Красное и серое (СИ) - Литера Элина - Страница 14

Увы, я ничем не могла помочь в обсуждении времени и обстановки в те злосчастные четверть часа, поскольку сначала шипела на Мафина, а потом сидела, погруженная в свои мысли.

Наконец, законник покачал головой:

— Так мы ни к чему не придем. Попробуем с другой стороны. Зачем могли убить Депта? На спонтанное преступление из-за ссоры это не похоже. Я сомневаюсь, что за пять-шесть минут убийца успел и переговорить с Дептом, и поссориться, и стукнуть его по голове трижды, и скрыться. К тому же, никто из нас не слышал громких голосов. Это не ограбление, все ценности на месте. У Депта нет родных и близких, значит, ради наследства его тоже убивать смысла нет. Либо Депт узнал что-то, и его заставили замолчать, либо это месть.

Ни у кого из нас не нашлось возражений. Все присутствующие задумались. Маг принялся рассуждать вслух:

— Если его заставили замолчать, и если были бы какие-то свидетельства, что он что-то знает, полиция бы их наверняка обнаружила. Боюсь, что эту версию мы никак не можем проверить.

— Что мог узнать Депт? И когда? — заговорил лорд Мадрон. — Госпожа Лавиния, как долго Депт жил в столице в этот раз?

— Чуть больше месяца. Я приехала сюда… секунду… шестнадцать дней назад, да. Полагаю, что и до моего приезда Депт никуда не ходил, поскольку чувствовал себя плохо. Последние дни ему стало получше, но он решил поберечься накануне новых работ и выходил гулять только в двор.

— Как часто у него были посетители? Насколько я знаю, он устраивает приемный день раз в неделю.

— Он долго никого не принимал, и вновь начал устраивать приемные дни на прошлой недели. Пришло двое: дама просить за сына, чтобы устроить его помощником к Депту, и некий пожилой господин за рекомендациями хороших инженеров для проекта в его фабрике.

— Вы неплохо осведомлены о его делах.

— Депт не любил бездействия, а лишенный возможности работать он стал разговорчивым. Но я не припомню ничего, что могло бы навести на мысль о причине убийства.

— М-да… — покачал головой Гриз. — Версия, что его заставили замолчать, кажется мне все менее вероятной. Вряд ли он узнал что-то новое, сидя в четырех стенах, а преступники, которые ждали бы больше месяца, рисковали бы, что Депт сообщил бы кому-то опасные для них сведения. Но все же не будем сбрасывать эту версию со счетов, хотя и не можем ничем подтвердить ее или опровергнуть. Предлагаю рассмотреть версию мести. Что мог натворить Депт, что его убили, и главное, как нам это узнать?

Интересно, насколько законопослушная у нас компания? разумеется, кроме убийцы. Я решила осторожно прощупать почву:

— Спальня и кабинет Депта закрыты на оттиски без магии.

— Вы имеете в виду… — начал законник, но вбитое с университетской скамьи уважение к правилам не дало ему закончить.

— Да, госпожа Ида, я уверен, что у нас получится снять эти оттиски нечистых и приставить их назад перед приходом констеблей, — радостно ответил Максвелл. Похоже, нашелся тот, кто наиболее склонен к нарушениям… после меня. — Нам необходимо осмотреть спальню Депта и кабинет, иначе у нас не появится никаких новых сведений.

Мафин и мэтр немедленно согласились. Лавиния заявила, что для нее это вообще не будет преступлением, поскольку Депт разрешал ей заходить всюду. Дольше всех мы уговаривали законника, но и он, в конце концов, сдался.

Снимать печати отправились мэтр Джилен и Максвелл. Виконт что-то прошептал на ухо мэтру, и тот взял его в помощники, не рассматривая другие кандидатуры.

Мы остались ждать. Лавиния чесала Мью за ушами, тот довольно щурился, кося на остальных зеленым глазом — не покушается ли кто-нибудь снова на его хозяйку. Мафин подошел к окну и с тоской смотрел на улицу. Увы, вокруг дома поставили охранные артефакты, лишив нас возможности прогулок. Впрочем, сейчас никто и не рискнул бы насладиться свежим воздухом — собирался дождь, и свинцовые тучи медленно наползали на небо.

Гриз остался в кресле, вытянув одну ногу, после чего странно повернулся боком и снова заерзал, опираясь на трость.

— Господин Гриз, что у вас с ногой? — Лавиния заметила его маневры.

Я припомнила, что господин Гриз все это время ходит медленно. Если мы вместе поднимаемся наверх, он неизменно оказывался в хвосте нашей компании. Когда Мафин учуял кровь и позвал кого-нибудь к Депту, он шел не торопясь, хотя, казалось бы, стоило проверить побыстрее.

Я подошла к Гризу и поднесла руки к колену, проверяя лекарским даром.

— Господин Гриз, какой коновал вас лечил?

Гриз поморщился. Ведьмочка встала рядом со мной и тоже повела руками — ее дар показывал болезни иначе, но она тоже почувствовала, что с коленом у Гриза нелады.

— Тот лекарь… кхм-кхем… сделал все, что мог. Все в порядке, только на дождь иногда ноет.

— В порядке? Вы называете это в порядке?! — взвилась ведьмочка.

— Почему вы не обратились к лекарям для исправления явной ошибки? — вставила я. — Хотелось бы узнать имя того, кто сотворил такое с вашей ногой.

— Поэтому и не обратился. — Гриз вздохнул. — У каждого из нас есть тайны, госпожа Геринот.

Максвелл и маг вернулись с восковыми отпечатками, которые осторожно внесли на полотенце и устроили их на стеклом стеллажа около друзы. Мы с Лавинией лишь глянули на них мельком. Сейчас нас занимала нога мэтра. Без полноценной операции я не могла многого сделать, лишь чуть подправить в паре мест, которые должны были вызывать боль при неосторожном движении. Лавиния силами природы облегчила состояние колена, но предупредила, что этого хватит ненадолго, неделю или две.

— Господин Гриз, если вы не придете ко мне на магтерапию после операции, я за себя не ручаюсь!

— Госпожа Лавиния, у лекарей неизбежно возникнут вопросы…

— Обратитесь ко мне в городскую лечебницу, — сказала я. — Думаю, мне удастся все уладить. Но мне сложно представить, чтобы вы, господин Гриз, совершили что-то незаконное или недостойное.

— Про недостойное вы правы, — вздохнул тот. — Но закон… он не всегда на стороне достойных людей. Господа, если спальня и кабинет открыты, я предпочел бы сначала их осмотреть. Я… кхм… кхм… обещаю рассказать вам эту историю. Вы поведали уже достаточно тайн, пришла моя очередь.

Мы разделились по трое: я, Максвелл и маг вошли в спальню, а Лавиния, Мафин и Гриз — в кабинет. Вскоре я услышала крик Лавинии:

— Ах вот оно что! Мало я прислуге всыпала! Лорд Мафин, прошу вас, откройте окно. Я отнесу стухший сэндвич в помойное ведро.

Мы прошлись по спальне. Я делала пометки, а маг заявил, что у него достаточно хорошая память. Максвелл осматривал комнату цепким взглядом. Открыв гардеробную, он заметил:

— Похоже, Депт настолько устал от цветового безумия за дверьми дома, что на собственной одежде бросился в другую крайность. Тут только черное и серое разных оттенков, и все темные. Ах, нет, вот здесь в самом углу два бежевых сюртука. Наверное, — он усмехнулся, — на те дни, когда Депту хотелось принарядиться.

— О, вот и платки к ним, — я указала на коробку бордовых шейных платков. — Так и написано: "Платки для торжественных случаев". Рядом обыкновенные серые, вероятно, для повседневности.

— Похоже, Депт любил строгость и системность, — заметил маг. — Впрочем, с его работой этот неудивительно.

Виконт подошел в двери на балкон и распахнул ее:

— О-о-о… свежий воздух! Солнце! Воистину, некоторые вещи начинаешь ценить, едва их не потеряв. Госпожа Геринот, мэтр, присоединяйтесь!

Он вышел наружу и увлек нас следом. Действительно, всего день как мы заперты внутри дома, но сама невозможность подставить лицо под солнечные лучи и посмотреть на небо, подняв голову вверх, порядком угнетала.

Мы не стали тратить время на балконе, нам еще стоило поменяться с остальной компанией и осмотреть кабинет. Но я непременно сюда вернусь.

Уходя, я заметила, что по крайней мере в двух домах любопытные соседки расплющили носы об оконное стекло. Разумеется, всем интересно, что делается в доме убитого, и кто эти люди, которые там поселились.