Любимая игрушка Зверя (СИ) - Ангелос Валерия - Страница 91

- Пап, ты зачем ментов привел? – спрашивает Дима.

- Ребята, тише, - вступает в разговор посторонняя женщина, очевидно социальный работник. – Понимаю, вам трудно принять такую быструю смену обстановки, но вы привыкнете, так будет лучше.

- Ни хрена вы не понимаете! – рявкает сын. – Отвалите от нас. Мы взрослые и сами будем решать, с кем и как жить. Я никуда не поеду. Заставьте меня. Вперед! Попробуйте.

Михаил опять старается забрать дочку.

- Нет! – кричит она так громко, как никогда прежде, вырывает мою душу. – Нет! Урод! Ублюдок! Я тебя ненавижу! Ненавижу! Понял? Чтоб ты сдох!

- Катя, - пораженно шепчет бывший. – Катенька, чего ты…

Жуткая сцена. Страшная. И хуже всего – я понятия не имею, как поступить дальше. Ясно, банкет заказан и оплачен Багровым-старшим. Бесполезно действовать легальными методами и пытаться обжаловать решения проплаченного суда.

- Твое воспитание, - ядовито цедит бывший. – Твое! Раньше они так себя не вели. Были тихими и послушными. Что ты им наплела обо мне?

- Миша, - нервный смешок вырывается из горла. – Откуда тебе знать, какими наши дети были и как себя вели? Ты плевать на них хотел, почти с ними не общался.

- Ложь! – восклицает. – Наглая ложь! Да как ты…

- Папа, - произносит сын. – Мы все знаем. Про твои измены. Про предательство мамы. Я никогда не думал, что скажу это, но… мне стыдно. Очень стыдно, что ты мой отец. - Миша, - повторяю. – Одумайся. Неужели ты не понимаешь? Совсем не замечаешь реакцию наших детей? Неужели тебе настолько наплевать?

Надежда вспыхивает внутри. Острая. Мощная. Жгучая. Сейчас я и правда верю, супруг остановится, прекратит разыгрывать чудовищный спектакль.

Его взгляд. То, как дергаются уголки губ и подрагивает подбородок.

Михаилу больно. Я вижу. Чувствую. Ему очень больно участвовать во всем этом, устраивать всем нам реальный ад. Он начинает сомневаться.

Но тут в квартире возникает еще один человек. Врывается яркой вспышкой, наполняет коридор тягучим цветочным ароматом.

Миг – и почва уходит из-под ног.

В мою квартиру вплывает роскошная блондинка. Да, именно «вплывает». Продвигается вперед, покачивая бедрами и движется так, будто не касается земли вовсе. Отмечаю это автоматически, едва осознаю. Просто девушка кажется здесь инородным телом.

Остальные люди, толпящиеся в коридоре, моментально расступаются, пропуская ее вперед, уступая дорогу.

- Милый, сколько можно терять время? – спрашивает моя бывшая одноклассница Наташа Судак и обнимает моего бывшего мужа, обвивает его плечи руками. – Конечно, для детей эти новости шок, но они быстро привыкнут. Нужно поспешить. Куча важных дел.

- А это еще кто? – спрашивает Димка.

- Мама, я не пойду, - Катя вцепляется в меня настолько крепко, что и не оторвать.

- Наталья, - следует представление лично от незваной гостьи. – Невеста вашего отца.

Красная иномарка, на которой приезжал Михаил. Тот же автомобиль, который прежде подобрал меня на остановке, когда я еще работала на рынке. Приторный аромат духов. Пряный и резкий, цветочный. Запах лилий. Супруг тоже пробовал букет лилий однажды преподнести. К любовнице опоздал? За порог его выставила? Вот и решил хотя бы жене подарить. Не пропадать ведь добру. И главное – салон красоты. Название. «Натали».

Фрагменты сходятся воедино. Четко. Один к одному. Чем дальше, тем гаже. Однако мне практически наплевать. Поражаюсь своей глупости и наивности. Столько лет ничего не замечала, не подозревала. И в мыслях не возникало сомнений в чувствах.

- Что? – сын шокирован. – Батя, ты с дуба рухнул? Какая еще невеста? Она же врет? Врет, да? Что за хрень?

- Мы действительно собираемся пожениться, - подтверждает Михаил. – Ладно, дети, хватит спорить впустую. Я в любом случае вас заберу от матери. Лучше сегодня, чем затягивать этот переезд. У нас будет безопаснее, чем квартире, где жил преступник.

- Никита тут не жил, - говорит дочь. – Он ни разу не ночевал, просто приходил помочь. И он точно не преступник.

- Этот… хм, этот Никита сидит в тюрьме, - отрезает холодно. – Невиновного человека туда не отправят.

- Преступник ты! – выпаливает Катя. – Ты хочешь забрать нас от мамы!

- Я буду вашей новой мамой, - вступает в разговор Наташа, склоняется над моей дочерью, поправляет выбившиеся пряди ее волос за ухо. – У вас будут новые вещи и красивые игрушки. Мы поедем отдыхать на известный курорт. Билеты забронированы.

Катя плюет ей в лицо. Моя спокойная и тихая Катя, молчаливая девочка, которая никогда не нарушает правила приличного поведения.

Наташа отшатывается. Нервно вытирает щеку ладонью. Ее красивые губы искажены, но она не произносит вслух ничего из того о чем реально думает.

- Забирайте их, - бросает полиции. – Чего застыли?

- Наташа, я должен сам, - пробует возразить Михаил. – Это же мои дети. Вещи не собраны, одежда...

- Новое купим, - отмахивается. – Ну, живее. Выполняйте свои обязанности.

Все переглядываются. Ад продолжается.

Дима кричит. Катя плачет. Полиция и соцработники пытаются урегулировать ситуацию. Я глохну и слепну от всего происходящего. Понимаю, нужно что-то сделать, как-то помешать, остановить весь этот кошмар. Но на моей стороне нет никакой силы. Правда тут не работает. Закон вынес приговор в пользу сильнейшего. Справедливости не будет.

- Катя. Дима. У нас нет выбора, - целую дочь и сына, обнимаю, стараюсь все свое тепло отдать. – Сегодня – нет. Потом все изменится. Клянусь. Обещаю. Сегодня вам придется поехать с папой. Другого пути не существует. Но я обязательно верну вас. Обязательно. Слышите? Я найду способ. А может… может, у вашего отца проснется совесть и он сам поймет, какую ошибку совершает.

- Нет, - всхлипывает Катя. – Мама, нет…

- Они не могут нас заставить, - уперто заявляет Дима. – Не могут.

- Могут, - вздыхаю. – В том-то и дело, что могут, поэтому нам и придется выполнить решение суда. Но я продолжу бороться за всех нас. Даже не сомневайтесь.

- Мам, мы не сомневаемся, - сын мрачнеет. – Просто отец – сволочь.

- Чего? – взвивается Миша. – Да что ты себе позволяешь, щенок…

Потом муж смотрит на полицию и замолкает, понимает, выгоднее другую роль играть. Не стоит истинную натуру показывать.

- Ваш отец запутался, - говорю тихо. – Уверена, однажды он все поймет. Возможно, даже быстрее, чем ему самому кажется.

- Ты… ты точно вернешь нас? – спрашивает Катя.

- Точно, - подтверждаю. – Иначе и быть не может.

Я сделаю все. Реальное и нереальное. Найду верную дорогу. Не постою за ценой. Не отступлю и не сдамся.

Но сейчас нужно уступить. Если детей будут силой отсюда выволакивать, то могут и травмировать. Хотя что может оказаться более жестокой травмой, чем весь конфликт? Они видят худшее. Как родители ссорятся, разводятся, ненавидят друг друга.

Кошмар наяву. Но должны ведь мы проснуться?

Глава 50

Работу найти не удается. Даже уборщицей никуда не берут. Трачу день на то, чтобы убедиться в очевидном. Любые шансы для меня исключены. Возможности навсегда перекрыты.

Предложение Кирилла принимать опасно. Разумеется, я не могу знать наверняка, насколько его помощь искренняя, однако рисковать нельзя. Проблем и без того достаточно. Если это очередная подстава Багрова-старшего, все закончится плохо. Неприятностей и без такого поворота хватает.

Я пытаюсь забрать детей обратно и добиться свидания с Никитой, но преуспеть не выходит ни в одном из этих вопросов. Получаю отказ за отказом. Продолжаю искать нужную программу юридической поддержки. Сама начинаю разбираться в законах. Воплощаю мечту о получении образования. В самых диких условиях. Раз не выходит найти помощь на стороне, придется разбираться одной. Альтернатив нет.

Во всяком случае, я не бездельничаю. Забот хватает.

А потом раздается звонок в дверь.

- Тина? – удивляюсь, увидев на пороге соседку. – Прости, но Миши здесь давно нет, и я понятия не имею о том, как и когда он собирается возвращать деньги.