Три мирных года (СИ) - Козырев Виктор Алексеевич - Страница 82

— Мда, — протянул я. — Может быть, психиатры облажались?

— Кто знает. Ладно, идём дальше. Третий персонаж. Очень интересный. Джейкоб Элайджа Эванс, уроженец Ричмонда, штат Индиана. Был арестован нами, как сотрудник ЦРУ. Но, выяснилось, что к этой организации он не имел никакого отношения. Обычный мошенник и авантюрист, выдавал себя за спецагента разведки. Ну наши его и взяли, а когда всё прояснилось, отпускать просто так было не камуфло, а менять его црушники не собирались. Отправили в лагерь, чтобы зря харчи не жрал. Не менее интересный и следующий беглец. Видрих Этельил. Имперский военный офицер из коренных тангорихксцев. Врач. Информации про него мало. Держали его у нас только потому, что он в имперской медицинской технике разбирается, а потом, когда стал не нужен, сунули в лагерь, чтобы в медсанчасти работал.

Кравцов расстроенно махнул рукой.

— Дальше скучнее. Елизавета Владиславовна Панфилова. Краснодарский край. Тоже медик, но простая медсестра. Продавала поддельные справки о беременности уклоняющимся от воинской службы юным девам. Скорее всего, не одна, но на следствии взяла всю вину на себя. На кой ляд она рванула с нашими беглецами, вообще неясно. Срок ей дали пять лет, могла выйти досрочно. Хотя надо уточнить у ОБХСС, вдруг кого-то ещё из этой компашки повязали.

— О, а это бывший космодесантник, — я взял очередное дело со стола Кравцова.

— Ага, — подтвердил он. — Анвар Юсуфович Турсунов. Но в армию попал, когда из родного кишлака выполз в город за спичками. Шутка. Нормальный парень. У командиров был на хорошем счету. Демобилизовался после войны и что с ним произошло вообще непонятно. Через месяц зарезал первого секретаря райкома. На суде сказал, что он опозорил его сестру и она из-за этого повесилась.

Я настороженно посмотрел на Кравцова. Про нравы местного партийного начальства я много чего слышал.

— Его сестра убита имперскими офицерами, во время атаки на Землю, а первый секретарь райкома, тогда вообще подвизался в другом районе, а должность занял, за две недели до возвращения Турсунова из армии.

— А КГБ эту тему копало? — уточнил я. — Парню явно кто-то насвистел в уши.

— Смеёшься? Они только два года устанавливали, куда вся эта компашка бежала. Но я тоже про это подумал и дал команду нашим, пощупать, что там было на самом деле. Хоть нам не поможет, но преступление, как ни крути, налицо.

— А последняя кто у нас?

— Будешь смеяться, но Анна Максимовна Леонидова, простая девочка-пацифистка. Демонстративно отказалась служить в армии. Ну её также демонстративно посадили на четыре года. У нас с этим строго. Была бы парнем, так вообще семь лет с пола бы себе подняла. Зачем она им, да и они ей, неясно.

Я пожал плечами.

— Может быть, красивая? Кто-то из этих в неё влюбился. На фотографии бы, кстати, поглядеть. Возможно, видел, хотя такую компанию, даже по описанию сложно пропустить.

— Да были… А точно! Я их Зотовой показывал, а потом в ящик стола убрал.

Кравцов порылся в столе и вытащил пачку фотографий и сигареты.

— Вот рассматривай, — бросил он мне их закуривая. — Я тебе пока расскажу, куда они делись. Ты не поверишь, но они нашли имперский звездолёт, который наши сбили совершенно случайно. Тот летел над Китаем в невидимом режиме и также рухнул на землю. Местность там была глухая, север, как-никак, вот никто его и не нашёл. Из всего экипажа выжил только Видрих, который, как мы подозреваем и навёл их на звездолёт.

Я внимательно рассматривал фотографии. Потом отложил их в сторону.

— Сейчас этот корабль называется «Каньяр», — медленно сказал я. — Старший лейтенант Наумов, называет себя Джастином Строгановым, Маргариту Архарову он представил, как Джейн Гончарову, Эванс и Турсунов представились как Агилар и Касерас, а медсестру он назвал Изабеллой Олейничак. Имперца и девочку-пацифистку я не видел, возможно, сидели по своим отсекам. У них фрахт Эквадора и гражданство США, второе, скорее всего, поддельное.

Сигарета выпала изо рта Кравцова и упала ему на штаны. Да, умею я производить впечатление. Однако капитан скоро вышел из ступора, вскрикнул — видно сигарета, прожгла ему штаны и обожгла кожу. Затушив её, он потянулся за телефоном.

— Товарищ Тихонов. Вы срочно нужны в моём кабинете, — сдавленным голосом произнёс Кравцов.

Полковник примчался через несколько минут.

— У вас всё в порядке? Все живы?

За его спиной тенью маячила Ольга Зотова.

— Да, всё нормально, — всё тем же голосом отозвался капитан. — Но вот товарищ Кирьянов утверждает, что он встречал бывшего старлея Наумова…

— В системе Гарьерга, в конце апреля, — подсказал я. — После миссии на Новом Род-Айленде мы едва не наскочили на их корабль и чуть было не вступили в бой. Но, помогли переговоры.

— По словам Валерия Алексеевича, сейчас Наумов называет Джастином Строгановым, тем самым человеком…

— На которого сориентированы с десяток наших агентов на Гарьерге, — кивнул Тихонов.

Он вытащил откуда-то стул и уселся рядом с нами, достал сигарету и закурил. Мы последовали его примеру.

— Удивительный ты человек, Валера, — наконец высказался он. — Помяни моё слово, быть тебе или генералом или расстрелянным.

Он подумал, смоля сигарету, а потом хлопнул по столу, приняв решение.

— Вот что Михал Петрович, отложи ты это дело, пока в сторонку и займись чем-нибудь другим. А мы покумекаем.

А я не забыл имя-отчество. Я его и не знал.

— Да не вопрос. А если задумаете передать его в отдел специальных операций, так я только благодарен вам буду.

— Зачем передавать дело? — наморщила лоб Ольга. — Не проще ли попросить Кирьянова выманить этого самого Наумова со всей его шайкой и в наручники.

— И в лагеря, — фыркнул Тихонов. — Нет, Ольга Николаевна. Наручники и вернуть на Землю следовало дезертира и бывшего старлея Наумова. Пиратского вожака Строганова мы будем обрабатывать по-другому.

— Пиратского вожака? — не понял я.

— Да это в управлении у Кунцева остряки сидят, — усмехнулся Тихонов. — Всю эту шарашку, которую Строганов собирает сейчас на Гарьерге, назвали космическими пиратами, хотя по большому счёту они контрабандисты и немного мародёры.

Моё правое ухо слегка запульсировало. Это рвалась на связь Диана, у которой явно что-то случилось.

— Простите, — извинился я перед собеседниками. — Ди, что у тебя?

Кравцов удивлённо вскинул брови, но Тихонов слегка мотнул головой, мол всё в порядке, не обращай внимания.

— Посмотри ещё раз фотографию Анны Леонидовой, — сказала она.

Я взял фото и поднёс его совсем близко к глазам.

— Возможно, у неё один из нас, — сообщила девушка. — Но точно сказать не могу…

— Тогда молчи, — буркнул я, но из сознания её не стал убирать и обратился к Тихонову. — Анатолий Степанович, нам бы побольше узнать про эту девушку.

— Что с ней не так? — сразу спросил он.

Я пожал плечами.

— Ничего точного, но Диана настаивает на подробном изучении. По нашим давним разработкам.

— Понял. Ладно Михал Петрович, ты нас прости, что так отвлекли…

— Всегда бы так, — вздохнул следователь, когда мы покидали кабинет, забрав несколько коробок с материалами по делу беглецов из алтайского лагеря.

Дотащив коробки и, поставив их в дальнем углу, мы с Тихоновым посмотрели друг на друга.

— Да кто вообще такая эта Диана, почему у вас странный способ связи? — открыла рот Зотова. — На вид она обычная школьница, но отношение к ней, как к ценному сотруднику.

Мы посмотрели на неё и снова друг на друга.

— Ольга Николаевна, — мягко начал Тихонов. — Вы только что, в самых резких выражениях, отказались участвовать в операции «Фараон», так зачем вам знать внутренние секреты группы?

— Могу помочь. Я готовилась к работе на Гарьерге, у меня там есть связи и один из агентов…

— Товарищ Зотова, вы можете быть свободны, — холодно приказал Тихонов. — Мы обратимся к вам за консультацией, если потребуется.

Ольга Зотова побледнела.