Цена вечности: Незримые путы (СИ) - Жемчужная Мегарисса - Страница 77

На ту деревню он вообще возлагал много надежд. Айден отказался брать с собой много запасов, сославшись на то, что сначала стоит проверить старый схрон. Ламберт тогда отбросил сомнения, не стал расспрашивать подробнее, хотя мысль о том, что они едут не в надежный замок и не на постоялый двор, слегка беспокоила. Однако деревня действительно располагалась совсем недалеко — при острой необходимости туда можно было бы добраться за день. И все же, в придорожной корчме он купил побольше выпивки, поскольку ее отсутствие переносилось им тяжелее всего.

— На черта нам кусты? Ты решил заделаться садовником? — не выдержал Ламберт, устав ждать. Айден действовал осторожно, стараясь выкапывать корни вместе с большим куском земли, за который они держались. — Будто собрался их обратно сажать. Может, легче выломать и дело с концом?

— Они могут пригодиться весной, — терпеливо объяснил Айден, не отрываясь от дел. — Отличная маскировка, если приживутся.

— Здесь все равно никто не ходит, — проворчал Ламберт. Он попытался рассмотреть, что скрывалось за ветвями.

— Зачем дожидаться, когда кто-то придет? — Айден вытащил последний, самый раскидистый куст. — Чтобы приехать на зиму и обнаружить, что все запасы уничтожены случайным охотником?

— И много здесь запасов? — насмешливо спросил Ламберт.

— Посмотрим, — уклончиво отозвался Айден, отряхивая руки.

Перед ними открылась самая настоящая землянка. Внутрь вел узкий лаз, похожий на нору. Ламберту не приходилось жить под землей, но к идее он отнесся с интересом. Если здесь зимовали ранее, значит, все было не так плохо, как могло казаться.

Айден полез вниз первым, а когда выбрался, сделал знак подождать еще. Он отыскал на вершине холма, служившей крышей, какую-то кочку и открыл небольшое отверстие — дымоход, насколько мог понять Ламберт. Это воодушевляло. Значит, внизу был очаг.

— Ну, смотри, — Айден кивнул на землянку. — Еще есть время отказаться.

— Черта с два я потащусь обратно, — фыркнул Ламберт и нырнул в нору.

Короткий ход шел наискось, направляя тело. Он едва не промахнулся мимо подобия ступенек, но удержался на ногах. С непривычки получилось неловко. Глазам потребовалось время, чтобы привыкнуть к почти полной темноте — отверстие в крыше пропускало слишком мало света, который почти без остатка рассевался в сумраке помещения.

Присмотревшись, Ламберт невольно почувствовал восхищение строителем схрона. Помещение было небольшим — с крохотную комнатку, какие встречались в очень дешевых трактирах, но тут стоял пенек, изображающий стол, по одну сторону которого возвышалась груда объемных шкур, а по другую виднелся аккуратно сложенный очаг. На стенах, укрытых бревнами, висели два котелка и мешки с какой-то утварью, в углу покоился внушительный топор и лук с колчаном. Здесь явно зимовали часто, хотя стылый запах земли указывал на давнее отсутствие хозяина дома. Помещение обладало только одним недостатком — полностью выпрямиться здесь было невозможно.

Существовало и еще одно смущающее обстоятельство — никаких запасов Ламберт не увидел. На поверхности его встретил вопросительный взгляд Айдена, в настроении которого легко улавливалась тревога.

— Что скажешь? — беспечный тон не мог обмануть.

— Я бы сказал, отлично, но как насчет еды? — Ламберт не любил недосказанности, и если им предстояло возвращаться в деревню за продуктами, хотел бы знать об этом заранее. Он был готов остаться с Айденом — Эмрас жил в землянке всю зиму, значит, ничего сложного в этом не было, но Ламберту хотелось хоть немного удобств.

— Подожди.

Из фигуры Айдена ушло напряжение. Он отошел к следующему холмику и с трудом отвалил в сторону небольшой валун. Создатель зимовки обладал хорошей фантазией.

Увидев открывшийся погреб, глубоко утопленный в землю, Ламберт недоверчиво покачал головой. На то, чтобы собрать все эти запасы ушло немало времени. Деревянные лари надежно скрывали крупы, сушеные овощи и даже муку, а яд, разложенный между ними, охранял пищу от грызунов.

— Эмрас кого-то ограбил? — поинтересовался Ламберт, восхищенно рассматривая настоящее богатство на дне ямы.

— Безарт оставил ему неплохую сумму, — отозвался Айден, довольный произведенным эффектом. — Должно быть, на его счетах и сейчас немало осталось.

— Так какого хрена он зимовал здесь, а не на постоялом дворе? — с подозрением спросил Ламберт. Сам бы он и не подумал лезть под землю с деньгами в кармане.

— Зная Эмраса, могу предположить, что причиной стала приверженность к жизни ведьмака, — пожал плечами Айден. — Безарт не раз предлагал ему оставить скитания, но Эмрас был слишком принципиальным. Не хотел быть нахлебником, а ничего другого делать не умел. Да и не стал бы. Он любил свое дело.

— Да ладно, — поморщился Ламберт. — Кто может любить подобное…

Айден снова неопределенно пожал плечами и уточнил:

— Теперь ты спокоен?

— Вполне, — кивнул Ламберт и с подозрением взглянул на холм, возвышавшийся поодаль, между большими валунами. — Там тоже что-то есть?

— Баня, — подтвердил его догадку Айден. — Эмрас заботился о чистоте, хотя вши и не донимают ведьмаков.

— Так вот откуда у тебя тяга к постоянному мытью, — ухмыльнулся Ламберт.

— Надеюсь привить эту черту и тебе, — усмехнулся Айден.

— Значит, у нас почти все есть? — подытожил, оглядываясь, Ламберт.

— Не совсем, — возразил Айден. — Мы не зря пришли сюда так рано. Нужно заготовить мясо и дрова. Хотя бы частично.

— Обойдемся охотой, — предложил Ламберт.

— Скорее всего, — согласился Айден. — Но мне бы не хотелось каждый день лазить по пояс в сугробах. Поэтому нужно завялить мясо до настоящего снега. На всякий случай. Можно подумать, в Каэр Морхене вы ели только свежее мясо.

— Чаще всего, — кивнул Ламберт. — Но нас было больше, и охота не казалась тяготой. Куда хуже было довольствоваться вяленым мясом Весемира.

— Чем можно испортить вяленое мясо? — удивился Айден. — У него был какой-то особый способ сушки?

— Нет, особое мясо. Мы старались не спрашивать, чье оно. — Ламберт взглянул на раскинувшийся неподалеку лес. — Надеюсь, тут водится дичь крупнее куницы?

— Как и в любом лесу. — Айден направился к брошенным мешкам и кивнул на землянку: — Располагайся.

***

Поздно вечером, лежа на теплых шкурах, раскинутых на деревянном полу землянки, сытый и вымытый до скрипа Ламберт наблюдал за Айденом, подкладывающим в очаг маленькие полешки. Они специально выбрали дуб, чтобы пламя как можно дольше лизало древесину, наполняя их новое обиталище теплом и мерцающими тенями. Сегодня они просто отдыхали после долгой дороги и ограничились только охотой и мытьем, хотя последнее, по мнению Ламберта, могло и подождать. Однако Айден так настойчиво уговаривал его, плотно прижимаясь всем телом и прихватывая губами ухо, что он сдался.

И не пожалел. Перемазанные грязью долгого пути и слишком замерзшие для купания в осенних реках, они долго не были вместе. Но сегодняшним вечером наверстали упущенные мгновения, наполняя давно пустующую землянку шорохом шкур, частым горячим дыханием и мучительными стонами удовольствия. Спина Айдена еще блестела от пота, а взгляд казался слегка затуманенным, когда он вернулся к Ламберту, позволяя увлечь себя в ленивый поцелуй, отдающий усталым послевкусием.

— Никогда не любил зиму, — задумчиво обронил Ламберт, приподнявшись на локте и рассматривая лицо Айдена, по которому пробегали алые сполохи огня, заставлявшие вспыхивать золотистый взгляд. — Холодно, скучно и одиноко.

— Постараюсь изменить твое отношение, — по губам Айдена пробежала улыбка, оставив едва заметный след. — Может, все дело в компании? Я любил зиму, когда рядом был Эмрас.

— Да? — Ламберт нахмурился, чувствуя неуместную ревность к умершему. — И как вы ее проводили?

— Не так, как надеюсь провести с тобой, — губы Айдена улыбались, но в глазах таилась грусть. — Эмрас был моим учителем. Другом, если хочешь.

— Весемир кое-что рассказывал мне про обычаи ваших учителей, — проворчал Ламберт, сам недовольный вырвавшейся фразой. Но болезненное любопытство тянуло за язык. — А кое-что я видел во снах. В твоих снах.