Месяц выбора (СИ) - Синичкина Аурика - Страница 20

Глава 5

Раварта

Поход, а точнее, поездка на общий сбор всех оборотней для меня прошла вполне нормально. Я даже как-то не ожидала, что мне понравиться кататься на лисьей спине. А уж то, что Гуда была рядом вообще превращало это все в веселое приключение.

Оборотни бежали длиннющей вереницей, которой не было видно конца. Их было действительно много. Пару раз мы останавливались на привал, чтобы дать людям отдохнуть. В этой каше из людей и оборотней мне было немного неуютно, но лис поддерживал меня, все время прислоняясь своим пушистым боком. Хоть как-то помогало.

Мы шли около двадцати дней, останавливаясь только на сон. После первого перевала оборотни не давали людям продыху. Я видела, как тяжело некоторым дается этот переход. Уже на седьмой день Гуда перестала быт такой активной, а я сдалась где-то через еще четыре дня.

— Почему мы не можем останавливаться чаще? — спросила я как-то у Ренара.

— Чтобы люди привыкали к ритму жизни оборотней, к тому же, физическая нагрузка помогает организму легче перестроиться, — проговорил лис, не отрывая взгляда от картошки, которую чистил.

— Перестроиться?

— Ну да, — он отложил почищенную и взял новую картошину. — Помнишь, я рассказывал тебе, что помеченные люди подвергаются воздействию магии? Так вот, телу и духу человека нужно привыкнуть и настроиться на волну оборотня, а оборотню, в свою очередь — на волну человека. Физическая работа очень в этом помогает, — Ренард поднял на меня взгляд и слегка улыбнулся.

— А-а-а-а…., - протянула я.

Больше я ему вопросов не задавала, да и сил у меня не было. Что бы там не происходило, а выматывало это изрядно.

На исходе двадцатого дня мы, хвала Одину, добрались-таки до места общего сбора, называемого Большим Гнездом. Оно представляло собой поляну и прилегающую к ней скалу, испещрённую ходами и пещерами. Старейшины объявили, что всё начнется завтра, а сейчас нам всем не помешает искупаться и отдохнуть.

В скале оказался грот с огромным подземным озером, где я и Ренар с удовольствием выкупались. Засыпала я под боком у лиса, чувствуя такую надежность и тепло, что разморило мгновенно.

Утро на этот раз не встретило меня холодом и болью в мышцах, а, напротив, я впервые за почти три недели хорошо отдохнула. Блаженство…

Еще не до конца проснувшись, я уткнулась носом куда-то в шею моему лису, ближе придвигаясь к нему. От тела Ренарда исходило тепло, которого хватило бы на четверых. Я расслабленно и вяло думала о том, что стоит вставать. Лис заворочался, мило причмокнул губами, повернувшись на бок и крепко прижимая меня к себе. Тут у меня пропали даже намеки на желание выбираться из крепких объятий. Оказывается, это очень приятно, когда тебя обнимают сильные руки…Есть что-то родное в этом несносном клубке черной шерсти. Я аккуратно провела рукой по волосам Ренарда. Интересно, а они ему не мешают?

Додумать мысль мне не дало мягкое, раскатистое, приятное на слух пение горна. Не то, что наши, в деревне. Уши отваливаются только так. Ренар едва заметно сморщил нос, а затем приоткрыл один глаз. Увидев, что я смотрю на него, лис слегка улыбнулся. И столько тепла и какого-то домашнего уюта было в этой улыбке, что я поняла: хочу встречать так каждое утро.

Улыбнувшись в ответ, уже было открыла рот, чтобы сказать о сигнале к подъему, как снаружи раздался резкий грохот. Я резко повернула голову в сторону выхода. Ренар тоже напрягся, но, когда снаружи послышалась ругань и рычание, расслабился. Он зарылся носом в мои волосы и шумно вдохнул воздух. У меня мурашки по шее побежали.

— Я не хочу выходить, — тихо проговорил он, все еще утыкаясь носом в мою шевелюру.

— Я тоже.

— Может, не пойдем сегодня никуда?

— А можно? — я подняла глаза на лиса, вынудив его отлепиться от моей головы.

— Сколько надежды в голосе, — в его глазах плескалось умиление и смешинки.

Снаружи загудел воздух, раздался такой характерный «х-у-у-у», и в нашу пещерку прополз сквозняк. Я, ворча, поджала ноги, прижимаясь ближе к лису. Лето же, Фенрир, чё так холодно-то!?

Ренард тихо рассмеялся, обнимая меня, и поправил шкуру.

— Подмерзла, воробушек? — смешинки прыгали в его взгляде.

Я решила промолчать, наслаждаясь теплом.

Снаружи снова раздался размеренный рокот горна. Смертельно не хочется никуда. Ренар тяжело вздохнул, возвёл глаза к потолку, но всё-таки начал выбираться из теплой лежанки. Сразу после его ухода стало холодно, и я плотнее закуталась в шкуры.

Лис оделся и вышел. Я, поколебавшись, решила, что мне тоже надо, но, когда я уже натянула штаны с рубахой, лис вернулся обратно, держа в руках две миски с едой.

— Кушать, воробушек, — он поставил миски на пол, пахло оттуда чем-то вкусным.

Я несколько мгновений колебалась между теплом и едой, но Ренард решил все за меня. Вытянув мое тельце из шкур, лис усадил меня себе на колени и протянул миску. Нет, правда, им можно греть дом без дров.

Еда пахла, конечно, вкусно, но выглядела странно. Я посмотрела на миску, потом на Ренара, потом опять на миску, и снова на Ренара.

— Чтобы к середине дня ты не валилась от усталости, — пояснил он. И с героическим видом принялся есть.

Я подождала немного, убедилась, что он жив и тоже принялась есть. Ну, бурда, она и есть бурда.

— Ты можешь не есть, — лис с особо жалость смотрел на мои отчаянные попытки не выплюнуть это. — Совершенно не обязательно себя насиловать.

Я вздохнула, собралась с духом, опять вздохнула, посмотрела в потолок, подтягивая опаздывающие моральные силы и наконец смогла проглотить.

— Есть что-нибудь еще? — аж слезы выступили, какая я молодец.

Ренар улыбнулся, и полез в мешки. В этот момент прозвучал третий сигнал горна. Я подумала, что мы вскачем и побежим…куда нам там надо, но нет, Ренард спокойно продолжал копаться в мешке, ища еду.

— А разве мы…,- как-то я стушевалась под вопросительным взглядом.

— Что?

— Разве мы не должны…э-м-м-м, идти?

— О, — лис улыбнулся, — нет, это всего лишь сигнал к пробуждению. Не переживай. Сейчас нам надо быстренько пойти отметиться и потом до вечера мы свободны.

Ну отметиться, так отметиться.

Мы поели, оделись и вышли. Мне даже разрешили никуда не идти, но интересно же! Солнечный свет после палатки в подземном гроте резал глаза, и очень скоро я устала щуриться. На поляне, куда вышли я и лис, тоже были маленькие палаточки, а в центре стояла большая палатка.

Я все искала глазами Гуду, но подруги нигде не было. Видимо, они еще спят.

— А почему мы ночевали в гроте, а не снаружи? — все-таки в подземном гроте было сыро, а еще сыро, ну и конечно сыро.

— Общая поляна похожа на винегрет и полна сомнительных личностей, к тому же там шумно, — ответил Ренард, расталкивая людей и оборотней, пробираясь к большой палатке.

— На что похожа? — мне пришлось слегка повысить голос из-за гомона толпы.

— На салат.

Интересное он слово употребил. Так ест такой салат — винегрет? Странное название, интересно, из чего его делают?

Мы уверенно протискивались сквозь толпу. Лис крепко держал меня за руку, иногда оборачиваясь. Дойдя до палатки, Ренар и я встали в небольшую очередь при входе, при этом меня сразу крепко обняли и не отпускали до того момента, пока мы не дошли до стола распределителя.

— Имена, раса, возраст, — не поднимая глаз от бумаги, которую писал, сказал сидящий за столом человек.

— Ренар, лис.

Я никогда не видела, чтобы так быстро менялись люди. Только что это был угрюмый занятой персонаж, а теперь открыто стелется в ноги.

— О, Ренар, тот самый, я не знал, простите… сейчас… все будет… подождите, пожалуйста…

В итоге мы пришли к какому-то важному старику.

— Уважаемый Ренар, мы записали вас как можно скорее, естественно члены Лисьего клана в приоритете, но, к сожалению, ситуация такова, мы, понимаете, такое дело, — мялся этот важный старик.

— Да говорите уже.