Ангелы постапокалипсиса: Война (СИ) - Мушинский Олег - Страница 37

— Попусту не высовываться! — прикрикнул хриплый, проходя по залу.

Влетавшие в окна пули щелкали по стенам и потолку, но он не обращал на них внимания. Мертвецы окончательно развалили баррикаду. С первого этажа донёсся голос бородача:

— Залп!

Грянул залп, и треть первого ряда живых мертвецов рухнула на мостовую.

— Неплохо, — признал я. — Авось, так и продержимся.

— Обязательно продержимся, — отозвался Факел. — У нас тут сотня стрелков и отличный снайпер.

— У нас тут снайпер без патронов, — проворчал я, имея ввиду, конечно, патроны к "Маузеру". — И огнеметчик без горючки. И ополченцы вместо стрелков.

Слово "ополченцы" у меня прозвучало с интонацией слова "сброд".

— Они, Глаз, вышли сражаться с нечистью, — мягко, без упрека в голосе, возразил Факел. — Это уже их характеризует.

Один ополченец, выцеливая приглянувшегося ему мертвеца, перегнулся через подоконник. Не успел я крикнуть, чтобы он убрался назад, как он словил пулю и кувырнулся вниз. В воздухе промелькнули стоптанные лапти.

— Да толку, что они вышли? — проворчал я. — Ну вот возьмем, к примеру, некоего… — тут я на мгновение задумался, пытаясь придумать, какое бы имя подошло и мужчине, и женщине, сгодившись для абстрактного примера. — Некоего Александра. Еще вчера он был торговцем подержанными унитазами в каком-нибудь забытом богом Заснежинске, а сегодня ему дали в руки винтовку, наскоро объяснили, где нажимать, чтоб бабахнуло, и выставили против демонических армий. Много он навоюет?

Словно бы в ответ на мой вопрос снова грянул залп. Он малость проредил первый ряд нежити. Те даже без шамана приближались довольно быстро. Вперед вырвался мертвец в приличном наряде. Пуля сбила с его головы картуз. Мертвец остановился, ощупывая голову. Голова была на месте. Другие мертвецы огибали его, задевая плечами и локтями, и недовольно ворча.

— Немного, — спокойно согласился Факел, глядя, как нежить приближается к вокзалу. — Но куда им деваться? Даже если ты убедишь их драпануть отсюда, в крепость они всё равно не прорвутся. Это не мы с тобой, Глаз. Это, как ты правильно сказал, простые Александры из Заснежинска. Им нужен тот, на кого они могли бы равняться. И Господь послал им тебя!

Он так проникновенно посмотрел мне в глаза, что я сразу понял: вот здесь, на этом самом речном вокзале, я и погибну. В обществе законченного фанатика и ста восемнадцати неудачников.

От необходимости отвечать Факелу меня избавил юнец, посланный за патронами. Он принес целую коробку. На крышке красовались надпись "Маузер", изображение винтовки и маркировка: 8х57IS. Бросив трехлинейку на стол, я открыл коробку. Она была полна патронов, аккуратно расфасованных в пачки по пять штук.

— Отлично, — сказал я, заряжая свою прелесть. — Найди еще.

— А вы потом дадите мне рекомендацию в штурмовики? — нахально попросил юнец.

— Выживешь — дам, — сказал я. — А нет — рекомендацию вон у них получать будешь.

Я указал на живых мертвецов. Их колонна полностью втянулась на улицу. Бравые ополченцы расстреливали их и с фронта, и сверху. Колонна мертвецов редела прямо на глазах, но первые ряды — то есть, ставшие первыми после истребления всех, кто был первыми до них — нахлынули на стены вокзала. Ополченцы палили из окон практически в упор. Так они попадали гораздо чаще.

Юнец заверил меня, что он — шустрый, и умчался. Я быстро рассовал пачки по карманам и выглянул наружу. За спинами бесов в развалинах мелькали силуэты мутантов. Демон коротко фыркнул и направился по улице к нам. Пуля щелкнула его по морде и отскочила, выдрав клок кожи. Демон даже не поморщился. На мое плечо легла тяжелая рука. Я оглянулся. Это был Факел.

— Я пойду вниз, — сказал он. — Помни, Глаз, все эти ополченцы, — Факел кивком указал вдоль зала. — Рассчитывают на тебя.

— Это они зря, — проворчал я.

Факел только усмехнулся, словно я опять пошутил, и окликнул хриплого:

— Эй! Горючка для огнемета есть?

— Да, целых два бака, — отозвался тот. — Только она вроде как не освященная.

— Сойдет, — сказал Факел. — Где она?

Хриплый указал рукой на ресторацию. В углу скромно примостились два металлических бака, литров так на тридцать каждый. Пуля выбила планку из перил рядом с ними. Перебитый плющ с едва слышным шелестом съехал на пол. Возьми бес буквально на ладонь левее, был бы знатный фейерверк!

Факел бросился к бакам. Пока он утаскивал их в безопасное место, я мысленно досчитал до десяти. Это мне профессор в госпитале методику подсказал. Очень помогает, когда хочется на кого-то наорать, а толку от этого не будет. Хриплый, впрочем, прочел всё, что надо, в моих глазах, и убежал дирижировать своим воинством.

Бесы начали выдвигаться вслед за своим слоноподобным хозяином. По развалинам уже, не скрываясь, скакали мутанты. Хриплый приказал своим бойцам стрелять по бесам. Сгрудившаяся перед входом нежить сейчас была полезнее нам, чем демону, которому она преградила путь. Правда, мертвецы лезли в окна, но ополченцы на первом этаже пока с ними справлялись.

— Мне нужно всего минут десять, чтобы подготовить ему встречу, — сказал мне Факел. — Продержишься тут?

— А у меня есть выбор? — вопросом на вопрос ответил я.

Нет, на самом деле выбор, конечно, был. Послать этих безумцев к лешему и нырнуть в окно. Плаваю я хорошо, наверняка добрался бы до другого берега. Инквизитор сказал, что он в меня верит, и затопал с баками к лестнице.

— Факел! — окликнул я. — Даже если ты выжжешь демону всю морду, там еще бесы с мутантами на подходе. Нам придется отходить. Ты бы лучше подготовил все их припасы к взрыву.

— Выжечь морду? — переспросил Факел. — А это мысль, Глаз! Если он не сможет рычать, то уже не будет такой проблемой.

Сомневаюсь, что он вообще услышал мои слова про бесов и мутантов. Я вздохнул. Пальба усилилась. Бравые ополченцы пытались перестрелять бесов, пока те перебегали открытое пространство. Точность, как водится, оставляла желать лучшего, и они компенсировали качество количеством выстрелов. Бесы с удовольствием палили в ответ. Я подстрелил парочку самых разряженных. Их приятели дружной пальбой чуть не подстрелили меня.

Демон громко зарычал. Нежить в последних рядах среагировала на звук, но ума расступиться у них не хватило. Тогда демон с разгону врезался в нежить, протаптывая себе путь. Как в болото нырнул. Мертвецы — как еще живые, так и уже дохлые — забили собой всю улицу. Если бы они и поняли приказ, расступиться им было банально некуда. С обеих сторон улицу ограждал каменный парапет. Высотой он был едва ли по пояс взрослому мертвецу, но для них и это — преграда.

За парапетом промелькнул бес в красной рубахе. Я попытался его подстрелить, но он тоже оказался шустрый. Пуля лишь звонко щелкнула по камням, чем привлекла мимолетное внимание дюжины мертвецов. Они посмотрели, поворчали и побрели дальше.

Демон снова зарычал. На улицу, обгоняя бесов, хлынули мутанты. Они сходу врезались в живых мертвецов, расшвыривая их в стороны, и перекидывая через парапет.

— Стреляйте по мутантам! — крикнул я. — Не давайте им расчистить путь демону!

Хриплый откомандовал это своим бойцам. Они подстрелили какое-то количество мутантов, но они же и выбили какое-то количество нежити, упростив выжившим уродцам задачу. Демон уперся ногами в мостовую и глухо зарычал. Я сразу уловил знакомые стеноломные нотки.

— Отойдите от стены! — крикнул я, отступая назад.

Человек пять последовало моему примеру. Еще десять спросили, куда и зачем им отходить. Остальные высунулись в окна посмотреть, что так меня взволновало. Двоих бесы сходу подстрелили. Затем по улице прокатился рык демона.

Как оказалось, он не только стены крошил. Мертвецы едва успевали вскинуть руки к голове, и падали на мостовую. Самые ветхие при этом разваливались на части. Те, что посвежее, скукоживались на глазах. Затем рык докатился до вокзала, и стена мелко задрожала. Вот тут ополченцы отпрянули, наконец, назад. На стене напротив лестницы висели часы. Стрелки на них обвисли вниз, указывая на шесть часов. Стекло звонко лопнуло. Затем рев стих.