Невеста с подвохом, или Ну, держись, проклятый демон! (СИ) - Слави Екатерина - Страница 12

Я видела, как от пальцев толстяка-графа отлетела алая искра: сначала одна, потом вторая и еще несколько. Длилось это недолго – Гранвиль поднял руку и сорвал с подноса белую салфетку. Вместо пряди волос на подносе лежало несколько черных лепестков.

«А Гранвиль-то полон сюрпризов, - подумала я. – Как минимум, не хуже Сайи Даркин справляется со всякими магическими фокусами».

- Силуян, наполните пять бокалов белым вином, - распорядился граф.

Дворецкий выполнил его поручение – не прошло и минуты, как бокалы рядком стояли возле подноса, наполненные вином.

Толстыми, короткими пальцами Гранвиль взял с подноса лепесток и бросил его в один из бокалов. Лепесток почти мгновенно начал погружаться на дно и... стремительно истаивать – словно растворялся в вине, пока от него не осталось и следа.

То же самое Гранвиль проделал и с другими лепестками.

- Силуян, раздайте бокалы соэллам, - произнес Гранвиль, щурясь и хитро ухмыляясь.

Пока дворецкий исполнял его приказ, Гранвиль косился то на демона, то на невест. Один из его взглядов коснулся и меня – я тотчас сделала вид, что засмущалась, и опустила взгляд в бокал. Как и положено девице, которая давеча призналась в любви. Пусть Гранвиль не поверил, а я лучше пока из роли выходить не буду. Хоть его светлость помучаю – вон, поглядите-ка на него, так и стреляет в меня глазами хмуро. Возмущен мною до глубины души.

Ладно, не до него сейчас.

- Итак, дорогие соэллы, каждая из вас должна выпить свой бокал до дна, - заявил Гранвиль. – Если вы не забывали о своем долге невесты его светлости, то вам не о чем волноваться. Начнем. Кто первый?

- Позвольте, это сделаю я, - ответил ему звонкий голос.

Я еще только поворачивала голову, а уже знала, что принадлежал этот голос Сайе Даркин.

Глава 9. НАКАЗАНИЕ ДЛЯ ГРАФА

Магичка с уверенной спокойной улыбкой повернула голову к герцогу, чуть приподняла в руке бокал, словно давала понять, что пьет в его честь. Потом поднесла бокал к губам и начала медленно пить. Допив, поставила бокал на пустой поднос, который держал Силуян, и почтительно кивнула Гранвилю.

Распорядитель отбора некоторое время пристально смотрел в лицо магички, потом хмыкнул и заявил:

- Что ж, соэлла Даркин, вы доказали свою преданность его светлости. Восхищен вами.

Следующей была Анетта Ливис. Похожая на куколку невеста без лишних слов и жестов опустошила бокал и поставила его на поднос. И в ее лицо граф внимательно вглядывался с минуту, потом резюмировал:

- Соэлла Ливис, можете считать себя свободной от всяческих подозрений.

Ойвиа Лантини, прежде чем выпить вино, щедро оросила бокал слезами. Сначала она пригубила вино осторожно, словно боялась, что это отрава, потом распробовала, поморгала озадаченно и остальное уже выпила залпом. Отставляя бокал на поднос, девица Лантини блаженно улыбалась.

«Да ей, похоже, вино в голову ударило», - подумала я.

Пока Гранвиль изучал Ойвию, ожидая какой-то реакции, о которой осведомлен был только он, я перебирала в уме варианты, как бы мне отказаться от вина.

Сказать, что у меня аллергия на вино? Слабый желудок? Случайно разлить содержимое бокала? Упасть в обморок?

Любой из вариантов, возможно, сгодился бы в другой ситуации, но сейчас вряд ли Гранвиль позволит мне улизнуть.

Я зыркнула в сторону демона, и наши взгляды сразу встретились, как будто он ждал, что я на него посмотрю.

«Из-за тебя все, демонический ты мерзавец, - мысленно сказала я ему. – Больно мне хотелось, чтобы ты лез ко мне с поцелуями».

Видимо, мой взгляд был достаточно говорящим, потому что демон улыбнулся и едва заметно кивнул.

Я нахмурилась. Демон опустил взгляд на мой бокал и кивнул снова.

Я лихорадочно соображала. Он пытается мне что-то сказать?

- Соэлла Бизар, ваша очередь, - донесся до меня голос Гранвиля.

Переведя на него взгляд, я придирчиво всматривалась в коротышку, но мои надежды не оправдались. Действия полнящего печенья все еще видно не было.

«Да что ж тебя не разнесет-то никак, подлец», - досадовала я.

Мой взгляд вернулся к демону. Тот как будто ждал. В этот раз он не кивал, лишь закрыл на несколько мгновений глаза и снова открыл, чтобы взглядом указать мне на бокал.

Похоже, он дает мне понять, что я должна это выпить. Опустив взгляд в бокал, я подумала:

«Интересно, как это вино может доказать, что это именно я целовалась с демоном на скамеечке в саду? Это вообще возможно? Может, Гранвиль блефует?»

- Если вы откажетесь, соэлла Бизар, - снова донесся до моих ушей голос графа, - это будет приравнено к признанию вашей вины.

О как.

Я выдохнула. Ну раз будет приравнено, то выбора нет. Была не была, придется пить.

Поднеся бокал к губам, я сделала глоток, потом еще один, прислушиваясь к своим ощущениям.

Ощущений не было. Вообще никаких. Осмелев, я глоток за глотком допила бокал и поставила его на поднос, после чего подняла глаза и сразу заметила направленный на меня взгляд Гранвиля. Толстяк-распорядитель чего-то ждал, вперившись в меня черными глазками под оплывшими веками. Я тоже ждала – что же сейчас должно произойти? Гранвиль обещал, что его магическое испытание выявит виновную, однако со мной пока ничего не происходило.

Граф недовольно нахмурился, поморщился и хмыкнул.

- Что ж... – словно нехотя произнес он. – Похоже, соэлла Бизар невиновна.

«Да?» – с интересом подумала я; а Марай, похоже, знал, что так будет.

Я не преминула посмотреть на герцога и одарила его взглядом оскорбленной невинности, как бы говоря: «Видал, твоя светлость? Я чиста, как первый снег, а ты меня в непристойности обвинял». Реол Кархейский заметил мой взгляд, дернул бровью и отвернулся с многозначительным видом, мол, вы можете обмануть кого угодно, соэлла Сюзанна, но не меня.

Вот подлец, фыркнула я и тоже отвернулась.

- Остались только вы, соэлла Мизан, - как-то вяло произнес Гранвиль, как будто совершенно потерял интерес к происходящему. – Пейте.

Альвина поднесла к губам бокал, а я тем временем подумала:

«Значит, все-таки я у Гранвиля главная подозреваемая, и он ждал, что его магия укажет на меня, но... что-то пошло не так».

Я снова бросила взгляд на Марая. Откуда он знал, что у Гранвиля ничего не получится? А ведь знал.

У меня накопилось к демону много вопросов, и я собиралась ему их задать уже в ближайшее же время.

- Ах! – раздался рядом женский возглас.

Голос принадлежал Альвине Мизан и все взгляды обратились на нее.

Рыженькая дышала часто, будто задыхалась. Ее лицо покрыл яркий румянец, словно у нее поднялась высокая температура. Пальцы цеплялись за ткань платья, будто она хотела сорвать его с себя, и это выглядело... даже несколько неприлично.

- Жарко, - простонала Альвина. – Я вся горю! Помогите!

Гранвиль сделал шаг в сторону рыженькой, его глаза потемнели.

- Вот как, – произнес он. – Значит, это были вы, соэлла Мизан. Вы позволили демону соблазнить вас.

- Я?.. – Альвина посмотрела на него затуманеным взглядом, страдая от жара, сжигающего ее изнутри. – Нет, я... это не... правда... Ах, я горю!

Гранвиль прищурил глаза:

- Люди могут лгать, но магия никогда не лжет, соэлла Мизан, - холодно произнес он. – Ступайте в свою комнату и не покидайте ее. Завтра вас ждет наказание. И надеюсь, вы не попытаетесь сбежать – ни одной невесте с этого острова живой не уйти.

Я несколько мгновений смотрела на страдания Альвины, потом бросила быстрый взгляд на демона.

Марай улыбался.

*   *   *

- Итак, соэллы, поскольку мы выявили нарушительницу отбора, невесту, которая непристойным поведением бросила тень на свое имя, - провозгласил Гранвиль, - наш ужин можно считать завершенным.

Я посмотрела на Альвину Мизан. Рыженькая все еще выглядела так, будто горит изнутри. Она едва не плакала, кусала губы и пыталась бормотать что-то вроде: «Я не виновата», но при этом так тяжело дышала, что выходило у нее лишь: «Я не... ина... та».