Обреченный быть зверем (СИ) - Алая Татьяна - Страница 56

— Пойдем со мной! — приказал он, чувствуя в себе силу как никогда.

— Я не пойду!! — вскинулась она, но приказ был отдан альфой. И она, замешкавшись, застыла, а потом нехотя, но пошла за ним. Тем более, что выбора у нее особо не было: он ко всему прочему тянул ее за руку уже с силой зверя.

По пути они зашли на кухню, и Роман взял банку напитка, а затем они вышли на территорию за особняком, которая спускалась к реке, где был открытый выход в лес, а еще их никто не мог увидеть из чужих.

— Выпей! — приказал он, протягивая ей напиток.

— Я не буду! — отказалась Юля, — я всякую химию пить не буду, тем более в моем положении!

И в ответ упрямо и раздраженно посмотрела на него.

— Там нет ничего вредного: вода, березовый сок и травы. Пей! — приказал Роман. — Ты должна понять, кто ты есть! Понять и принять! Ты не та, кем себя считаешь!

Он твердо знал, что его глаза в этот момент почти коричневые, и ждал в любую минуту, когда прорвется его зверь. Он был слишком зол, чтобы контролировать его, а поэтому зверь в нем был сейчас силен как никогда. Особенно рядом с ней, но он намеревался все рассказать.

Юля вздрогнула. Она вдруг поняла, что должно произойти что-то очень важное для нее, невольно обращая внимание на такие вещи, как то, что деревья шумят вокруг так призывно, а запах травы сводит с ума. Она нехотя под его взглядом робко взяла банку, открыла ее и сделала глоток под все таким же пристальным взглядом Романа.

Тот лишь внимательно смотрел и ждал, просто стоя рядом.

Девушка допила и выдохнула, а он нахмурился, потому что ничего не происходило.

«Почему?» — задавался он вопросом. — «Почему она не превращается? Неужели она настолько не принимает себя?»

— Ты доволен? — в это время зло процедила Юля, возвращая ему банку, — теперь я могу идти и собирать вещи дальше?

И тут Романа накрыло. Гнев, ярость, злость от ее неподчинения и вообще нежелания быть его женой, быть рядом с ним, не говоря о том, чтобы желать их ребенка, все накатило разом. И он сам не понял, как обратился, почти одновременно поняв это только по ужасу в ее глазах и ощущению радости внутри от принятия истинного облика. Он замер и стоял, пытаясь понять, что она будет делать, а в душе надеясь, что в ответ ее собственный зверь хотя бы в защиту покажет себя.

Но к его удивлению и шоку она все равно оставалась человеком, а просто замерла, не в силах даже кричать, судя по всему. А потом Юля вдруг резко выдохнула и стремглав побежала в лес. Роман сам не ожидал, что так все получится, потому что, еще ведя ее сюда, намеревался объяснить ей все, как есть, а потом уже показать истинный облик, и вот, в итоге так оплошал. Злясь на себя, Роман взревел и побежал следом, чувствуя ее страх и следуя ему. Он не понимал, почему от напитка, и в ответ на его зверя девушка все равно осталась в человеческом обличии. Это вводило его в ступор. А главное, он больше не знал, как донести до нее истину, безумно боясь, что она может сделать что угодно в приступе отчаянной паники, какую чувствовал сейчас в ее запахе.

Глава 48

Юля, стояла позади особняка в одном халате перед Романом и мечтала как можно быстрее сбежать отсюда.

«Воспитаю ребенка как-нибудь одна, так будет лучше. Намного лучше, чем жить с этим монстром под одной крышей!» — думала она, ненавидя мужчину всей душой, а особенно его нотации.

Но тот крепко держал ее, что не дернешься, а потом потребовал выпить его напиток.

«Фанат какой-то самого себя», — удивилась она, не понимая такую настойчивость, чтобы она все-таки выпила.

Но Роман даже слушать ничего не хотел, а его взгляд говорил, что он любым способом заставит ее это сделать. Все свои аргументы она высказала, но его это не тронуло.

«Ну и черт с тобой!» — подумала девушка, взяв банку из его руки и осторожно начав пить. На вкус все оказалось очень даже неплохо, хотя и показался ей немного странным, словно с каким-то привкусом, который ей не понравился.

«Не зря не хотела пить», — подумал Юля, радуясь, что теперь он от нее, наконец, отстанет, настолько загадочным и опасным ей вдруг показался Роман.

И вот, когда она уже возвращала ему пустую банку, требуя отпустить ее, но он замер как замороженный. При этом продолжал пристально смотреть на нее. И тут Юле на секунду показалось, что вместо светлых глаз те у него темно-коричневые, а потом мужчина как-то странно дернулся, и вот в какой-то краткий миг передней ней уже стоял огромный медведь. Она даже в зоопарке таких больших не видела. Он был очень крупный, темно-коричневый с медным отливом, как волосы Романа. Юля даже дышать от шока перестала. Это было хуже ее кошмаров, хуже снов, хуже всего того, что она могла предположить и думать. Она застыла. Ее сердце было готово вырваться из груди от страха, а воздуха совершенно не было в легких, что девушка даже вздохнуть не могла, не то, чтобы закричать. Ужас не давал дышать, а сознание того, что видела, не приходило. Все тело было парализовано животным ужасом. Это было невозможно, немыслимо! Мозг кричал, что этого не может быть!

И тогда она сделала то единственное, что ей показалось самым спасительным: побежала быстро, как только могла. Подальше отсюда. Подальше от этого огромного медведя, а самое главное, от понимания, кем тот является…

(дальше предлагаю читать под Man or a Monster, Sam Tinnesz, Zyade Wolf)

Она бежала быстро, как могла, и ветер свистел у нее в ушах, а непонимание и неверие в происходящее с ней сейчас не давало дышать. Она не могла поверить и осознать, что это в принципе возможно, потому что мозг отказывался принять правду. И вдруг все те картинки, которые она видела во снах, а еще то, что произошло на яхте, вдруг стали всплывать и вспыхивать в ее мозгу, невзирая на панику. Она продолжала бежать, не глядя вперед, не видя ничего, полностью поглощенная тем, что накатывало на нее подобно прибою. С каждым разом все более сильной волной. Словно обрывки стали склеиваться в единое целое, которое должно вот-вот открыться. И в какой-то момент она вдруг поняла, что все изменилось. Тысячи различных запахов кружили голову, множество звуков заполнило разум, а еще появилось ощущение свободы и эйфории. Это было потрясающе, невообразимо прекрасно! Ничего лучшего она не испытывала в своей жизни. Юля не понимала, что это, но счастье наполнило каждую клеточку ее существа. И она наслаждалась этим ощущением, впитывая и лелея его как лучшее, что было в жизни. Это была сила, свобода, восторг. Это была она сама, та, какой она чувствовала себя всегда внутри, но никогда не могла осмыслить. Но тут Юля посмотрела вниз и увидела, что у нее медвежьи лапы, а она, оказывается, бежит на всех четырех. От шока увиденного, ее мозг дал безотчетный приказ конечностям остановиться, воспринимая это, скорее, как галлюцинацию, не веря. Но сделав это набегу, по инерции тут же покатилась кубарем, чувствуя, как ветки и лесная грязь впиваются в тело, раздирая кожу до крови, не говоря о том, что все кружилось, а она не могла остановить это. Девушка еще не осознала всю опасность такого падения в лесу, как вдруг почувствовала, что врезалась во что-то теплое и мягкое, и только это остановило ее, а она тут же распласталась на спине, не в силах открыть глаза. Все до сих пор кружилось перед глазами, а ощущения тела были очень странные, но она вдруг поняла, что все хорошо, что она все же человек. Юля лежала, чувствуя ноги и руки, пытаясь отдышаться, чувствуя биение своего сердца.

Но тут она все же решила открыть глаза, хотя до смерти боялась того, что может увидеть в этот раз. В ее голове все смешалось. Но она все равно распахнула глаза и резко выдохнула: над ней стоял все тот же огромный медведь, а она не понимала, хочет он напасть или наоборот охраняет. Его морда с открытой пастью нависла прямо над ее лицом, а лапы были по бокам от плеч. Юля тяжело дышала, ожидая, что тот будет делать, но огромное животное только внимательно смотрело на нее. И тут память веков, медленно просыпающая в ней вместе с ее зверем, дала понимание, что ничего страшного нет, бояться не надо. Осознание пронзило девушку как молния: все ее кошмарные сны склеились в один, единый, который оказался не страшным, а приятным. Воспоминания наоборот словно воодушевляли и давали силу.