Влюбиться в зверька (СИ) - "Bloody Moon" - Страница 20

— Заканчиваю допрос. Господин ранен, а это по важнее нашего неверия! — Врач подошел ко мне вплотную, и начал осматривать, затем удивленно посмотрел на меня, а затем на Нису. — Это удивительно. Как ваш помощник это делает? Быстрее пройдемте в палатку, господин.

Ниса

Все случилась мгновенно, я не заметила, как Оскара ранило то чудище, но даже с закрытыми глазами почуяла металлический запах, который пропитывал воздух вокруг меня. До этого момента слышался лишь звук разрезающий воздух, это был хлыст, совсем рядом со мной. Запах, что я чуяла ранее, был не так силен, а это значило, что ранения нанесенные хлыстом были предупреждением. Открыв глаза, и увидев страшную картину, как Оскара пронзила рогом то чудовище, я не смогла контролировать свой холод. Все вокруг начало покрываться коркой, а вокруг него начал образовываться купол защиты, который раньше я с трудом могла довести хотя бы до половины. Тонкий лед окутал его, скрыв от противника. Сейчас же он покрыл пространство полностью, словно щит.

Слыша чей-то крик, и не сразу осознав, что это я, увидев, как летят огненные шары, практически у самой земли они превратились в ледяные глыбы, разбиваясь на кучу острых осколков и врезаясь в тела сражающихся с солдатами людей. Эти люди были одеты необычно, их головы были скрыты за масками, а кто их не имел, был расписан красками, волосы же были заплетены в причудливые косы и хвосты, из которых торчали перья и бусины. У них не было, какой либо крепкой защиты, только их сила духа и упорство, что, по-видимому, вгоняло в ужас солдат, которые были во всем, что могло их защитить.

Очнулась я только тогда, когда передо мной было острее длинного оружия, попытавшись создать водяную сферу что бы поглотить, того, кто хотел мне навредить, я осознала, что исчерпала слишком много энергии, и вряд ли смогу что — то сделать. Остаётся смириться и умереть с гордостью, но на свободе. И на том спасибо, что дали мне добраться до горного хребта. Но, похоже, я рано простилась с жизнью. В тот момент, как я хотела закрыть глаза, между мной и оружием пролетел хлыст и выбил его из рук того человека, что собирался убить меня. Все происходило так быстро, я видела только окровавленную спину Оскара, который не подпускал ко мне убийцу, а затем я услышала свист, и воины, что нещадно сражались, разом отступили. Только тогда, спина, которая была моим щитом, расслабилась, а руки ослабли, Оскар был слаб, но держался изо всех сил. И все это из-за меня!

Уже в палатке, когда врач обрабатывал рану, я увидела насколько она серьезная. Оскар дышал и издавал легкий хрип, когда тепло исходящее от рук лечащего его человека стремительно затягивало его столь серьезное ранение. Ранее я и представить себе не могла, что подобные люди, как этот человек, склонившийся над Оскаром, существуют.

— Еще немного, господин. Но вам надо более ответственно подходить к своему здоровью. Хоть я и залечу поверхностную рану, внутренние разрывы связок, будут беспокоить вас чуть дольше. Но, это терпимо для Стайлес. Вам повезло, что не задело органы. А мне надо беречь энергию, что бы залечивать раны всех солдат. Думаю, вы поймете меня. Вы же не такой эгоист как…

— Вульфи? Он так поступал? Неудивительно. — Прохрипел Оскар.

— Будьте аккуратнее. Думаю, ваш помощник может уменьшить недомогание. — Человек средних лет с легкой сединой на висках покосился в мою сторону.

— И чем же?

— По крайней мере, охладить вашу боль. — С этими словами он нас покинул.

— Черт. — Оскар сел и повернулся ко мне спиной. Рана была затянута, каким то неизвестным способом, осталась лишь красная полоска и ореол вокруг нее. Он начал было натягивать рубашку, но скривился от боли и зарычал. — Твою же мать, Оливия! — Я отпрянула подальше. Заметив это, Оскар улыбнулся мне и сказал:

— Не обращай внимание, на то, что я могу говорить в таком состояние. Лучше отдохни немного, ты сильно устала, как я заметил.

— Но…

— А кто буквально на моих глазах засыпает? Все тут вымотались до чертей собачьих. Иди.

— Но как же ты?

— Мне надо работать.

— Ты же ранен! — Я была полна возмущения.

— Все в лагере, так или иначе, пострадали, но несут службу. Это не значит, что я, какой — то особенный. Я такой же солдат, как и все. — Сейчас он противоречил сам себе, сказав, что все тут устали, а сам тут же пытается заняться «делами». Даже я, «дикий человек» это понимаю… — И у меня есть безотлагательные дела. — Но, он был очень серьёзен, так что я не стала возражать, а лишь сказала:

— Хорошо, я отдохну. Но это не значит, что я не помогу тебе. — С этими словами, я покрыла его горящую от боли кожу тонкой корочкой льда. Это все, что я могу сейчас сделать для него, но вскоре я пополню энергию. Высплюсь и буду еще сильнее. Меня манила дремота, глаза слипались, уютно устроившись, на кушетки, где сидел Оскар, я провалилась в глубокий сон.

— Так намного лучше. — Услышала я сквозь пелену.

Оскар

Накрыв Нису плащом, сам я сел за походный стол, где кроме карт находилась горсть пергамента и чернильница с перьями. Взяв пару бумаг, и написал письмо домой.

«Ситуация обострилась. Первый пункт горной заставы разгромлен. Противник заключил союз с Аями и использует грифонов, скидывая на войска огненные сферы. При набеге на второй пункт я был ранен. Противник, возглавляемый женщиной. Вы ее знаете. Оливия, служанка Алексис. Она жива. Но она не пыталась убить меня, что дает мне смелость предположить, ее преданность сестре и благодарность за ее спасение сильна. Это перевешивает здравый смысл воина, как предводителя. Поскольку информация о безжалостном женщине — генерале предстает не в том свете, что хотелось бы видеть. Запрашиваю подмогу в лице самых опытных солдат. Не тех, кто служил под началом Вульфи».

Выйдя из палатки, я направился к одному из солдат, который натирал мечи, завидев меня, он вытянулся и расправил плечи.

— Где находиться почтовые соколы? — спросил я.

— В малой палатки. Вы хотите передать срочное сообщение? Если так, то я подберу лучшего.

— Отлично. Держи. Письмо герцогу должно быть доставлено в кротчайшие сроки. — Протянув парнишке небольшой свиток, я направился обратно к палатке. Спать хотелось так, что я готов был свалиться прямо на пол и заснуть, как мертвец.

10. Попавшие в ловушку пещеры.

Оскар

Сквозь сон, я чувствовал, как вдыхаю морозный воздух, влагу на языке и сладкие укусы с привкусом крови. Чья-то холодная ладонь дотронулись до моей щеки, и, открыв глаза, я увидел размытый силуэт в темноте, почувствовал хрупкое тело под собой. Нет… Это всего лишь сон, я слишком вымотался, что бы просыпаться, но он слишком приятен. Просто продолжу спать.

— Оскар… Ты проснулся? — Ещё и во сне слышать ее голос. Так манит меня… Я еще сильнее впился в мягкие, чувственные губы фантома. Так реалистично, словно по — настоящему. — Оска…Ммм… — Моя рука скользнула по щеке и, взяв за подбородок мою иллюзия, я прикусил ее губы. Подмяв ее под себя, почувствовал изгибы ее тела. — Оскар! Что ты делаешь? — Что я делаю? Я сплю. — Оскар, мне тяжело. Ты тяжелый! Мне трудно дышать… — Холод усилился, и до меня начало доходить, что, что-то не так. Во сне не бывает настолько холодно. Открыв глаза, я обнаружил, что лежу поверх Нисы, крепко прижимая ее к земле.

— Что? Что ты делаешь? — Я отпрянул и быстро сполз с нее, чувствуя насколько сильно горю изнутри.

— Ты спал на холодной земле, и я хотела тебя укрыть.… Но ты был… Странным.… Сначала обнял меня и говорил, что-то нечленораздельное, а потом перевернул и, прижав к земле… — Она замолчала.

— Вот же… Идиот. — Уже тихо себе под нос прошептал я. — Я больше ничего не делал?

— Нет. Раньше ты говорил, что люди, которые нравиться друг другу целуются. Я тебе нравлюсь? — Твою ж, язык враг мой. Именно это она будет вспоминать, и повторять раз за разом?.… Да как я вообще могу любить ребенка в теле женщины? Сам себя понять не могу.… Хотя.… Судя по моим предыдущим действиям, все, что я делал ранее, подтверждает обратное. — Оскар. — Ниса села напротив и погладила меня по щеке. — А это было приятно.… Когда ты целовал меня… — Она буквально дышала на меня своей прохладой. — Ты очень теплый. — С этими словами она прикоснулась своими губами ко мне и неуклюже поцеловала, как ребенок.