Невеста с подвохом, или Ну, держись, Проклятый Герцог (СИ) - Слави Екатерина - Страница 55

- Как скажете, заступница наша! - запорхали вокруг меня ламии.

- Все исполним, милосердная наша! - отозвались они живо.

И подхватив девицу Дебрас под белы рученьки, потянули прочь из комнаты.

- Постойте! - вертя головой и пытаясь найти меня взглядом, возмущалась новоявленная ламия. - Погодите! Не трогайте меня! Я должна!..

- Не тревожься, милая, мы о тебе позаботимся, - бодрыми голосами напевали ламии. - Раз заступница наша соэлла Сюзанна велела - в лучшем виде позаботимся!

- Ах, да, - вспомнила я. - И нож, пожалуйста, заберите.

Ламия, вернувшаяся за ножом, подняла его с пола, повертела в руках удивленно и, пожав плечами, унесла нож с собой.

Перед тем, как призраки скрылись за стеной моей комнаты, соэлла Дебрас успела обернулся и бросить на меня еще один обиженный взгляд через плечо.

Когда в комнате стало тихо, я упала на постель.

- А-а-а-ах, давно меня не пытались убить. Ну... не считая испытаний, конечно. Там-то только и делают, что пытаются убить.

Выдохнув, я закрыла глаза. Перед мысленным взором тотчас ожил давешний сон, и глаза мои сами собой распахнулись.

- Кажется, мне нужно попробовать кое-что сделать.

Поднявшись с постели, я отправилась на поиски Лотти, которая наверняка после визита ламий где-нибудь поблизости валялась в обмороке. Надо привести ее в чувство, чтобы помогла мне одеться.

Я решительно собиралась в самое ближайшее время кое-что проверить.

* * *

Я стояла перед дверью. Той самой дверью, у которой не было ни ручки, ни замка. За которой должен был скрываться исчезнувший с галереи портрет.

Сегодня во сне я видела совсем другую дверь, не эту, но... У той двери точно так же не было ни ручки, ни замка.

Я подошла ближе.

«Готова ли ты, Сусанна Бузинина, открыть шкаф, где спрятаны скелеты, а? - шутливо спросила я себя. - А вдруг на голову посыпятся?»

Впрочем, особых надежд на то, что дверь откроется, у меня не было. Однако после увиденного мною сна меня буквально тянуло к этой двери, и я ничего не могла с этим поделать.

- Что там говорил Марай? - тихонько рассуждала я вслух. - Что-то насчет того, что только один человек мог быть открыть эту дверь, но он давно умер.

Первым на ум мне пришел Орвин Даркин. Если верить моим снам, он был учителем его светлости, а значит, вполне мог иметь отношение к секретам и тайнам своего ученика.

- Но давно почивший маг Орвин отпереть эту дверь вряд ли сможет, - задумчиво произнесла я, скользя взглядом по створкам двери, изучая тонкую нить соприкосновения створок.

Протянув руку, я положила ладонь на одну из створок. Обычная деревянная поверхность, ничего особенного. Если здесь и была магия, то я ее не чувствовала.

Мертвец дверь не откроет. Однако зачем ее вообще запирали? Зачем так прятать какой-то портрет? Всего лишь портрет...

Рассуждая логически... Если кто-то хотел, чтобы этот портрет больше никогда и никто не увидел, то не проще ли было его просто уничтожить - и дело с концом? Соответственно, можно предположить, что человек, заперший дверь, хотел лишь, чтобы она была заперта до поры до времени.

- Зачем я сюда пришла? Делать мне больше нечего, что ли? Какая бессмысленная затея. Эту дверь должно было открыть имя. Имя того, кто умер.

Я прокашлялась, чувствуя себя глупо, но все же произнесла:

- Сюзанна Бизар.

Створки двери оставались сомкнутыми. Я надавила ладонью на одну из них, но та не поддалась.

- И чего я ждала, собственно? - проворчала на саму себя. - Ладно, сходить с ума, так до конца.

Вдох-выдох.

- Сусанна Бузинина.

Ноль реакции.

- Ну... чего и следовало ожидать, - выдохнула я с облегчением.

На самом деле, я знала, почему оказалась здесь. В том сне, где молодой Реол открыл дверь, у меня было очень сильное чувство, что и мне это под силу. Я буквально слышала собственные мысли в тот момент: «Я смогу сделать это!». Однако сейчас я поняла окончательно: те чувства были не моими. Они принадлежали юной девочке, которая в тот момент была моими глазами.

В том сне я была внутри нее. Чувства, которые стучались в мое сознание, принадлежали ей

- не мне. Но это было так реалистично, так убедительно, так... навязчиво, что и заставило меня сегодня прийти сюда.

«Я смогу открыть дверь».

Но я не могу. Я не тот человек, чья магия заперла ее.

Как ее звали? В одном из своих снов я слышала ее имя.

- Кажется, Дайнари, - произнесла я и...

Моих ушей коснулся тихий скрип. Дыхание вмиг остановилось.

Дверь под моей рукой подалась вперед, а взгляд утонул в открывшемся глазам сумраке.

Я перестала дышать.

Что сейчас... произошло?

Она открылась? Да быть такого...

Но сумрак, просочившийся изнутри сквозь образовавшуюся дверную щель, мне не мерещился. Он был живой и настоящий.

Нахмурившись, я толкнула дверь во второй раз, и она подалась еще сильнее.

- Ну? - подзуживала я сама себя. - И что ты стоишь, Сусанна Бузинина? Ты же хотела оказаться внутри этой комнаты. Хотела? Так иди, чего струсила в последний момент? Это же совсем не в твоем стиле.

Мои ноги переступили через порог: сначала одна, потом другая.

Наверное, никогда еще за все время, что я находилась в этом замке, я не чувствовала себя такой растерянной, как сейчас. Будто кто-то перевернул мое сознание с ног на голову, как песочные часы, и песок посыпался в опустошенный ранее сосуд.

Мои ноги ступали медленно и осторожно. В комнате было темно: окна зашторены тяжелыми портьерами, лишь кое-где, в небольшие щели пробивается свет. Не горели ни свечи, ни огонь в камине. Здесь царил сумрак.

Но света, падающего из коридора сквозь открытую дверь, хватало, чтобы мои глаза увидели впереди на стене портрет.

Я подошла к нему поближе, не в силах отвести взгляда от изображенной на портрете молодой женщины. Каштановые волосы, своевольно разброшенные по плечам, темные глаза, нос с горбинкой, который указывал на горделивый и самостоятельный нрав, открытая широкая улыбка...

- Юность тебе идет, - сказала я той, что смотрела на меня с портрета, не в силах отвести от нее взгляда, боясь даже моргнуть - вдруг это лицо на портрете исчезнет.

Но мне пришлось...

- Итак, вы открыли ее, - раздался голос за спиной.

Я обернулась.

Его шаги были широкими, но мягкими - не мудрено, что я не услышала, как он вошел сюда следом за мной. Длинный черный хвост качался за его спиной, словно маятник.

Марай остановился рядом со мной, но на меня он не смотрел - его взгляд был устремлен на портрет. Демон изучал изображенную на портрете молодую женщину, впрочем, совсем еще девочку лет семнадцати, взглядом пристальным и заинтересованном, словно что-то выискивал в чертах ее лица. Потом хмыкнул озадаченно и наконец повернулся ко мне, став передо мной так, что его высокая фигура теперь закрывала портрет.

- Кто вы, госпожа Сюзанна? - улыбнулся Марай, улыбкой мягкой, но хищной; темные глаза чернели сквозь узкий прищур.

«Хороший вопрос, - подумала я. - У меня он как раз назревал».

Я улыбнулась самой наивной улыбкой Сюзанны.

- Не понимаю вас, Марай.

- Действительно? - уточнил он, дернув бровью. - Не понимаете?

Он развернулся вполоборота и бросил взгляд на портрет.

- Эту дверь мог открыть только человек, изображенный на портрете внутри этой комнаты -это мне известно доподлинно. Дверь открыли вы...

Он снова повернулся ко мне.

- Но вы - не та, что изображена здесь. Так как же это возможно?

- Не знаю, - честно ответила я, покачал головой.

Честно ответила, между прочим. Но по закону подлости, тебе не верят именно тогда, когда ты говоришь правду. Марай так и сказал:

- Почему же я вам не верю, госпожа Сюзанна?

Он снова глянул на портрет. Задумчиво смотрел какое-то время, потом спросил вслух:

- И почему эта женщина кажется мне знакомой?

Его слова почему-то заставили меня невольно напрячься. Я нахмурилась озадаченно и спросила: