Закон Уоффлинга (СИ) - "Saitan" - Страница 96

Она захрипела, широко распахнув глаза, и попыталась оттолкнуть его.

Том прижал её к своему телу свободной рукой.

 — Тш-ш-ш, милая, ты же так хотела быть ко мне ближе, правда? — зашептал он горячо ей на ухо. Левая рука скользнула в карман её мантии и вытащила чужую палочку, чтобы тут же отшвырнуть её подальше в угол. — Твоя мечта сбылась. Я буду так близко, что ты и представить не можешь. Я буду в каждой клетке твоего тела, я буду в каждой твоей мысли, в каждом твоём вздохе…

Он дал волю своей сущности, освободил свой гнев.

Комментарий к Глава 14 Финал близок, осталось совсем чуть-чуть!

====== Глава 15 ======

Её тонкая шея так удобно лежала в ладони, что Том с наслаждением сжал руку сильнее, восторженно наблюдая, как из карих глаз брызнули слёзы, стекая по покрасневшим щекам.

— То-о-ом, — прохрипела она и подавилась кашлем.

— Да, милая? — он поцеловал её мокрую, солёную от слез кожу. — Ты, должно быть, хочешь мне рассказать, как заставила Малека столкнуть Гарри с лестницы?

Влажно блестящие глаза распахнулись шире. Она забилась в его объятиях, как пойманная в паутину муха.

Куда этой мелкой девчонке с хрупкими запястьями до Тома? Он без особого труда мог свернуть её шею одним резким движением. Но пока было рано. Том взялся поудобнее и приподнял за горло хрипящую, выпучившую глаза Панси над полом. Из её рта потекла слюна, мешаясь со слезами, лицо побагровело, и это было самое прекрасное зрелище за последнюю неделю.

— И как только в твою пустую, как ведро, голову пришла идея столкнуть Гарри с лестницы? — прошипел Том, совершенно не чувствуя её веса. — На что ты рассчитывала? — Ответ хотелось услышать до зуда в кулаках, чтобы потом впечатать их в мерзкое лицо с силой бомбарды, так, чтобы зубы брызнули во все стороны, как мелкие камушки на галечном пляже от пинка босой ступнёй. — Говори, сука!!! — он швырнул её на пол, как тряпичную куклу.

Паркинсон сжалась, обхватив себя руками за плечи, не переставая кашлять. Её мантия задралась, оголив ноги в чулках, и это зрелище спровоцировало в Томе новый виток злобы.

Ноги Панси были в порядке, в то время как Гарри прямо сейчас лежал на больничной койке и мечтал умереть, лишь бы больше не испытывать этого ужаса, когда собственное тело отказывается повиноваться.

Том резко опустился на колени и дернул её за волосы, намотав их на кулак.

— Отвечай, иначе я прямо сейчас вырву твою шевелюру, — зарычал он, сильно потянув пряди.

Панси надрывно закричала, и Тому пришлось дернуть ещё раз, чтобы быстрее дошло.

— Я люблю тебя, — сбивчиво прорыдала она. — Любила! Я хотела, чтобы ты был со мно-о-о-ой…

Том отбросил её от себя так, что она ударилась головой об пол, и брезгливо вытер свою руку о край мантии.

— Что? — прошипел он. — Любила? Ты совсем ебанутая?

Это не укладывалось в голове. Как кто-то, вроде этой тупой коровы, мог думать, что любит его? За все шесть лет обучения они перебросились от силы парой сотен слов.

— Ты ничего не знаешь! — взвизгнула Панси, свернувшись калачиком на полу и спрятав лицо в руках, точно это могло её защитить. — Ты игнорировал меня, а я по тебе с ума схожу! Ты ничего не замечал, кроме этого тупого грязнокровного выродка! Я только хотела, чтобы он исчез, чтобы ты обратил внимание на меня! Я видела, как вы трахаетесь в коридоре, я не могла больше думать ни о чём другом, кроме того, что на его месте должна была быть я! Том, пожалуйста, умоляю, не делай этого… Я… Мой отец узнает об этом, и ты пожалеешь! — она убрала руки и уставилась на него так, словно он должен немедленно ей подчиниться.

Том никогда не думал, что может ударить женщину. Никогда. Это казалось низким, отвратительным действом.

Но его кулак сам сжался и нанес сокрушительный удар в её точёную скулу. Темноволосая голова мотнулась по полу, из горла вырвался скулёж.

— Я убью тебя, — Том заботливо поправил упавший на лоб темный локон, не обращая внимания на истеричные рыдания. — И твой отец никогда не узнает, кто виновен в смерти его дочурки.

На её лице стремительно расцветал внушительный синяк, радуя Тома своим прекрасным видом. По сравнению с той болью, что она причинила Гарри, это было ничто.

Том помнил, как будто это было пару часов назад: багровые разводы на полу с отпечатками ботинок, багровый матрас, насквозь пропитавшийся кровью, багровую подушку с чёрными пятнами рвоты. И белый, как привидение, Гарри с посиневшими губами, шепчущий ему, что всё в порядке.

Эту картину не вытравит из его памяти ни одно заклинание забвения.

— Том, пожалуйста, — Панси, видимо, поняла, что Том настроен всерьёз, и перестала играть в истерику. Её голос растерял обычную манерность и претензии. — Я не хотела ему смерти! Я правда не знала, что все так получится!

«Она не лжёт», — проснулся голос разума.

Том видел это по её лицу, чувствовал всем своим телом. Но не мог поверить.

— Ты уверена, что не знала? — он ласково провёл по наливающемуся синяку на её скуле и надавил большим пальцем в середину, с упоением услышав болезненный вскрик. — Подумай хорошенько, Панси. Подумай и скажи, чего ты хотела добиться? От этого ответа зависит твоя дальнейшая судьба, милая. Никто не знает, что ты сейчас со мной. И никто не узнает, ведь совсем скоро я напишу записку твоему поклоннику Малеку, и он придёт сюда, а затем убьёт тебя, якобы приревновав. Так что подумай, очень хорошо подумай, стоит ли дальше лгать, если есть возможность спастись, сказав правду?

Панси ещё больше съёжилась на полу и заскулила.

— Я думала, что если он упадет и покалечится, его мать заберет его домой, — быстро выкрикнула она.

Том сузил глаза.

— Постой-ка. Гриб-сигнальник, — задумчиво протянул он. — Малек ходил в запретный лес, а потом в гостиной появился этот гриб. Это ты приказала ему?

Паркинсон обреченно закрыла глаза.

— Да. Драко однажды проболтался, что Поттер болен. Мы сидели в библиотеке и писали эссе по свойствам этих грибов, и он в шутку сказал, что один такой гриб способен вырубить Поттера. А я запомнила. Я просто хотела проверить, правда ли это.

Том вскинулся.

Драко… Он, конечно, не любил Гарри и мог говорить о нём гадости за спиной, но всё это выглядело очень подозрительно.

— С каких пор вы с Драко стали общаться? — вкрадчиво проговорил Том. — Вы никогда не общались до этого.

— Не помню, — проныла Панси. — В октябре где-то! Он помог мне с домашней работой в библиотеке, потом начал спрашивать, как дела, и… Я подумала, это значит, что ты хочешь принять меня в свою свиту. Разве нет?

Мысли Тома понеслись бурной рекой.

Драко… Не может такого быть! Самая преданная, самая верная, самая фанатичная его марионетка!

Он бесцеремонно ткнул палочкой в лоб Панси, погружаясь в её вязкие мысли. Картинки проносились перед глазами одна за одной, пока он не наткнулся на знакомое бледное лицо Малфоя.

— Поттер — это зараза нашего факультета, — Драко и Панси сидели в библиотеке, на столе были раскиданы пергаменты и книги по трансфигурации. — Но Том этого не замечает. Пока есть Поттер, никого другого он не увидит, — манерно растягивая слова, говорил Малфой. — А ведь этот болезный постоянно попадает в передряги, и мне приходиться следить за ним. Мерлин, хоть бы его грязнокровная мамаша забрала его из школы, как грозилась.

— Забрала? — округлила глаза Паркинсон, слушая его с жадным вниманием. — Почему?

— На нем проклятие какое-то, наверное, я не знаю, — небрежно пожал плечами тот. — Крёстный рассказывал, что она и в школу-то его отпускать не хотела, боялась, что он неудачно поскользнётся или упадёт. Если бы он, наконец-то, серьёзно покалечился, она бы точно его забрала.

Следующее воспоминание начиналось в дуэльном клубе.

Гарри лежал на полу среди осколков, Том склонялся над ним, однокурсники взволнованно перешептывались, а Драко склонялся к Панси и шептал ей на ухо:

— Вот видишь? Он просто притягивает неприятности. Один толчок — и прощай, Потти.