Три мирных года (СИ) - Козырев Виктор Алексеевич - Страница 93

И если уже не приносят обеда,

И если врачи разводят руками -

Значит, сегодня придёт День Победы!

Жмых с перепугу рванул разыскивать народ на своих двоих, вместо того, чтобы связаться с ними через планшет. А я нашёл коменданта, убедился, что это даже близко не Давыдов, а потом загрузил собравшуюся команду насущными задачами.

И работа закипела.

Эпилог. 43

Вашингтон, округ Колумбия, США. 2006 год

Сорок третий президент США Альберт Гор был взбешён, но умело скрывал свои чувства. И только по тому, как он нервно барабанил пальцами по столешнице, генеральный прокурор Керри это заметил.

— Эл, может быть тебе отложить встречу? — аккуратно заметил он. — Наговоришь лишнего…

— Нет, — скрипнул зубами Гор. — Я этого больше не потерплю. Мало того что руководство демократической партии навязало мне этого пустоголового Джо в вице-президенты вместо Либермана, дурака Билла, который не может удержать свой член в штанах, при виде смазливой мордашки, в госсекретари вместо тебя, но вот кого-кого, а это республиканца во главе нашей разведки я не оставлю.

— По мне, сейчас не лучший момент…

— Как раз, самый прекрасный момент, Джон! Когда Советы стали посредниками в переговорах между Торкартеном и Тауси, а мы были ни сном, ни духом, что их люди связаны с Орденом Серебряного… в общем, мы даже полного названия не знаем. Всё ЦРУ ловило этого проклятого космодесантника Кирьянова, а он сидел себе спокойно во Внешнем рукаве и строил перевалочную базу для советских звездолётов. Нет, Джон. Это пора прекращать. Если Гейтс не справляется, то на его место найдутся желающие.

Секретарь оповестил о приходе главы ЦРУ Роберте Гейтсе, и собеседники замолчали. Гейтс начал отчёт об остановке вокруг союзных США государств-планет, бывших имперских сателлитов. Ситуация была тяжёлая, некоторые из них влезли в Гражданскую войну в Халлдории и закономерно получили по носу от правящих там криминальных кланов, но Гора не интересовали эти проблемы. С ними они будут разбираться после, по мере решения главных задач. Тем более это вотчина республиканцев, которые вцепились во внешние миры. После того как проиграли последовательно выборы президента и Конгресс. Президент прервал главу ЦРУ.

— Давай вернёмся к делам земным, Боб. Что у нас с Китаем?

Роберт Гейтс пожал плечами и невозмутимо ответил.

— Там всё плохо. Твой подчинённый не смог уговорить своего советского коллегу Дапникяна продлить Сианьское соглашение и теперь мы вынуждены выводить свои войска из Южного Китая, попутно забирая своих сторонников. Мои ребята работают в круглосуточном режиме, ликвидируя архивы и зачищая всё, что можно зачистить.

— Даже самый гениальный госсекретарь не смог выбить лучших условий, после того, что твои люди устроили на Ярве, напав на этого их героя, космодесантника! — начал злиться Гор. — Советы были в ярости и требовали крови! Что ты мне тогда говорил? Что космические куда важнее земных. Я согласился. И что теперь?

Альберт Гор потёр переносицу.

— Результат я вижу. Ты облажался, Боб. Советы тебя обманули, как дурака на ярмарке. И я замечу, не в первый раз. Сначала был звоночек на Гарьерге, когда твои люди устроили перестрелку в каком-то отеле, но ты его проигнорировал. И вот опять. Пока ты гонялся за Кирьяновым, пытаясь узнать у него хоть что-то о бывшей императрице, комми просто влезли в этот их Серебряный Орден, организацию которая представлена почти по всей бывшей Империи. И хоть они сами атеисты, но им ведь это не помешало. И что у нас? Ничего. И куча проблем, связанных с союзниками.

— Но колонии, — попытался возразить Гейтс.

— Кстати, про колонии. Хорошо, что напомнил. Слышал про такую колонию — Астроафрика?

Голос Гора стал спокойным, но Керри понимавший, что это затишье перед готовой вот-вот бурей, непроизвольно вжался в стенку.

— Мистер президент, — попытался защищаться Гейтс.

Глаза Альберта Гора побелели от сдерживаемого гнева.

— Я этих негров чуть ли не в жопу целовал, пытаясь исправить то, что натворил ваш сраный генерал Батчер! Мы уже почти договорились, единственным условием было избавиться от радикалов типа Саммерса и что?! Что, Боб?!

Гейтс недовольно проворчал, что-то о несогласованности служб, но Гор его даже не стал слушать.

— Вы его буквально вытащили из зубов ФБР и вручили русским, разве что подарочной лентой не перевязали! И всё под тем же предлогом, ловли русского космодесантника! В итоге мы имеем, непризнанное, пока, это только пока непризнанное, государство Астроафрика, причём где-то у чёрта на рогах. А потом республиканцы бегают и капают на мозги избирателям. Гор — ничтожество, Гор — тайный марксист и сдаёт США Советам! И не надо говорить, что это не так. Бьюкенен включил эту шарманку, едва твоё ведомство проспало Западный Берлин! Облажался ты, Боб, а твои соратники по республиканской партии вешают всё на меня!

— Если у вас всё, мистер президент, — заговорил Роберт Гейтс холодным голосом.

— Нет. Я только начал. С первого дня моего президентства твоё ведомство костьми ложилось, блокировало все попытки передать технологию посадочных колец британцам. Что ты там говорил? Пускай пользуются нашими, русские скорее удавятся, чем продадут им эту технологию, так? В чём-то ты был прав, русские им действительно ни байта информации не дали. Но у англичан всегда была хорошая разведка. Получше, чем у нас! Особенно в те дни, когда её возглавляет человек, который ставит палки в колёса президенту.

— Не понимаю о чём вы, сэр, — возразил Гейтс.

— Не понимаешь. Прекрасно. Я сейчас объясню, хотя это ты должен был мне рассказывать. К северу от Лондона два дня назад начато строительство посадочных колец. Англичане, так или иначе, получили свою технологию, уж не знаю, у кого они её спёрли. И теперь они становятся космической державой, но уже покинули Евросоюз и попросили нас больше на эту тему их не беспокоить. Полгода назад. Забыл, Боб? А я помню. «Нью-Йоркер» тогда катком по мне проехался и даже «Вашингтон Пост» разместил очень смешные карикатуры. Тебе хочется, Боб, чтобы в моё кресло побыстрее уселся Патрик Бьюкенен? Хорошо. Он может быть и сядет. Только ты уже не будешь главой ЦРУ.

Альберт Гор умолк, гневно сверля Роберта Гейтса взглядом.

— Вы хотите моей отставки, сэр? — спросил тот холодно. — Вы её получите. Я могу быть свободен?

— Да. Ступайте. Можете поплакаться своим дружкам из Республиканской партии, как я несправедливо с вами поступил, — сварливо заметил Гор.

Когда глава ЦРУ покинул кабинет президента, заговорил притаившийся в углу Генеральный прокурор Джон Керри.

— Эл, зря ты так. Надо было как-то помягче, назвать причину…

— Я назвал с десяток причин, Джон! — снова завёлся Альберт Гор, но Керри снова поднял руку и заговорил успокаивающим голосом.

— Но никакой конкретной. Ты вывалил на него ворох обвинений, хотя следовало бы выбрать что-то одно, заявить о его некомпетентности и отправить в отставку. Теперь он уйдёт сам… и он не побежит плакаться друзьям-республиканцам. Он будет давать интервью газетам и телевидению. Никакой конкретики, но из его слов, даже самому глупому журналисту будет понятно, что ты повесил на него все свои огрехи и выгнал.

Альберт Гор стал остывать. Он понял, какую ошибку только что совершил.

— И да, Эл. В ситуации с Саммерсом Гейтс действительно не виноват. Я тоже контролировал эту операцию, там действительно русские сработали на редкость профессионально и везение тоже, само собой.

— Уж не хочешь ли ты сказать, что и там был этот их мифический Кирьянов? — фыркнул Гор.

— Разумеется, нет, — осторожно кивнул Керри. — Да, Советы знают об этой нашей слабости. О том, что мы можем поверить в героя-одиночку, поэтому и создают такие обманки. Боб ошибся и повёлся на одну из них.

— Ладно. Я соглашусь. Это операцию ему сложно поставить в вину, но во всём остальном я прав. Его вина несомненна — особенно в падении Западного Берлина и провале Сианьского соглашения.