Айрин, графиня из Бездны. Книга 2 (СИ) - "Izzi Genius" - Страница 100

— Прости, что?

— Если мир позволит мне это сделать — значит, мир готов. Значит, я делаю то, что нужно и правильно.

— Замечательная логика — с восхищением произнёс барон — Но так можно оправдать любое преступление.

— Возможно, — согласился Валери — Но всё же лучше идти, чем стоять, и лучше оправдывать поступки, чем бездействие.

— Я даже не знаю, бояться мне тебя, или восхищаться тобой. Надеюсь, это всё — лишь буйство молодости, а не твои искренние желания.

— Какая разница? — со вздохом пожала плечами Валери и посмотрела в темноту за окнами — Всё это так и останется моими мечтами.

А в это время у себя в каморке Красавчик Оуен торопливо писал очередное послание. Никаких сомнений он не испытывал. Оуену нравились его новые знакомые — и барон, и эта сумасбродная Валери, и простоватый Реймон, и мужественная Айрин. Но они были словно дети — все они, даже барон. «Против тех, кому я служу, у них нет ни единого шанса. Забери их Бездна! Они бы даже Герцогам проиграли».

В один из дней Красавчик попросил Реймона обучить его грамоте, и теперь в комнате Оуена всегда имелись перо, чернила и множество листов. На одном из них, исписанном каракулями, Оуен быстро накидывал своё донесение. Закончив, он несколько раз сложил листок, превратив его в небольшой квадрат, и запихал в перчатку. После чего вышел из особняка и зашагал по ночным улицам. В одном из домов, несмотря на позднее время, были распахнуты настежь окна нижних этажей. Проходя мимо, Оуен сделал движение пальцами, которое не рассмотрел бы и самый зоркий глаз при дневном свете. В окно влетела записка и исчезла в глубине, а сам Оуен продолжил свою прогулку.

В комнате человек в серых одеждах понял записку и проследовал в комнату старшего служителя. Тот, прочтя содержимое, присоединил её к бумагам, которые должны были лечь на стол Епископа.

Так закончился ещё один день в Прайбурге.

Глава 31. Шаг за шагом

В трактире на окраине Плесиля сидели трое стражников. В мрачном молчании Дим Соуден и Грегори Расул налегали на еду, а Прест — на вино. Выпив полбутылки и оглянувшись на малочисленных посетителей, страж вернулся к прерванному разговору.

— Да ей просто везёт! — прошипел он, наливая себе новый стакан — А вы и рады девчонку слушать. Знаете, что о нас по городу болтают? Вон, — страж указал большим пальцем себе за спину — У них спросите.

— И пусть болтают — отвечал Дим Соуден, отложив вилку.

— А чего это ты такой спокойный? Как её удача кончится, знаешь, что с ней будет? А с нами?

— Я знаю, что будет с нами, если мы пойдём против Роу. Ты же к этому ведёшь, верно?

— Я к тому веду, что не так она страшна, как вы себе выдумали.

— Может быть, — кивнул Соуден — Только вот моего везения хватает, чтобы пару медяков найти там, где потеряли кошелёк с золотом.

— И что с того? — не понял Прест.

— А то, — продолжил Соуден — Что Роу со своим везением получила награду от короля, сжила со Света шевалье и избавилась от следователя. Без последствий. Это лишь то, чему мы сами свидетелями были. У тебя как, хватит дюжа против такого везенья идти? Против девчонки, которой сама Бездна помогает.

— Бездна?

— Да уж не Свет! — вмешался Грег — За ней след тянется — любой дознаватель обзавидуется. Если б мне давали золотой за каждого убитого ею, я бы уже себе дом прикупил.

— Вы всё не то говорите, тупицы! — воскликнул Прест — Я вам о…

Расул наклонился и отвесил затрещину Престу

— Ты что, не понял, о чём тебе толкуют?

— Я тебе о том говорю, — зашептал Дим, перегнувшись над столом — Что удача здесь не при чём. За ней приглядывают, и приглядывают внимательно. А уж Бездна, барон или сам король — для нас без разницы.

— Всё едино, захотят — раздавят, — кивнул Расул и вернулся к еде.

Прест, потирая голову, переводил взгляд с одного стража на другого.

— Так, а что завтра нам делать? — наконец спросил он.

Дим и Грег ничего не ответили. За прошедшие две недели их отношение к Айрин сильно поменялось. Как и у всех стражей. Теперь все они проклинали миг, когда им прислали нового капитана. День ото дня служба становилась всё хуже и хуже, как для стражей, так и для самой Роу.

В тот дождливый вечер, едва переступив порог комнаты, Айрин почувствовала на себе встревоженные взгляды. Три её спутника, сбившись на полке, смотрели на девочку. Она машинально улыбнулась им, и тут же обругала себя.

— Чепуха, — громко сказала Аури и, подойдя к полке, сгребла всех троих в охапку. Она посмотрела на окно, представив, как выбрасывает их туда — и всё внутри взбунтовалось. Сердце сжалось от тоски и грусти.

— Все это выдумки! — громко сказала Роу, подбадривая себя, но легче не стало. Тогда она подошла к сундуку в углу и откинула крышку. Сжав зубы, Айрин нарочито грубым движением швырнула Бала, Сира Римуса и рыцаря Фуфа на дно сундука, после чего захлопнула крышку.

— Пора взрослеть!

В тот же вечер она напилась, а утром, едва поднявшись с постели, отправилась на службу.

Не было ни громких приветствий, ни улыбок, ни единого доброго слова. Теперь Роу смотрела на стражей по-иному.

«Никогда они не любили меня, и не уважали».

И в каждом взгляде, каждом движении и даже в едва слышимом шепоте за спиной Айрин находила подтверждение.

«Как это я раньше не замечала всю их подлость?»

С того дня жизнь наполнилась лишь обидой, тоской и злобой. Почти все прежние увлечения не радовали Роу. Она перестала ходить в кондитерский магазин, набирать к выходным шоколад, устраивать вкусные и обильные обеды. Лишь чтение сохраняло прежнюю прелесть.

Чувствуя, как с каждым днём жизнь теряет свои краски, Айрин лишь стиснула зубы.

«Надо потерпеть. Надо переждать. Всё наладиться».

Теперь она думала о своей службе, как о единственном достойном деле. Деле, которое поможет ей показать свою силу. Мысли о службе не отпускали и вечером.

«А что, если я не справлюсь?»

Айрин стала замечать, как беспричинно начинает колотиться сердце. Как внезапная тревога вытесняет всё чувства. Как её охватывает злость и ненависть там, где раньше она лишь усмехалась. Бессонница стала одолевать её. Ворочаясь на постели, Айрин думала, что ничего хорошего у неё в жизни больше не будет. И что сама она может умереть в любой момент.

К счастью, Роу уже знала, как облегчить свою жизнь. Теперь каждый вечер, идя домой, она заходила в винную лавку и брала бутыль спиртного. Путем проб и ошибок Айрин нашла нужный напиток — крепкую брагу, и всегда держала дома запас.

Правда, теперь она вставала с отвратительным настроением, тошнотой и плохим самочувствием. Но к болезненному состоянию Айрин было не привыкать.

«Спасибо Людоеду» — усмехалась Аури, находя в себе силы вставать на ноги.

На дежурстве, оставаясь в темницах, Айрин часами неподвижно сидела за столом, разглядывая клетки с узниками.

— Будто бы душу из тебя вытягивает, — в страхе шептались те, когда, освободившись, возвращались к своим товарищам — Ждет она, когда бы свою жертву принести.

И никто не спешил опять попадать за решётку.

Аури мало волновали эти разговоры. Как и её собственная репутация.

Райт попробовал поговорить с ней.

— Зачем ты так ведёшь себя, Айрин? — начал он, оставшись с ней наедине — Тебе же самой это противно.

— И что с того? — пожала плечами Роу — Служба и не должна быть приятной, верно? Но кто-то же должен её нести.

— Ты в своём служении заходишь слишком далеко!

— Иногда — отвечала Айрин — Нужно хорошенько покачаться в стороны, чтобы встать на своё место.

— А не боишься слишком уж раскачаться и упасть?

— Ох уж эти метафоры! Ты за кого боишься — меня, или их?

— Я боюсь, что ты потеряешь человечность.

— А на что она мне, страж? Служение Бездне — вот лучший выбор, отныне и во веки веков!

Больше всего Райта потряс тон, которым девочка произнесла эти слова — просто и буднично, ничуть не рисуясь.