Восход дракона (ЛП) - Далтон Сара - Страница 5

— Лука, — Аксил взял его за руку. — Мы не всегда побеждаем так, как хотим. Ты прибыл с флотом Зантоса. Ты еще не коронован. Это верно. Но ты должен показать людям, что ты законный правитель. Что ты считаешь себя законным правителем.

Он ушел с легким поклоном, и Лука смотрел ему вслед. Как он мог показать людям, что он законный правитель, если он не чувствовал себя таковым? Матиас всегда был наследником, Стефан носил корону, а Серена говорила на собрании намного красноречивее, чем Лука.

Он не верил в это.

Он вернулся к лорду Тиниану и постарался не чувствовать себя самозванцем. Он высокомерно поднял подбородок, как, наверное, мог сделать его отец, а затем, полагая, что это мог сделать его отец, подошел к своему стулу и сел.

— Чем я могу вам помочь, лорд Тиниан?

— Ваше высочество, — Тиниан осторожно использовал титул, на котором настаивал Лука, — я считаю, что вам следует пересмотреть свое решение относительно Садов Аниоса.

Пальцы Луки сжали подлокотники кресла.

— Мое решение по этому вопросу является окончательным. Рабы будут освобождены. Лагеря будут закрыты. Священникам и стражам грозит наказание.

— Ваше высочество, — снова сказал лорд Тиниан, и на этот раз в его голосе было предостережение. — Быть ​​королем — значит принимать решения, которые огорчат меньшинство. Это неизбежный факт мира.

— Какой вред принесет обращение с нашими гражданами как с нашими гражданами? — Лука наклонился в своем кресле. Его лицо пылало. — Сады Аниоса…

— Дают огромную прибыль, которая поддерживает многие вещи в Эстале, — решительно сказал лорд Тиниан. — Планы вашей сестры по исцелению этой страны не будут дешевыми, Ваше высочество. Также не будет дешево содержать силы, которые вам понадобятся, чтобы выследить брата и победить его. Сады Аниоса производят пищу, которой можно накормить голодных жителей Эсталы, а также бинты и лекарства, которые могут помочь при чуме. Какими бы ни были методы лагеря, они приносили Эстале значительную прибыль раньше, и они могут сделать это снова.

Лука прикусил губу.

— Ваше Высочество, — сказал Тиниан. Он не атаковал. Голос у него был добрый. — Вы честный человек. Ваш отец приказал построить Сады Аниоса. Разве справедливо заключать в тюрьму и наказывать тех, кто следовал приказам короля?

Как Тиниан это сделал? Лука задумался, но не видел выхода из ловушки, сооруженной Тинианом. Этот человек был прав: несправедливо наказывать тех, кто следовал приказам его отца. Он просто не понимал, как кто-то мог добровольно взяться за такую ​​работу. Ведь его отец не приказал какому-то конкретному человеку служить Сестрой Просвещенных или стражником в Садах, не так ли?

— Принц Лука, — сказал ему Тиниан, — я имел в виду то, что сказал раньше: быть королем — значит служить на благо своего королевства. Иногда благо королевства расходится с благом отдельного человека. Во время войны должны быть солдаты. Прямо сейчас Эстале нужны как товары, так и средства, которые предоставляют Сады Аниоса. Ваш брат разорил эту страну, принц Лука.

«Вы не хотите, чтобы мы были так богаты, чтобы Эстала процветала. Вы хотите, чтобы мы были богатыми, чтобы вы процветали», — Лука обиженно подумал так, хотя и не сказал эти слова.

— Возможно, когда Стефан будет побежден, Сады Аниоса могут быть закрыты, — предположил Тиниан. Он с улыбкой развел руками. — Это процесс, к которому нельзя относиться легкомысленно, но мы можем найти способ. Я уверен в этом.

Лука уставился на свои колени. У него кружилась голова. Он больше не был уверен, что поступит правильно.

— Сады Аниоса могут производить многие лекарства, необходимые для борьбы с чумой, — предположил Тиниан. Он сел без приглашения и наклонился, чтобы поймать взгляд Луки. — С распределительными центрами по всей Эстале мы сможем быстрее добраться до жертв чумы и вылечить больше людей.

Лука отчаянно хотел оказаться где-нибудь еще. Он не хотел выбирать. Что бы сделал его отец? Конечно, он знал, что сделал бы его отец. Его отец создал Сады Аниоса, потому что не видел смысла в жизнях менти. Потому что он рассматривал менти как мерзость и угрозу.

Лука сглотнул. У него не было возможности заставить отца смотреть на мир по-другому.

Тиниан ждал. Казалось, он знал, что настаивать на решении Луки будет опасно.

Наконец, Лука тихо сказал:

— Мы прикажем Садам Аниоса производить лекарства от чумы.

Тиниан выдохнул.

— Мудрый выбор, Ваше величество.

Лука заметил титул. Он пронзил взглядом Тиниана, но не стал поправлять его.

— Мы также отправим отобранных военнослужащих, чтобы убедиться, что не происходит жестокого обращения с заключенными.

Выражение промелькнуло на лице Тиниан и исчезло прежде, чем Лука смог определить, что это было.

— Конечно, — сказал он. — Командующий Ингран, возможно, мог бы предложить несколько имен из наших сил здесь, в Реялоне.

— Вам не нужно…

— Это одолжение, — сказал Тиниан. — Я поговорю с ним сейчас же. Ваше величество, спасибо, что передумали. Из вас выйдет мудрый король.

Он ушел, а Лука смотрел ему вслед, кусая губу. Он сильно сомневался, что Золотой Совет когда-либо делал что-либо «в качестве одолжения», и ему это решение совсем не нравилось. Но он не знал другого варианта. Серена сказала, что чуму нужно лечить быстро, и у них не было денег, чтобы купить еще лекарства в Зантосе.

Он должен найти брата Аксила, но Лука боялся сказать своему гувернеру, что он согласился на просьбу лорда Тиниана. Поэтому вместо этого он сидел в кресле отца в зале совета и отчаянно пытался почувствовать себя там на месте.

4

Рева

Крылья Ревы сильно хлопали в темноте, она летела вокруг крепости Несры. Она не могла ясно видеть сады и здания внизу, так как дождь барабанил по камню, делая даже свет фонарей и ламп сторожей едва теплым мерцанием в буре.

Однако ей не обязательно было это видеть, чтобы помнить. Ее крылья взмахнули раз, другой, а затем она расправила их и обогнула Всевидящую башню. Король Давэд регулярно приходил сюда в сопровождении стражи. Никто не знал почему, и хотя она знала, что Серена и Матиас посмели бы последовать за ним, насколько она знала, ни один из них этого не сделал.

Внизу, в большом зале, где с черепицы стекал дождь, находился тронный зал. Сразу за ним были сады, по которым они с Лукой обычно бегали.

Рева сделала круг шире. Там были комнаты Луки. Однажды он сказал ей, что ему нравится вид из них, но когда она пошла навестить его, он был слишком слаб, чтобы даже встать с постели. Врачи сказали, что он был таким, когда болел, и она поняла, что он лгал, чтобы она не беспокоилась о нем.

Тогда она поняла, что когда-нибудь по-настоящему полюбит его. Лука всегда был добрым. Он всегда стремился угодить, не быть обузой или помехой. Несомненно, он был бы хорошим королем. Безусловно, его стоило увидеть. Теперь она могла бы приземлиться здесь и отправиться в покои короля. Она знала, где они.

Или он спал в своих старых комнатах? Это было бы похоже на него, подумала она.

Крылья несли ее ниже, но она все еще колебалась. Что она на самом деле знала о Луке? В таверне она слышала рассказы о том, что теперь он силен, что сражался плечом к плечу с зантийскими солдатами, когда они ломали ворота и высаживались на берег. Очевидно, его слабость прошла. Если сплетни Стефана были правдой, Лука был менти и он убил Матиаса. Рева отмахнулась от истории с убийством, но факт оставался фактом: прошло несколько лет с тех пор, как она в последний раз видела своего друга детства.

Она не могла быть уверена, что это безопасно. Если она приземлится здесь сегодня ночью, ей придется рассказать ему, как она оказалась в Крепости Несры, и тогда он узнает ее секреты, и что он будет с ними делать? Что, если он, как и Давэд, посвятил себя уничтожению менти?