меня за руку, указывая взглядом на танцующих в центре зала девиц и пока еще невидимого Сандера. Я поняла его без слов: осторожно, чтобы не задевать беснующихся гостей, мы двинулись ловить своих спутников. Только не успели.

Сандер решил показать всем какое-то особо замысловатое танцевальное па и ушел в немыслимый кувырок. К такому магический полог оказался не готов — он в последний раз мигнул и осыпался искрами, являя миру болтающего в воздухе ногами вампира. Музыка сфальшивила и оборвалась. Танцующие замерли, с недоумением уставившись на вторженца. Мгновенную неподвижность разбавило только три глухих падения — рядом с Сандером без сознания упали все три дочери наместника. Это послужило сигналом. Существа оскалились и зашипели, бросившись на вампира.

В тот же миг мы с Деваром сбросили полог невидимости, врываясь в гущу событий. Не сговариваясь, мы прижались спинами и выставили щиты, организуя купол вокруг всех четверых.

Бесноватые плясуны бросились на нас все разом. Краем глаза я увидела, что один из самых ярых атакующих умудрился прорвать магическое плетение зубами и когтями. Я чертыхнулась, выплетая новый щит, но за это время к нам успели просочиться с пяток агрессивных существ. Один из них цапнул меня за лодыжку. Я ойкнула, но Сандер подхватил мохнатое визжащее нечто и прицельно метнул за пределы щита, прямо в лоб одному из атакующих. Нападавший отлетел прочь. Сандер хмыкнул и повторил свой маневр с парой оставшихся в куполе существ. Потом вампир подхватил на каждое плечо по девице, третью подцепил подмышки и под колени, и, покачиваясь, двинулся в сторону выхода. Мы поняли его без слов. Я перехватила контроль над щитами, а Девар сплел огненное заклятие, выжигающее перед нами коридор в толпе плясунов. Сандер побежал вслед за Змеем, умудряясь при всей своей ноше ловкими пинками отшвыривать с дороги особо ретивых существ.

Выбравшись из здания, мы решили не задерживаться в этом парке слишком долго. Первым, держа на весу троих девиц, бежал Сандер. Я то и дело отставала, норовя запулить огненным заклинанием в преследующий нас черный мохнатый ковер, но Девар был начеку, ловко хватая меня за шиворот, когда я особо увлекалась сражением. Фактически, Змей тащил меня на себе, а я махала руками и требовала, чтобы он меня отпустил и не мешал задавать жару кусачим гадам.

Плясуны скалились и злись, не в силах нас достать, когда мы торопливо карабкались по лестнице, туда, где остался проход в наш мир. Черная толпа, подвывая и рыча, карабкалась за нами вслед. Поднялся ветер, злой и колючий, он срывал с деревьев листья и норовил швырнуть их нам в лицо. Я почти обессилела, но продолжала швыряться огненными заклинаниями, прикрывая отход.

Только на самой верхней площадке, когда до спасения остался всего один шаг, Девар коснулся ладонями моих ушей, магией уничтожая воск, и его мрачный голос окатил нас ушатом ледяной воды:

— Кто-нибудь знает, куда эти девицы дели свой ключ?

Глава 18

Естественно, ключа ни у кого не оказалось. Сандер вспомнил, что девицы не вытащили его из замочной скважины, когда сюда заходили. Я мрачно рассмеялась, сбросила с плеча руку Змея, и стала с утроенной силой швырять огненные заклинания в черную гущу мохнатых и когтистых существ. Они пока топтались на нижних ступеньках, боясь подходить ближе, но долго ли мы сможем их удержать? Наши силы не бесконечны, а они окружили нас черным ковром и, не торопясь, могут брать измором. Интересно, что с нами будет, если эти существа до нас доберутся? Судя по плотоядному рычанию, ничего хорошего!

— Чего мы здесь ждем? — услышала я голос Сандера. — Давайте уходить!

— Как?! — удивилась я, сплетая заклинание огненного ковра. Вряд ли это особо поможет, осаждающие продолжают стекаться со всех сторон. Весь парк уже не золотой, а черный, до самого горизонта. Но надо же хоть что-то делать!

Друг ядовито хмыкнул:

— Мне вот интересно, кто из нас деятели умственного труда?

— Ну, — я согласилась немного подумать, — можно предположить, что мы нарушили их веселье и они этим крайне недовольны. Если им зачаровать какой-нибудь инструмент, типа гусли-самогуды, а лучше гусли-самоходы, то они могут уйти следом за музыкой, оставив нас в покое.

— Вряд ли, — не согласился Змей. — Им нужны девушки. Они их используют как свою магическую подпитку. В теории они вряд ли их бросят даже ради самой хорошей музыки.

Сандер страдальчески вздохнул:

— Может, хватит болтать, а? Давай, профессор, обращайся уже в Змея и уноси нас всех отсюда!

— Вас вообще-то пятеро, — неуверенно окинул нас взглядом Девар.

— И что, — Сандер показательно тряхнул девицами, которые до сих пор висели на его плечах, — у академического планктона грузоподъемность маловата?

Девар посмотрел на Сандера как на неразумное дитя, но отвечать не стал. Воздух вокруг него сгустился и потемнел — нам с другом даже пришлось спуститься вниз на несколько ступенек, потому что на площадке стало крайне тесно.

Огромный черный Змей взмахнул крыльями и выпустил струю пламени в преследователей. Очистив от черных созданий ближайшее пространство, профессор подхватил гигантскими когтистыми лапами нас с Сандером и взмыл вверх, в серое марево, которое здесь было небом.

Проклятый парк стал удаляться, превращаясь в желтое озеро далеко внизу. Обзор становился все лучше, до самого горизонта серо-бурые пространства полей перемежались золотыми и зелеными островками леса. Но любоваться открывающимися пейзажами получалось не очень хорошо.

Я представляла полет на Змее как-то по-другому. Например, верхом между исполинских пластин на черном гребне вдоль позвоночника: ветер развевает мои волосы, а я гордо смотрю куда-то вдаль, управляя полетом. В реальности меня тащили как нашкодившего котенка, мои руки были крепко спеленуты вдоль тела когтистыми лапами Горыныча, и единственное, что я могла делать — это болтать в воздухе ногами. Такой полет был крайне дискомфортен ввиду того, что сама я не могла держаться за Змея, приходилось чувствовать себя в его полной власти. А что там, в этой чешуйчатой голове моего руководителя — кто его знает? Все-таки, я много крови ему попортила своими шуточками, может, он уже давно втайне мечтает разжать когти и избавиться от надоевшей аспирантки…