Невеста с подвохом, или Ну, держись, проклятый демон! (СИ) - Слави Екатерина - Страница 31

- Ваше величество! – вскрикнул другой голос. – Но как же нам избежать гибели Равеля?!

- У меня нет ответа, - сказал король, хмуро и задумчиво опустив голову.

- Но мы ведь даже не знаем, когда сбудется пророчество!

- Вы должны покинуть Равель, ваше величество!

- Мы все должны покинуть Равель как можно скорее!

«Вот паразиты, - подумала я. – Кто бы эти люди ни были. Хотят сбежать сами, а жителей Равели оставить?»

Я помнила. В моем сне, когда Дайнари вошла в Зеркало Кархена, в руинах города, лежащего на глубине моря, она видела множество бестелесных призраков. Это те, кто оказался погребен под толщью вод вместе с Равелью?

Но однако. Равель не утонул. Он сгорел в пожаре. Пророчество не сбылось. Или... чего я не понимаю?

- Только демоны могут противостоять богам нашего мира.

Король произнес эти слова, чуть понизив голос, но его услышали – все голоса вмиг смолкли.

- Демоны, ваше величество?

- Вы хотите призвать демонов, чтобы противостоять богам?

- Но ваше величество! Ведь демоны...

Все присутствующие заговорили одновременно, их голоса сливались, и я перестала понимать, о чем они говорят, мой слух улавливал лишь обрывки фраз. Но в этот самый момент я заметила, как одна из фигур отделилась от круга и быстрым шагом направилась – ах, ты ж, всех богов ваших за ногу! – прямо в мою сторону! Иными словами – к выходу.

«Надо прятаться», - подумала я, но почему-то не торопилась.

Человек, который оставил остальных и направлялся сейчас сюда, был низкорослым и тучным – это было видно даже под мантией. Его походка показалась мне знакомой. Вот прям до боли знакомой – аж сердце защемило. Он шел, низко склонив голову, и я никак не могла разглядеть его лицо, но когда он достаточно приблизился к двери и наконец поднял голову, я сразу же его узнала и едва не прослезилась.

«Гранвиль!»

Метнувшись от прохода, я спряталась за дверь. А несколько секунд спустя услышала, как шаги коротышки зазвучали громче. Он приближался.

Выбежав в коридор, Гранвиль почти бегом устремился в направлении противоположном моему укрытию.

Я выдохнула – не заметил – и осторожно выглянула из-за двери. Куда это он так торопится?

Пока все остальные товарищи в мантиях рвали на себе волосы и требовали от короля ответа: «Что делать? Как жить? Куда бежать?!» - мой старый знакомец граф спешил, словно бы по какому-то важному делу.

Дело его очень меня заинтересовало. Не связано ли оно как-то с моим испытанием? Не случайно же Зеркало Кархена привело меня именно сюда, именно в этот момент – как будто нарочно для встречи с его хомячеством.

Аккуратненько заглянув в зал, где все еще бились в панике товарищи в мантиях, я прошмыгнула мимо и на цыпочках устремилась за Гранвилем.

Подняв юбки повыше, чтобы не шелестели по полу, я преследовала его, держась на безопасном расстоянии – готовая в любой момент прильнуть к стеночке и прикинуться молью.

Когда пришлось подобраться к нему поближе, чтобы не отстать и не потерять из виду, я сняла туфли – стертые до дыр чулки ничто по сравнению с желанием выбраться из этого прошлого живой.

Темные коридоры, темные лестницы, за окнами – тоже темень, не видно ни зги, - и вот наконец Гранвиль открыл дверь в какое-то помещение, огляделся по сторонам – я шустро нырнула за угол, из-за которого выглядывала, - и исчез внутри.

Босиком, не издавая почти никаких звуков, я подбежала к нужной двери. Та была плотно закрыта, и на несколько мгновений я попридержала коней.

Гранвиль сейчас внутри, если я ворвусь следом – сразу могу на него наткнуться. И будет ай-ай-ай. Мне. А мне ай-ай-ай нельзя, я жить хочу.

Пока я думала, мой взгляд наткнулся на замочную скважину. Вот оно! То, что доктор прописал.

Опустившись на колени, я приникла одним глазом к замочной скважине и – ну, здравствуй, твое хомячество – увидела, кого искала.

Нервно оглядываясь по сторонам, словно у стен могли быть глаза (хотя у дверей они точно были – мои), Гранвиль поднял край ткани, украшающей одну из стен. Изображен на ней был корабль на море, со всех сторон охваченный щупальцами, видимо, какого-то спрута. Кажется, такие ковры с картинами называются гобеленами, но это не точно.

За гобеленом прятался тайник. Вынув из кладки один булыжник, Гранвиль засунул руку себе за пазуху и достал оттуда веревку, на которой болтался... Ключ?

Я аж сглотнула от волнения. А не тот ли это ключ, который мне нужен?

«...чтобы пройти испытание, нужно принести с собой: ключ, письмо, слово...», - сказал Тильман, собрав невест, чтобы объявить о третьем испытании.

Совпадение?

Да кто верит в такие совпадения?

Глава 21. «ПОПАЛАСЬ!»

Сняв веревку с шеи, его хомячество, продолжая озираться по сторонам, завернул ключ в какой-то кусок ткани и спрятал в тайнике. Затем вернул на место булыжник, закрыв дыру в стенной кладке, и опустил гобелен.

Когда он отошел от стены, я догадалась – Гранвиль идет к двери!

Вскочив с колен, я подхватила юбки и бросилась за ближайший угол, моля всех местных богов и неместных демонов, чтобы его хомячество исчез в другом направлении. И мне таки повезло.

Выйдя в коридор, Гранвиль повращал головой, уверился, что его никто не видел – зря уверился, я все видела, - и поспешил прочь. Выдохнула я лишь тогда, когда его шаги затихли где-то на лестнице.

Метнувшись к нужной мне двери, я открыла ее и юркнула внутрь. Огляделась вокруг. Небольшая комнатка. На стенах канделябры со свечами, причем свечи зажжены, оттого в комнате достаточно светло.

Итак, мне нужен ключ.

Понятия не имею, от чего он. Потом будем разбираться. Для начала нужно его добыть.

Подойдя к тому месту, где только что стоял Гранвиль, я повторила все его действия: подняла край гобелена, сразу увидела нужный булыжник – вокруг него темнели щели в стене, тогда как другие камни лежали друг к другу куда плотнее, словно срослись. Вытащив булыжник из кладки, я засунула руку внутрь – мои пальцы тотчас наткнулись на что-то мягкое. Ткань, в которую Гранвиль завернул ключ – поняла я.

Зацепив ее пальцами, я вытянула руку из тайника. Пока я доставала ее, ткань размоталась, и ключ упал на каменный пол. Наклонившись, я подняла его и осмотрела: небольшой, кажется, медный, со сложной узорчатой головкой и двумя бородками на стержне.

При других обстоятельствах мне нужно было бы хватать ключ и делать ноги, но...

«...что принадлежит прошлому - забрать с собой невозможно...»

Такими были слова Тильмана.

Но я подготовилась.

Найдя среди складок платья поясной мешочек, я ослабила завязки и, засунув руку внутрь, достала наружу огарок свечи. Подойдя к канделябру, погрела свой огарок со всех сторон, пока воск не стал мягким. Верхний слой свечи потек по моим пальцам, обжигая их, но это меня мало беспокоило. Я приложила ключ к огарку свечи и аккуратно вдавила внутрь. Осталось только подождать, пока воск снова застынет.

Когда все было готово, я ноготком аккуратно выковыряла ключ из своего огарка, спрятала последний обратно в мешочек – неважно, что ключ не тот, если можно сделать точно такой же, имея слепок.

Оставалось только вернуть ключ обратно в тайник.

Присев на пол, чтобы поднять валяющуюся на полу тряпицу, я снова повертела ключ в руках, задумавшись: отчего же он? Какую дверь он открывает? Или не дверь? Сундук? Шкатулку? Еще один тайник? И почему Гранвиль побежал прятать этот ключ после того, как узнал о пророчестве, увиденном королем в Зеркале Кархена?

Я уже собиралась завернуть ключ обратно в тряпицу, как вдруг до моих ушей донесся шелест ткани. Вскинув голову, я обомлела: надо мной нависал не кто иной, как Гранвиль собственной персоной. Лицо графа Дьявольский Смех было перекошено от ярости:

- Кто ты? Кто ты такая?! Верни ключ, мерзавка!

Гранвиль потянул ко мне руки, и я по инерции швырнула в круглую физиономию его хомячества тряпицу – ту самую, в которую только что собиралась завернуть ключ.