Дикая. Дочь каганата (СИ) - Вериор Лика - Страница 4

Она остановилась в забавной позе, подняв одну ногу, что привлекало к ним ещё большее внимание. Спина была закрыта волнистыми после кос густыми волосами, но их было недостаточно, чтобы полностью прикрыть бёдра и ягодицы.

Чудесные ягодицы.

Принц сначала сжал губы в трубочку, после, наоборот, растянул их в тонкую линию, медленно развернулся и вышел из купальни.

План провалился.

Новые изъяны не найдены.

Амадей быстрым шагом отправился в свои покои, игнорируя вопрошающие взгляды Клина.

— И что это, интересно, было? - выдохнула хо-каана.

— Это был ваш жених, - шепнула одна из служанок.

— И что же он тут забыл? - всё ещё не могла прийти в себя Сорхэ.

— Не сумел сдержаться?.. - предположила вторая служанка.

— О да, ваш принц известен своей несдержанностью... - Хадаан, наконец, отвернулась от двери и полностью погрузилась в воду. Ничего такого, чтобы выбить её из колеи, не произошло, ведь так?..

— Куда он ворвался?! - император побледнел от злости.

— В кальдариум, когда там была хо-каана... - повторил Сарон, кавалер его величества.

— Идиот! - тяжёлая золотая печать полетела в стену, оставив в ней трещины. - За что мне это? - глубоко вздохнув, Самор постарался успокоиться. Да, единственным, кто мог вывести его из себя, был брат.

— Девушка отреагировала спокойно, вам не стоит так волноваться, тем более, что бойхайцы сами впустили его.

— Для него это не оправдание...

— Будьте более снисходительны к брату, он разбалован, но всё же не так плох, как многие думают.

— Его избалованность может стоить ему жизни, и я вряд ли смогу ему помочь.

— Вы слишком пессимистичны.

— А бойхайцы слишком суровы...

— Всё будет в порядке. Завтра свадьба, потом уже всё равно.

— Свадьба свадьбой, а размер поддержки бойхайцев в нашем договоре не прописывается, поэтому нужно максимально постараться, - Самор махнул рукой, ожидая, когда ему вернут печать. – Впрочем, не думаю, что Хадаан позволит личной неприязни как-то влиять на свои решения…

— Кто знает, - советник поднял печать и аккуратно положил её на край стола.

Немного помолчав, император откинулся на спинку кресла. Он уже хотел выгнать Сарона и остаться в одиночестве, как в дверь постучались. Советник подошёл к ней и выслушал служанку.

— Ваше императорское величество, стол накрыт.

— Только хотел передохнуть… Ладно, пойдём, - мужчина встал и потянулся до хруста.

Средняя дворцовая столовая

Все, абсолютно все наблюдали за Хадаан и Сафметом, ожидая, когда они начнут есть. Напомаженные и напудренные леди и лорды ждали цирка, очередного толчка для сплетен, провала, когда их будущая принцесса возьмёт не ту вилку, или – ещё лучше! – начнёт есть руками.

Их чаяния не оправдались, принцесса просто не начинала есть, также разглядывая присутствующих.

Самор не знал, что и думать, ведь пока гость не приступит к трапезе, никто не мог начать. Или он что-то сделал не так? Приказал подать не ту еду? Что же?..

— Почему вы не едите? – спросила императрица, не выдержав эти гляделки.

— Есть первым – хозяин, дань уважения.

— Ах вот оно что, - император расслабился. – У нас принято ждать, когда гость испробует блюдо первым.

— Глупо, — со свойственной бойхайцам прямолинейностью сказал Сафмет, - хозяин должен пробовать пищу первый, показать, что она съедобна.

Теперь молчание было напряжённым, но Марк Дементий только улыбнулся, взял вилку и приступил к еде. Бойхаец был в чём-то прав, при дворе нет места доверию.

Все пропустили момент, когда к еде преступила Хадаан, она ела тихо, даже приборы не стучали о тарелку, показывая высшую степень мастерства и знания столового этикета. Первая вилка, вторая, третья, девушка безошибочно выбирала каждую, используя даже те, что лежали на столе лишь в дань традициям. Её слуга, показав свою хитрость, ел только мясо, потому и вилка ему понадобилась всего одна.

Бойхайка закончила, сложив приборы в знаке благодарности повару.

— Хо-каана принести в дар нектар Бойхая, чтобы испить с великий император и его соратники, - Сафмет махнул рукой, и один из дикарей поднёс большой графин, самолично налив напиток своей госпоже и императору, остальным же наливали слуги. Хадаан взяла в руки высокий бокал и отсалютовала им мужчине напротив, не отрывая от него взгляда, она показательно отпила глоток. – Нектар Бойхая есть сок священного дерева Вай-ди, он похож на алкоголь, но не туманит разум, - Сафмет тоже отпил из своего бокала. Заинтересовавшись, свет Фрисской Империи также испробовали напиток и в шоке переглянулись.

— Мы просто обязаны наладить поставку этого чуда! – воскликнул главный цензор.

— Нектар Бойхайя не подлежит продаже, — возразил Сафмет, - но мы быть рады приветствовать вас на наших землях.

— Как же так, это принесло бы Бойхайю большую прибыль!

— Бойхай не любить деньги, только традиции и честь, - сказал Сафмет, перепутав некоторые понятия.

— И при этом так богаты? Не верю! – цензор расходился, и Самор хотел было его одернуть, но звон разлетевшегося на осколки бокала отвлёк на себя всё внимание.

— Что?.. – мужчина посмотрел на бойхайку, не сразу поняв, что разбился именно её бокал. Разлетелся на куски, зажатый тонкими женскими пальцами.

— Хо-каана недовольна, — озвучил очевидное кай, и сконфуженный цензор утих.

Слуги поспешили убрать осколки, и император заметил тонкую струйку крови, стекающую по девичьей руке вниз, к локтю. Онемев от подобного зрелища, он хотел было вызвать лекаря, но Сафмет принялся самостоятельно аккуратно извлекать осколки из повреждённой руки своей госпожи.

— Хо-каана не нуждаться в лекаре, — сообщил дикарь, напоследок стирая кровь ажурной столовой салфеткой.

Почему Хадаан молчит? Самор нестерпимо желал спросить об этом, но сдерживался, боясь оскорбить загадочную дикарку. Возможно, она считает ниже своего достоинства общение с ними?

С едой было покончено и дворяне перебрались в малый зал, заиграла тихая музыка, и не отличающиеся сдержанностью придворные леди взяли Хадаан в оборот.

— Вы молчаливы, — изящным жестом жена главного цензора отщипнула крупную виноградину и медленно поднесла её к пухлым губам. Здесь, в обители музыки и разговоров, этикет уходил на второй план, общение становилось более открытым, возможно даже дружеским.

— Принцесса в волнении, ведь всё так незнакомо, даже, наверное, пугающе, — ответила за бойхайку жена казначея.

— Всё, наверное, такое большое? Слышала, на вашей родине не строят дворцов? — кузина императора наигранно похлопала длинными искусственными ресницами, чем напомнила Хадаан корову. У этого бедного животного, видимо, и отобрали, а вот на что клеили?..

— В каганате, наверное, нет таких ярких одеяний и воздушных тканей? — Дилиура, первая красавица двора и младшая сестра главного цензора плавным жестом откинула назад завитые кудри, оголяя искусную вышивку на груди.

Весь этот цирк, это притворство, несказанно забавляли бойхайку. Она не знала всех этих женщин, лишь примерно представляя их роль во дворце, но их претенциозность и себялюбие, да и сам факт присутствия на императорском ужине говорили о том, что Хадаан почтили своим вниманием первые женщины дворца, фрейлины её императорского величества. Самой императрицы видно не было, она поспешно откланялась, как только закончился ужин, и девушка догадывалась, почему – императрице не хотелось общаться с дикаркой, и она охотно скинула эту задачу на своих доверенных.

— Дворцы каганата потрясают своей роскошью и конструкцией, — тихо проговорила хо-каана, и позёрство прекратилось: от насмешливого тона девушки, казалось, погасли не только высокомерные улыбки – даже драгоценности потеряли свой блеск. — А наши танцовщицы чаруют яркими, словно оперения птиц, нарядами из тончайшего шёлка и прозрачного тюля. Возможно вам посчастливится увидеть их полёт…