Бывшие (СИ) - Богушева Лера - Страница 49

— Что читаешь? — сзади ко мне подошёл мой любимый муж и начал читать статью, которая была выведена на моём планшете.

— Ничего, — я отложила свой планшет в сторону, потому что знала, что если этого не сделаю, то мой любимый может превратиться в жуткого тирана. У нас давно в доме действует негласное правило, что работа должна оставаться на работе, а дома на первом месте только семья, но сейчас, пока рядом никого нет, я позволила себе эту малость.

— Серьёзно? — он развернул меня к себе и нежно поцеловал, а я всё ещё млела от каждого его поцелуя, как от того первого, что мы разделили после нашего воссоединения.

— Это всего лишь маленькая научная статья, — сказала я, когда мы всё же смогли оторваться друг от друга и сесть за обеденный стол. Мы очень долго шли к этому моменту и путь наш был очень непрост, поэтому каждое утро и вечер мы собирались всей семьёй за одним столом, а всё воскресенье мы проводим все вместе. Это стало для нас очень важной традицией и, несмотря на нашу занятость, мы делаем всё, чтобы её не нарушать.

— Маленькая научная статья, которая может дать тебе море переживаний, а тебе сейчас нельзя переживать и волноваться, — он положил руку мой, уже заметно округлившийся, живот, наш сын сразу толкнулся ему в руку, как бы соглашаясь с каждым словом своего папы, а я просто закатила глаза. Невозможный мужчина, но это мне в нём как раз и нравится.

— Саша, не начинай. Мы с тобой уже об этом много раз говорили я беременна, а не больна и моя беременность протекает очень хорошо, поэтому тебе не нужно переживать из-за каждого моего движения, — мой муж вёл себя, как курица-наседка и это меня немного раздражало, вернее я делала вид, что меня это раздражает, потому что, на самом деле, я наслаждалась каждым днём, проведённым с ним вместе. Хотя в начале, мне было очень тяжело понять и принять, что теперь я не одна и рядом со мной есть человек, который всегда поможет и искренне обо мне заботиться, но теперь я безумно рада, каждому его проявлению заботу, я рада, что больше не одна и одиночество теперь никогда меня не коснётся.

— Ты же знаешь, что …, - я не знала и не узнала, потому что в этот момент в столовой появилась наша маленькая дочь и всё внимание Саши переключилось на неё.

— Ненавижу болеть, — она потёрла свои глазки и направилась прямо к своему отцу, так и держа в руке лису, которую подарил ей Саша при их первой встрече.

В тот день, когда Саша мне позвонил и я назначила ему свидание, начались наши отношения, мы оба решили использовать наш второй шанс, но оба слишком погрязли в своём одиночестве, поэтому нам было очень сложно впустить кого-то в свои жизни. Был момент, когда я боялась, что мы так и не сможем наладить отношения. Прошло уже полгода с момента нашего воссоединения, а мы так и не решались на действительно серьёзный шаг в отношениях. Мы много времени проводили в его загородном доме, но не меньше времени мы проводили порознь, потому что каждый отстаивал свои границы и не хотел его делить с другим, но в один день всё изменилось. Всё изменилось тогда, когда я отправилась с другими волонтёрами в один из детских домов и встретила там Лису и Ваську. Оказалось, что после того скандала с Васькой, их перевели в другой детский дом, а семья, которая хотела забрать Лису, отказалась от неё, теперь их можно было усыновить только вместе, а желающих взять под опеку взрослого ребёнка, не было. Для себя я приняла решение, как только увидела их, я восприняла это, как знак судьбы, но я знала, что не имею права принимать такие решения сама, поэтому вечером того же дня, поделилась своими желаниями с Сашей. Нельзя сказать, что он благоприятно принял мою идею, но сказал, что прежде чем принимать такое важное решение он хотел бы познакомится с детьми. На следующий день мы поехали вместе в тот детский дом, взяв с собой кучу подарков для всех детей, но приготовив кое-что особенное для Васьки с Лисой.

Лиса сразу покорила Сашу, но нам так и не удавалась найти подход к Ваське. Он был очень угрюм и неразговорчив, уверена, в тот момент он боялся, что мы не захотим их брать, но мы всё же решились, хотя Саша был не уверен, что нам удастся найти подход к Васе, но ради Лисы, он готов был попробовать и мы занялись усыновлением этих детей.

Нельзя сказать, что как только дети переехали к нам, то жизнь стала наполнена радугой и розовыми пони, потому что детям было тяжело привыкнуть к нам, а нам нужно было ещё и наладить общий быт. Супружеская жизнь, которая наступила так внезапно, требует время, чтобы притереться друг другу, а у нас этого времени просто не было, потому что сразу после брака у нас появились дети, о которых мы должны были думать в самую первую очередь и если с Лисой не было никаких проблем, то Васька не давал нам выдохнуть не на секунду, и ситуация только ухудшилась, когда его сестра стала называть нас мамой и папой. Из обычной государственной школы, в которую мы отдали мальчика по рекомендации опекунского совета, его выгнали за постоянные прогулы и драки, он сбегал из дома, а перестала спать по ночам, потому что боялась, что если засну, то пропущу тот момент, когда он сбежит из дома и вновь начнётся кошмар, состоящий из беспокойства и поисков. У меня просто опускались руки, я боялась, что мы взвалили на себя неподъёмную ношу и тогда Саша взял решения ситуации в свои руки. Однажды, он увёл Ваську на мужской разговор в свой кабинет, я не знаю о чём они там говорили, но мальчик вышел оттуда совсем другим человеком. Он перестал огрызаться на нас и сбегать, в новой школе, престижном лицее, выбранном Сашей, у него не было проблем, а нам его только хвалили и с нами он стал вести себя совершенно иначе. И только тогда, мы смогли, наконец, вдохнуть и стать по-настоящему счастливыми, но каждый из нас знал, что счастье очень хрупкая вещь, поэтому мы очень тщательно его оберегали.

— Только недавно ты говорила мне, что не хочешь идти в садик, а хочешь остаться дома, — я ласково улыбнулась этой маленькой юле, а она нахмурилась и направилась к единственному человеку, который может её спасти, её папе. Кому-то это может показаться странным, но между этими двумя действительно очень крепкая связь, отца и дочери, которую уже никто и никогда не сможет разорвать. Некоторые говорят, что чужих детей не любят, может они и правы, но всё меняется в тот момент, когда ребёнок перестаёт быть чужим и ты начинаешь считать себя его родителем.

— Это всё из-за глупого Юрки, — сказала эта егоза, удобно устраиваясь на коленях отца. Я видела, как недобро сверкнули глаза мужа и догадывалась, что сегодня у Стаса появится очередное странное задание. Да, всё-таки этот мужчина настоящий тиран.

— И что же не так с этим Юркой?

— Наверное, мне придётся выйти за него замуж, иначе Лизка его у меня уведёт, пока я тут болею, а я ну никак не могу остаться без пары на утреннике, — меня её слова рассмешили, но я очень старалась сохранить серьёзное лицо, иначе малышка может обидеться.

— А зачем тебе какой-то Юрка, если у тебя есть я? — да, будущему парню нашей дочери придётся очень непросто, потому что наш грозный папа тщательно охраняет её уже сейчас.

— Пап, ты что глупый? Ты не можешь быть со мной в паре, потому что вы с мамой и Васькой должны смотреть на меня из зала, иначе как ты сможешь увидеть платье, которое мы с мамой и бабушкой выбрали? — эта маленькая леди, даже глаза закатила, тем самым демонстрирую, как тяжело её приходится с такими «глупыми» взрослыми.

— Ты права, я буду сидеть в первом ряду и смотреть только на тебя, потому что моя принцесса будет самой красивой, — он нагнулся и поцеловал дочь, а наша малышка радостно улыбнулась.

— Не принцессой, а королевой.

— Нет малышка, ты никак не можешь быть королевой.

— Почему? — теперь улыбка сползла с лица малышки, и она нахмурилась.

— Потому что королева у нас мама, — муж послал мне улыбку, а я засияла, как новогодняя ёлка.

— Да, ты прав, — спустя минуты раздумий выдала крошка. — Тогда я стану самой красивой в мире принцессой.