Айрин, графиня из Бездны. Книга 2 (СИ) - "Izzi Genius" - Страница 115

На следующий день девушки уплыли на лодке в открытый океан, так далеко, что прибережная линия едва угадывалась на горизонте, и весь день плавали в прозрачной бездне, где под ними скользили тени гигантских обитателей океана.

В третий день они пошли на общий для всех участок пляжа. Песчаный берег был усыпан телами отдыхающих, а прибрежная полоса темнела от голов. Вдоль берега стояли плетеные лежанки, на которых предполагалось лежать и отдыхать. Впрочем, долго сидеть не получалось — к девушкам тут же подходили молодые люди и на всех языках Мистгранда пытались завязать знакомство.

Айрин, отойдя в сторону, стояла, распрямившись во весь рост, раскинув руки и впитывая всей кожей морской соленый ветер и солнечное тепло. Пальцами ног она подгребала песок, зарываясь в него все глубже.

— Попробуй как-нибудь обнаженной — раздался сзади голос Мириам.

— Попробую, — кивнула Аури.

— А как насчет вас, миледи? — Валери неслышно подошла сзади и положила руки на плечи Мириам — Часто вы купаетесь обнаженной?

— Бывает.

— Отлично! У меня одной не хватает смелости, а так вы составите мне компанию — улыбнулась Валери, и Мириам покраснела.

— Как-нибудь… да, когда-нибудь… — пробормотала она, отводя взгляд и не замечая лукавую ухмылку Валентины.

Вечером над пляжем разнеслась негромкая веселая музыка, и вокруг разожгли десятки фонариков из разноцветного стекла. Всё тут же приобрело нереальный, фантастический вид. Сидя за столиком с напитками, Валери с восторгом смотрела на преобразившийся пляж. А потом почувствовала, как чьи-то пальцы сжали её ладонь.

— Спасибо — прошептала Аури — Как же здорово, что у меня есть ты.

Валери молча кивнула, стараясь сдержать нахлынувшие чувства.

Четвертый день отметился полётом флаймера. Три девушки лежали на пляже — Мириам и Валери — на специальных плетеных креслах, а Айрин — прямо на раскаленном песке, впитывая его жар. Время текло лениво, неподвижно, пока миледи вдруг не вскочила с кресла.

— Смотрите, смотрите, сейчас полетит! — возбужденно закричала Мириам, указывая на океан.

Длинная и широкая темно-синияя спина показалось на поверхности воды. Она вырастала и поднималась, и уже невиданный зверь размером с корабль плыл по океану. Мгновение — и флаймер начал приподниматься над поверхностью, медленно, но неостановимо. Спустя несколько секунд показался светло-серый подбрюшный пузырь, надувающийся и выталкивающий зверя из воды. Внезапно флаймер растопырил свои плавники, так, что они стали напоминать паруса, и взмахнул ими. И — Аури глазам не поверила — огромная туша взлетела над волнами и медленно, словно давая рассмотреть себя во всех подробностях, устремилась в небо. Теперь, когда пузырь наполнился воздухом, он казался белоснежно-розовым, словно бы огромная жемчужина, на которой парил флаймер.

— Как же здорово! — вырвалось у Валери, заворожено наблюдающей за взлетом. С тела зверя сбегали струйки воды, сверкающие на солнце, и казалось, что он взлетает в окружении драгоценных камней. Аури ничего красивее в жизни не видела. Не отрываясь, девушки следили за полетом, пока зверь не превратился в далекое пятно на горизонте

— Нет, ну вы это видели? — восторженно воскликнула Валери и, смеясь и раскинув руки, закружилась в прибрежных волнах — Ааааа!

— Что с тобой?

— Я — в восторге!

Она подскочила к Мириам и обняла её.

— Если я потеряю Разум, то это по вашей вине!

— Ну ладно, распереживалась, — грубовато ответила миледи, пытаясь скрыть смущение. Но Валери было не остановить.

— Нет уж — воскликнула девочка — Уверена, они летают на магии! Кто-нибудь исследовал их кровь? Наверняка есть сведения… А, потом поищу! Вы бы, — она ткнула пальцем в Мириам — Я уверена, могли бы также летать, если бы не ленились.

— Ну вот, — вздохнула миледи — Кто о чём, а ты о магии.

— Да! Потому что она может всё! Вот теперь я точно не успокоюсь, пока не воплощу свои желания.

— Боюсь даже спрашивать, чего ты желаешь.

Айрин молча стояла в стороне, наблюдая за происходящим. Ей к таким приступам Валентины было не привыкать.

— Теперь — самого невероятного! Хочу, чтобы в небо вырастали зеркальные башни! Из земли и из воды. Хочу, чтобы наши моря бороздили корабли размером с город! Хочу, чтобы можно было мгновенно перемещаться в любую страну — и все бы могли побывать везде.

— А еще чего? Всеобщего счастья и справедливости? — с усмешкой добавила миледи.

— Да! — воскликнула Валери, глядя на девушек — Но это потом. А для начала — летать! Представь, если можно оттолкнуться и прямо сейчас — взмыть над островом, над бесконечным океаном, нестись над ним, выше, ниже, над проплывающими кораблями, и чтобы люди смотрели на тебя, смеялись, а ты все дальше и дальше, и соленый воздух меняется на наш, митендорский, а ты — раскинув руки — проносишься над портом.

— И неудачно приземляешься? — спросила миледи, воспользовавшись тем, что Валери закончился воздух.

— Пусть хоть вдребезги разобьюсь! А ты, Аури? Как тебе?

— Потрясающе, — отвечала Айрин, и снова легла на песок, прикрыв глаза.

Следующий день девушки провели на озере в отработанной шахте. Затерянное среди утёсов, оно было глубоким, спокойным и таким прозрачным, что виделось дно и стаи разноцветных рыб, снующих в воде. Стены окружающих утесов были словно из разноцветных полос, ярких и насыщенных, а блики от воды делали картину ещё чудеснее. Целый день девушки плавали в спокойных прозрачных водах, наслаждаясь прохладой. Прыгали с огромной высоты, а затем замирали в глубине, чувствуя, как невесомое тело будто бы замирает в воздухе.

Шестой день, заявила Мириам, они проведут дома.

— Отдыхаем. Сегодня ночью эйгонцы прощаются с летом. И нам понадобятся все наши силы.

— Хороший праздник? — радостно спросила Валери.

— Ты таких ещё не видела, — заверила миледи — Там собираются все — бесстрашные капитаны, хитрые торговцы, коварные владельцы бухт и заливов, суровые хозяева шахт. Смелые воины и великие герои. И дают волю чувствам.

— Они благородные?

— Когда как, — отвечала Мириам — Здесь, в Эйгоне, не слишком смотрят на кровь и титулы. Хотя, конечно, король и высшая знать — из благородных.

Девушки вышли из дома, когда солнце уже опустилось к горизонту. По улицам города двигался плотный поток. Всё — радостные, возбужденные, везде — смех и веселье. Глядя на фантастические разноцветные наряды, на оживленные лица вокруг, Айрин вдруг показалось, что вот это — и есть настоящая жизнь, а всё, что было прежде, ей лишь привиделось. Потеряв ощущение времени, девушки шли вместе с этим потоком, а вокруг взрывались разноцветные огни в небе, звучала музыка и песни. Наконец они свернули и вышли на пляж, который был забит народом. У самой воды стояли деревянные невысокие ограждения. За ними, стоя прямо на воде, толпились ещё люди. А над их головами, в открытом океане, чернели огромные фигуры.

— Там — самое веселье, — проговорила Мириам, шагая к океану — Вход туда есть лишь избранным. Но вы со мной, так что нас пустят.

Айрин и Валери переглянулись, улыбнувшись, а затем проследовали за миледи. Сразу у берега, под водой, на глубине едва ли в ладонь, начинался деревянный помост. Аури с опаской наступила на доски, отчетливо видимые под водой — но те оказались на удивление цепкими и не скользкими. Магия? Технологии?

Здесь музыка гремела особенно яростно, так, что по воде расходилась круги. Тёмные фигуры отплясывали вокруг каждой из огромных статуй причудливые танцы, и Мириам увлекла подруг вглубь, в самую гущу танцующих. Там уже зажигали факелы, и начиналось настоящее представление. Громадные фигуры над головами с сухим треском начали разгораться разноцветным пламенем, через минуту полыхая с оглушительным рёвом. Барабаны били громче и громче, заставляя всё тело содрогаться в такт ударам. Вода под ногами кружилась и перекатывалась под движением тысяч ног, а в воздухе словно бы повисли миллионы крошечных капель, отражая свет от костров. Пламя, разноцветное пламя было повсюду казалось, что пылает сам океан, и воздух над ним. Айрин полностью отдалась ритму, и свету, и всепоглощающему безумию. Она плясала в свете загоревшегося океана, и в её голове рождались причудливые мысли. Вспыхивали безумные образы. Не стало страха, забот, пропал весь мир, остался лишь океан огня, люди, безумствующие в нем и музыка, яростная и грохочущая.