Невеста с янтарными глазами (СИ) - Миляева Кристина - Страница 20

— В зависимости от твоего поведения, подумаю над этим, — он наконец-то встал с меня и пошел на выход.

— Кстати, а зачем твоя идиотка притащила с собой стилет? — у самой двери окликнула я его, вспомнив одну немаловажную деталь.

— Какой стилет? — удивленно посмотрел он на меня.

— Вон валяется, — ткнула я пальцем в сторону ковра.

— Конченная идиотка, — протяжно застонал он, — готовься, я разберусь!

— Ага, — растерянно протянула я захлопнувшейся двери.

Глава 7

После того, как я официально стала игрушкой Никалента, прошло практически полмесяца. За это время сплетни и слухи о скоропостижной свадьбе верного вассала короля и человеческой девицы перестали будоражить умы драконов и от меня отстали. По крайней мере, я уже могла спокойно передвигаться по замку, не прикрываясь маскировочными чарами, которые позволяли мне сливаться с обстановкой в комнатах. Вот только радовалась я недолго. Проблемы полезли из всех углов, словно муравьи после зимней спячки. Я даже сама себе удивлялась.

Каким образом держались мои бедные и несчастные нервные клетки, не представляю. Но супруг и вправду сдержал свое обещание, ко мне не приближался. Только с наследником познакомить так и не удосужился. Пацана за все две недели я так ни разу и не узрела. Даже на торжественной церемонии рядом с нами стояла та самая истеричная драконица, правда, ее не остановило это от мелких козней и вредительства мне. Теперь же подпольная война и вовсе вышла на совершенно новый уровень. Продвинутый, так сказать!

Коли меня хозяин этого лабиринта напрочь игнорировал, то и слуги, видимо, подзабыли, что я иллюзионистка — чистильщица, не вполне дружащая с головой, и устроили мне бойкот. На кол всех посадить надо! И четвертовать! А еще можно повесить! Особенно тех, кто возводил эти чертовы лабиринты! А в особенности того, у кого была столь больная фантазия и он додумался до пыточного замка! Не могли поменьше коридоров сделать? Я уже полмесяца не могла к ним привыкнуть.

Свернув за очередной угол, внимательно осмотрелась по сторонам и пронзительно застонала. Я минимум три раза прошла мимо чертовой статуи фавна с виноградом, а значит, я уже битый час хожу кругами вокруг одного и того же места. Или нет? Может, у того был не виноград, а сливы, а в рогах роза, а не маргаритка? Надо было все-таки уточнить у стражников, куда именно они указывали глазами, при этом строя из себя предметы интерьера. Но нет же, чертова гордость не позволила опускаться до такого унижения. Теперь же я уже сама не понимала, что и куда, зачем и почему!

Застонав, я захотела побиться головой о стену. Замок навевал на меня тоску и уныние, и это при том, что тут еще и дико холодно было. Аж зубы сводило каждый раз, когда я на окна смотрела, покрытые морозным слоем инея. Желудок протестующе заурчал, требуя еды, которую нам с ним третий день подряд никто не собирался приносить. Настроение упало еще сильнее, ситуация была не из приятных. Точнее, просто отвратительной. Большей засады в своей жизни я еще не встречала. Но сидеть и покорно ждать, когда мне вернут моих драконов, было некогда, я с голоду сдохну быстрее!

А все же так хорошо началось. Мужу я была до одного места, у него белобрысая фифа, дочка какого-то министра, имелась под боком. Чудом не лишившиеся головы конвоиры с благодарностью смотрели на меня и даже оттаяли, вновь начиная вести себя со мной нормальным образом. И нет же, надо было какой-то швабре из прислуги ляпнуть кому-то там, что жена господина недостойно себя ведет, читая книги и не занимаясь обязательной стиркой одежды, которую я просто вышвыривала в камин. С того-то все и началось…

Прибежавший на вопли муженек запер провинившихся стражников на неделю в подвалы, а я уже третий день сидела голодная. Вопиющей несправедливости мое обостренное чувство собственного достоинства не пережило, и я решилась на бунт. Теперь же пожинала плоды собственной идиотской затеи, которая грозила перетечь в настоящую катастрофу локального масштаба. И что с этим делать, я тоже не знала. Ибо звать на помощь не позволяло все то же самое, что и завело мою пятую точку в эту передрягу.

Теперь же я стояла аки дура и ошарашенно смотрела в стену, пытаясь понять, куда меня кривая дорожка занесла. Единственное, что я смогла разобрать, неясные звуки из-за ближайшей двери. Если судить по ним, то с той стороны кто-то вполне неплохо проводит время. Прислушавшись повнимательнее, я выловила знакомые истеричные нотки и рыки. А, ну все становилось понятным, муженек со своей шваброй. Кстати, спальня явно не его, вряд ли она расположена в такой глухомани. Скрывается, хоть на том спасибо, не позорит мою честь.

Я покосилась сперва в одну сторону, потом в другую и пришла к неутешительному выводу, что идти еще куда-то мне уже просто не хочется. Подсказывала мне моя многострадальная попенция, что я заблужусь еще сильнее. Может, стоило бы постучать, отвлечь их от физических занятий и попросить проводить меня до спальни. Всерьез размышляя над подобным вариантом, я поняла, что, скорее всего, это будет последним гвоздем в крышке моего гроба. Ибо подобную выходку мне не простят и на кол посадят, четвертуют, а потом до кучи повесят. Ну, по крайней мере, я бы сделала именно так. Дожила! Не сидеть же теперь, в самом деле, под дверью, в ожидании, когда они накувыркаются.

— Это ты, моя очередная мама, которую отец вскоре убьет? — голос раздался совсем рядом со мной.

Сердце от испуга едва удар не пропустило, так ярко передо мной встали картины жутких монстров и покойная бабка явилась за душой. Заорать я не смогла лишь чудом, ибо горло свело спазмом. Зато подпрыгнув едва ли не до потолка, резко обернулась. Вытаращив глаза, я рассматривала мальчика лет десяти. Ребенок стоял посреди коридора в одной пижаме и с какой-то потрепанной игрушкой в руках. Чего ж они все со спины подкрадываются? Я уже не могу с этой семейки, чтобы их всех!

Отдышавшись, я попыталась соскрести остатки мыслей в кучку и решить одну сложную эмлементалитетную задачу повышенной сложности. От подобного занятия мозги тут же прочистило, и я опустила глаза на дитятко. Кроме как наследником проклятого дракона он никем не мог быть, других в крепости не водилось. Стоило отдать должное, ребенок у этого козла был просто нереальной красоты. Что я там говорила про его швабру, забудьте и не вспоминайте. Живая красота, спустившаяся с небес на землю, стояла передо мной в этот миг.

Огромные прозрачно-голубые глаза и растрепанные пепельно-снежные волосы придавали ему хрупкости и очарования. Они смешными колечками, едва достающими до плеч, разлетались вокруг крошечной головы и делали его настоящим воплощением ангела. Кожа была очень светлой. Думала, что я страшилище со своей незагорелой мордой, но тут юное очаровательное создание сверкало еще белее меня. Узоры пробуждающейся магии были еще слишком бледными, едва заметными, и по ним нельзя было определить, к какой касте будет принадлежать наследник Никалента.

Драконенок с таким любопытством осматривал меня, что я даже не нашлась с ответом на его странный вопрос. Здравый смысл подсказывал, что грубить ни в чем не повинному ребенку — не самый лучший выбор. К тому же было непонятно, чего он тут забыл, да еще и в такое позднее время, когда его гулящий папаша за дверью развлекается. Заблудился? Или просто испугался и побрел куда глаза глядят? Еще и в одной пижаме, которая точно не подходила для прогулок по столь мрачному местечку в жуткую холодрыгу.

— Мама? — я присела перед ребенком на корточки и протянула ему руку. — С чего ты взял? Твоя мама тебя родила и подарила шанс на жизнь. А я не могу ей быть, ведь ты уже такой взрослый, а я только тут появилась.

— Ты стала новой женой папы, а значит, моей новой мамой, — доверительно сообщил он мне, сильнее сжимая в руках потрепанную зверушку. — Ты первая, кто меня не ругает. А первая мама, та, которая родила, она меня утопить пыталась, сразу, как я появился. Слуги об этом шепчутся, думают, я не понимаю. А остальные мамы, они меня травили. Ненавидели… Ведь я забираю их жизни, чтобы продолжать существовать. Ты тоже будешь издеваться надо мной и пытаться придушить подушкой?