Запретный атрибут (СИ) - Петриков Денис Юрьевич - Страница 108

Переключившись на магическое зрение, Алан узрел грандиозную картину, как разлитая вокруг города отрицательная энергия стремительно притягивается к небольшому зависшему над городом объекту. По мере её поглощения, имеющее форму шара тело начало набухать и быстро увеличиваться в размерах. Имея в магическом диапазоне абсолютно чёрный цвет, тело, тем не менее, начало излучать сверкающую энергию.

Переключившись на обычное зрение, Алан узрел сюрреалистичную картину. Над городом, на высоте около полукилометра, висело чёрное солнце. Будучи больше похоже на сгусток мрака или же дыру в абсолютно тёмные глубины космоса, солнце это, тем не менее, испускало яркий солнечный свет. Вокруг резко стало светло как днём. Более того, странный свет вполне ощутимо согревал открытые участки кожи.

Остановились не только авантюристы. В страхе и растерянности замер весь прибывший для проведения спецоперации отряд.

— Высер демонических задниц! Что это вообще такое? — завороженно глядя на непонятный феномен, пробормотал названный Зайхом.

— Шеф, трава. Нет, весь лес! — выпалил один из авантюристов.

С растительностью вокруг творилось что-то странное. Трава росла на глазах. Из земли, словно время многократно ускорилось, вылезали новые растения. Вырастали и распускались цветы. Листья на деревьях сначала стали больше, а следом из набухших почек быстро полезли новые веточки.

Переключившись на магическое зрение, Алан убедился в своём предположении. Странный объект беспощадно поглощал из пространства излишек отрицательной энергии и тут же, сразу, превращал её в жизненную, хитрым образом излучая последнюю в пространство. А ещё он интуитивно осознал, что чёрное солнце делает то преобразование, которое задал его создатель и что ничего не мешает ему осуществлять обратный процесс.

А после авантюрист вспомнил одну занимательную историю, рассказанную ему когда-то стариком-учителем. Тогда она показалась Алану фантастической. Особенно её итог. Ведь если верить рассказам старика, когда-то в древности их континент ощутимо потерял в площади. Чёрное солнце являлось своеобразным «Философским камнем». Оно способно было не только преобразовывать один вид энергии в другой, но и могло создавать из энергии материю и, что хуже, осуществить обратный процесс, расщепляя само пространство.

— Быстрее! Нам надо валить отсюда, — выдернув присутствующих из оцепенения, в которое они против воли погрузились, прокричал Алан.

— Что эта за штука? — спросил подбежавший к ним старший офицер.

— Долго объяснять. Скажу лишь, что нам никоим образом нельзя столкнуться с её создателем, — уже на бегу ответил Авантюрист.

Глава 22: Пешка в заботливых руках

В полутёмной земляной пещере находились двое. Молодая, лет двадцати девушка, в свете тусклого магического светлячка плакала над искалеченным телом черноволосой женщины. Точнее сказать, над половиной тела, так как часть принадлежащая нежити бесследно исчезла.

Великий некромант Жиллес Де Райс представляла собой совершенно жуткое и жалкое зрелище. Из человеческой её части вываливались органы и органы эти периодически дёргались, показывая, что в их владелице непостижимым образом теплится жизнь.

Верная ученица периодически пыталась собирать и вливать в тело учителя жизненную и магическую энергию, что не давало совершенно никаких результатов. Ментальная структура Жиллес была грубо и, очень возможно, необратимо разрушена. Влитая энергия не задерживалась и утекала как песок сквозь пальцы.

— Ай, яй, яй. Какая жалость, — совсем рядом раздался насмешливый мужской голос.

Обернувшись, девушка разглядела стоявшего в полутьме прохода немолодого мужчину в охотничьей куртке, кожаных штанах и сапогах. В руках он держал смотрящуюся не к месту чёрную трость с массивным металлическим набалдашником.

— Спасите её! Я знаю, вы можете, — всхлипывая, залепетала девушка.

— Кто знает, кто знает, — усмехнулся мужчина, делая несколько шагов вперёд.

С любопытством осмотрев покалеченное тело, он, покачав головой, с сожалением произнес:

— Какая расточительная трата ресурсов. Сожалею, милое созданье, но твой учитель «отработанный ресурс». И что плохо, для тебя плохо, ресурс чересчур много знающий.

Улыбнувшись, мужчина направил на женщин кончик своей трости, которая являлась не чем иным, как концентрирующим магическим жезлом. Жезл выпустил магический сгусток призванный уничтожить неудобных свидетелей.

Что именно произошло далее мужчина не понял, ведь его, недюжей силы магия, не долетев до цели, исчезла, чтобы в следующее мгновение ударить его в затылок. От удара тело мужчины бросило вперёд, швырнув о землю перед ногами заплаканной ученицы.

Получив удар, от которого обычный человек гарантированно лишился бы головы, а необычный, даже будь он Архимагом, отправился бы в глубокий нокаут, мужчина, однако, немедленно вскочил, обнаружив, что секунду назад рыдавшая ученица крепко держит его за запястье.

Встретившись взглядом с холодными как лёд глазами девушки, мужчина заметил, что второй рукой она держит искалеченное тело Жиллес.

— Как ребёнка, — осознав, что тело ему более не подчиняется, одобрительно произнёс он.

Глаза владельца трости потеряли блеск и помутнели. Кожа его начала быстро сохнуть и лопаться, показывая, что под ней находится что-то не то. Следом за кожей иссохла и начала отваливаться от адамантового скелета его фиолетового цвета плоть.

Выкачав и передав учителю просто невероятный объём магической и жизненной энергии, ученица, жадно разорвав одежду мужчины, выдрала сокрытый под железными рёбрами перламутровый шар. Посмотрев на Жиллес, она с радостью заметила, что та начала восстанавливаться, пусть восстановление это имело человеческую природу.

«Надо ещё», — жадно подумала девушка, беспокойно взглянув на шар в своих руках.

Шар являлся своеобразным аккумулятором и его необходимо было срочно зарядить.

Схватив с земли сумку и трость, она, бормоча и скрипя зубами, выскочила из пещеры.

***

Проснулся я странно. И странность эта заключалась даже не в том, что отсутствовала положенная головная боль. И не в том, что имелось ощущение, что проспал я значительно больше суток. Имелось очень странное состояние легкости и непричастности к происходящему.

Оглядевшись, я удивился ещё больше. Точнее даже, откровенно прибалдел. Недалеко от меня, над полом, возвышались два прямоугольных каменных пьедестала. На одном из них, голым пузом вверх, покоилась моя последняя «шкурка».

На втором пьедестале лежал подвяленный временем седовласый старик. Старика, в отличии от одного неудачливого иномирца, присутствующие потрудились накрыть тонкой белой простынёй.

Кстати, о присутствующих. Они явно находились в весьма растерянном и возбуждённом состоянии. Важные и надменные, сейчас немолодые мужчины и женщины в мантиях выглядели откровенно напуганными. Испуг их совершенно не нравился второму типу присутствующих — хмурым и крайне серьёзным мужчинам с мечами на поясе.

— Скоро начнётся самое интересное, — произнёс стоявший рядом Антон.

Повернувшись, я обнаружил непонятно откуда появившегося здесь мага. При этом, если я стоял в чём мать родила, то мой тиран и учитель в одном лице щеголял своими чёрными сапогами и коричневым кожаным плащом. На поясе его висел неразлучный длинный меч.

— Они нас не видят. Ты находишься в бестелесной форме, я же в коем то веке воспользовался своими полубожественными привилегиями, — опередив мой вопрос, пояснил Антон.

В этот момент один из мечников схватил за руку одного из магов. Сжав его кисть с такой силой, что бородатый старичок побледнел и запыхтел, местный гестаповец начал что-то втолковывать близкому к истерике магу.

— Давай-ка придержим процесс и дадим им хоть какую-то иллюзию успеха, — произнёс Антон. — Заодно и поговорим, — подмигнул он мне.

Одна из женщин подбежала к прессующему старика мечнику и, указав рукой на пьедесталы, что-то залепетала. «Гестаповец» отпустил старика и немного успокоился. Маги торопливо заняли свои места у пьедесталов. Часть возле меня, а часть рядом с седовласым стариканом.